что ты направляешься к выходу. Рада, что решила последовать за тобой.
— Я тоже, — прошептала я.
Она стояла над мертвым мужчиной у моих ног, его лицо было неузнаваемо. Затем она усмехнулась над его телом.
— Мне жаль. — Я взяла ее за руку и крепко сжала. Стараясь унять дрожь, с которой она так старалась справиться.
Она перевела взгляд в темноту. Туда, где исчез Рэнсом.
— А я-то думала, что это я беспощадная.
— Это не так.
Она пнула ботинок мертвеца.
— Ты уверена в этом?
Нет.
Больше нет.
Пятьдесят пять
Каспия
Ущелье Эвон представляло собой пропасть из черного обсидиана. Скала поглощала лучи света, падавшие с полоски неба над головой, и даже факелы с трудом справлялись с тьмой.
Пока мы спускались, в нашей группе царило почти полное молчание. Все разговоры велись шепотом. Лошади тоже вели себя тихо. Но ровного стука их копыт и скрипа колес повозки по камням было достаточно, чтобы наполнить каньон, и каждый звук отдавался эхом сверху и снизу.
Сет Хэй, торговец, которого нанял Андреас, шел впереди меня. Его каштановые волосы длиной до плеч были стянуты на затылке кожаным ремешком. В прядях виднелась седина.
Вполне возможно, что он был одним из самых добрых людей, которых я когда-либо встречала, со спокойной храбростью, которая напомнила мне Андреаса.
Вчера вечером мы пригласили Сета поужинать с нами, чтобы побольше узнать о нем и его семье. Когда его отец вышел на пенсию, Сет возглавил семейную торговую компанию. Ему было тридцать пять лет, и он был старшим братом из трех детей. Он винил в своих седых волосах ущелье, поддразнивая, что стены так завидуют насыщенному теплому коричневому цвету, что крадут частички этого цвета каждый раз, когда он совершает это путешествие.
В тот момент я не была уверена, что это шутка.
Мы спускались в ущелье уже час, и я уже чувствовала, как он высасывает жизнь из моих костей. То, что он делал это регулярно, было поистине удивительно.
Сет оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что я все еще на шаг позади.
Я кивнула ему и продолжила идти, переставляя ноги. Одной рукой я держалась за камень.
Впереди нас с обрыва свалился камень. Он с грохотом падал все ниже и ниже. Звук, казалось, продолжался вечно, пока, наконец, не оборвался внизу.
Когда мы этим утром добрались до ущелья, я поразилась, какое оно широкое от одного края до другого. Я встала на краю и подняла руки, затем закрыла глаза и представила, как взмахиваю крыльями, перелетая через пропасть.
Может быть, если сферы будут уничтожены, а темная магия покинет Каландру, я завершу свой ритуал. И перелечу Эвон на крыльях, которые не будут воображаемыми.
Впереди раздался крик.
Сет поднял руку, останавливая тех, кто стоял позади него. Затем он медленно протиснулся мимо остальных в очереди впереди, направляясь к месту суматохи.
— Как ты? — Андреас встал у меня за спиной, обнимая меня за плечи.
— Я в порядке. — Я прислонилась к его груди, стараясь не давить слишком сильно на швы.
Целитель дал нам припарки с травами, которые мы должны были прикладывать каждое утро, чтобы в раны от лайонвика не попала инфекция. Он клялся мне, что у него ничего не болит, но время от времени морщился, если двигался слишком быстро.
— Я ничего не чувствую, — пробормотала я. — А что, если здесь, внизу, ничего нет?
— Тогда мы перегруппируемся. — Он заглянул за край. — Но нам еще предстоит пройти долгий путь.
Я уже боялась подниматься из ущелья.
Сет сказал нам, что мы поедем верхом. Спуски были такими крутыми и длинными, что пеший переход был бы не только утомительным, но и более опасным, чем поездка верхом на лошади или муле. Я не была опытным наездником, но Сет пообещал, что лошади, на которых мы будем ехать, много раз поднимались и спускались по ущелью. Они знали дорогу и благополучно доставят нас домой.
— Все в порядке? — спросил Андреас, когда Сет вернулся.
— Кажется, у нескольких солдат кружится голова. — Он потер морщинистый лоб. — Это не редкость. Но я бы не хотел, чтобы в этом путешествии кто-нибудь погиб. Мой совет — отправить их обратно.
Андреас кивнул.
— Хорошо. Это ваша область знаний. Я полагаюсь на вас.
Пока они обсуждали, кто вернется, не только солдаты, которым грозит опасность погибнуть, но и те, кто будет их сопровождать, я смотрела через ущелье, прищурившись, пытаясь разглядеть проселочную дорогу на противоположном утесе.
Но это было слишком далеко. Слишком темно.
Как я найду сферу в такой большой области? Если они были такого же размера, как в Нелфинексе, стеклянный шар был бы чуть больше моей любимой медовой дыни. Андреас смог бы нести его одной рукой.
Чтобы найти что-то настолько маленькое в таком большом ущелье, мы проведем здесь все лето.
Не потребовалось много времени, чтобы по рядам разнесся слух о том, что наша компания распадается. Мимо нас, осторожно переступая с ноги на ногу, прошли десять человек. Светловолосый солдат, участвовавший в нападении лайонвика, вызвался возглавить группу, и, проезжая мимо нас на лошади, слегка поклонился Андреасу и мне, сидя верхом на своем жеребце.
Как только они скрылись, Сет повернулся лицом вперед.
И мы продолжили наш марш в глубь Каландры.
В конце пути я почувствовала жгучую боль.
Сначала я подумала, что это просто из-за холода и нервов, которые довели меня до крайности. Но как только мы ступили на дно Эвона, я поняла, что это была магия.
Небо над нами было лишь белой полоской между высокими скалами. Каждый солдат нес факел, отблески пламени окрашивали скалы в оранжевые и желтые тона.
Дно оказалось уже, чем я ожидала. Утесы лишь слегка сужались сверху донизу, но на таком огромном расстоянии, как здесь, в глубине, человек мог пройти из стороны в сторону менее чем за сотню шагов.
Земля была каменистой и неровной. От одного склона утеса к другому была расчищена тропинка для лошадей и повозок, но в остальном она была неровной.
На спуск ушло полдня. Сет Хэй сказал, что только дурак будет спать на дне ущелья, и, как правило, они сразу же начинали карабкаться по противоположной стене.
У нас были припасы, чтобы разбить лагерь, хотя я надеялась, что нам не придется оставаться здесь так долго, особенно учитывая, что лошади не смогут сопровождать нас на скале. Остаток пути мы должны были проделать пешком.
Несколько солдат остались с Сетом, чтобы присмотреть за нашими
