Информация
Книга является 2 в серии.
Книги в серии:
#1 Щит Спэрроу/Shield of Sparrows
#2 Ритуал Старлинга/Rites of the Starling
#3?
Автор: Девни Перри/Devney Perry
Книга: Ритуал Старлинга/Rites of the Starling
Пара: Одесса и Страж/Odessa&The Guardian
Пролог
Судьба Спэрроу Вульф была в руках пяти мужчин.
Пяти королей Каландры.
Они стояли вокруг овального стола, сосредоточенно изучая договор, разложенный на деревянной поверхности с зарубками. Чернила на пергаменте еще не высохли. Священнослужитель, написавший документ, поспешил собрать свои вещи и, закончив работу, выскользнул из комнаты.
Подземный зал был погружен во тьму. В воздухе витали запахи сырых камней и едкого дыма. Одна из ламп догорала, масло в ее резервуаре почти закончилось после долгих часов переговоров.
Спэрроу стояла у каменной стены, молча наблюдая за происходящим. В очаге потрескивал огонь, но его жар не мог прогнать холод, сковавший ее тело. Она стиснула зубы, чтобы они не стучали.
Тело Спэрроу оцепенело, онемение распространялось на кончики пальцев рук и ног. Если Богиня Дарья будет к ней благосклонна, это оцепенение вскоре заглушит боль в ее сердце.
Ни один из пяти королей не обращал на нее внимания, даже ее отец. Они были слишком заняты обсуждением того, за кого она выйдет замуж.
Верховный жрец Востеров парил над полом. Его босые ноги не касались земли с тех пор, как он спустился в зал. В тусклом свете его бледная кожа казалась совсем бесцветной.
Его глаза, эти непроницаемые темные омуты, не отрывались от договора. Как только короли придут к соглашению, он скрепит их клятвы кровью.
Руки жреца были сложены перед собой, а толстые темно-зеленые ногти на его пальцах были такими длинными, что впивались в мантию. Бордовая ткань была такой же темной, как грозовая туча, нависшая над ее сердцем.
Короли были одеты в яркие ткани — красные, зелёные, синие и бирюзовые, — и каждый из них с гордостью представлял своё королевство с помощью цвета и эмблем, вышитых на одежде.
Спэрроу была одета в серое — цвет, столь же пустой, как и её надежды.
Этот договор был необходим. Она убеждала себя в этом бесчисленное количество раз. Он положит конец войнам, которые сотрясали их континент на протяжении многих поколений и навеки свяжет пять королевств Каландры.
Либо они найдут способ жить вместе, либо погибнут, пытаясь это сделать.
Как принцесса, которую воспитал её отец, начинающий политик, она знала, что это необходимо для выживания. Но, как молодая женщина, мечтавшая о любви, она начала угасать в тот момент, когда в разговоре всплыла тема брака.
Была причина, по которой Спэрроу оказалась в этом подвале, о которой она не догадывалась, пока не стало слишком поздно. Она была здесь не как наследница своего отца. Она была здесь не для того, чтобы наблюдать и учиться.
Она была символом, который можно было обменять во имя мира.
Эти короли были обеспокоены тем, что одного обмена товарами недостаточно для поддержания соглашений. Что может быть лучше для объединения королевств, чем узы крови? Будущие поколения. Дети, которых она когда-нибудь родит. Дети, связанные с двумя королевствами.
За столом воцарилась тишина, от которой у Спэрроу волосы на затылке встали дыбом. Она выпрямилась, когда короли кивнули.
— Мы пришли к соглашению? — спросил Верховный жрец, и его голос был таким же шелковистым, как ее каштановые волосы.
Каждый король, включая ее отца, пробормотал «Да».
После подписания этого договора каждый король и их будущие наследники должны будут соблюдать его условия. Их нарушение означало смерть.
Это противоречило ее натуре как туранки — поступиться своей свободой воли. Ее отец, вероятно, чувствовал то же самое. И все же у Туры не было иного выбора. Их королевство было сильным, но недостаточно, чтобы противостоять остальной Каландре. Особенно тогда, когда они пытались оправиться от миграции крукса.
Ее отец не мог помешать заключению этого договора, но это не облегчало ее участи.
Один за другим каждый король доставал кинжал из ножен. Они надрезали ладони, обмакивали перья и кровью писали свои имена.
Ее отец был последним. Занеся перо над договором, кончик которого блестел красным, он окинул ее долгим взглядом. От жалости и извинения в его стальных серых глазах ей стало трудно дышать. Зеленые искорки в его радужках вспыхнули на мгновение, прежде чем он опустил взгляд на пергамент. Резкий скрип, сопровождавший его подпись, был быстрым, как стрела, пронзившая ее сердце.
Спэрроу опустила подбородок, чтобы короли не увидели слез стоявших в ее глазах.
Готово. Договор был заключен.
Каландра лежала в руинах из-за миграции крукса. Теперь королевства будут восстанавливаться вместе. Вместе торговать. Вместе жить.
Вместе размножаться.
Сегодня вечером Спэрроу станет племенной кобылой, как ее любимая лошадь Хелена.
Увидит ли она когда-нибудь Хелену снова? Вернется ли она когда-нибудь в Туру? Или ее заберут прямо из этого жалкого подвала в Генезис, где она будет представлена как их новая королева?
Возненавидят ли ее жители Генезиса так же, как их король Тэнис Оук ненавидит ее отца?
Мысль о том, что она проведет остаток своей жизни, привязанная к мужчине, который ненавидит ее семью, ее народ, заставила ее замереть. Выместит ли Тэнис свой гнев на ней? Придется ли ей страдать из-за соперничества, которое длится много лет?
Договор запрещал ему убивать ее, но были судьбы и похуже смерти.
Тэнис, который был старше ее по крайней мере на десять лет, был единственным неженатым королем в этом зале. А она была единственной принцессой в Каландре, достигшей совершеннолетия и способной рожать детей. Может быть, после того, как она родит ему сына, он забудет о ней. Если боги будут милостивы, ее оставят в покое.
Спэрроу крепко зажмурилась, потому что страх и печаль грозили вызвать новые слезы. Без сомнения, благосклонно Тэнис к жеманной жене не отнесется. И ведь она туранка.
Она не станет плакать.
Во всем виноваты боги. Ублюдки. Шестеро прокляли Каландру своими монстрами. Круксами. Она пережила прошедшую миграцию только чтобы сменить один кошмар на другой. Боги могли гнить в своих тенях. Как и Востеры, с их клятвами и магией, используемой для манипулирования людьми.
Стиснув зубы так сильно, что они заскрипели, она выпрямила спину и вздернула подбородок.
Взгляд Верховного жреца был выжидающим.
Она ненавидела его больше, чем кого-либо еще в этой комнате. Он без угрызений совести заключит этот договор. Она
