сказал мужичок из дальнего угла зала, — а вот хорошенького ремнём выдрать — это да, нужно.
Мы ещё пару часов посидели в кафе, общались уже о всякой ерунде. Потому что рядом было много лишних ушей. Обсудили, где ещё можем погулять в моём положении. Саша предложил побыть немного у меня дома, пусть и под присмотром отцов.
— Ну какая романтика с отцами под боком, — проворчал мужчина за соседним столиком. — Если хочется погулять без лишних ушей, идите в центральный парк. Там пусть и есть люди, но никто уши не греет, как тут.
Мы дружно рассмеялись и поблагодарили за подсказку.
— Может тогда сейчас домой? — сказала, ерзая в кресле, уже хотелось в туалет, а тут будет неудобно, и я сама не смогу сходить.
Саша, кажется, догадался, почему я ерзаю, и сказал:
— Давай лучше тут сходишь, мы поможем. Ты сможешь сама штаны стянуть?
— Лучше сразу домой, я потерплю!
Мои женихи засобирались быстро. Домой мы доехали за полчаса. Я уже сидела как на иголках. Меня осторожно посадили в кресло, и мы покатили быстро к лифту. Папы не удивились, что мы пришли, но в туалет меня относили отцы.
— Почему в кафе не сходила?
— Папа! — прошипела смущенно.
— Ладно-ладно, выхожу.
Из-за того, что домой мы вернулись не поздно, нам удалось посидеть у меня в комнате. Саша настоял, что стоит рассказать сейчас о моём прошлом воплощении, смерти и том, как очнулась уже Дашей. Рассказывать пришлось мне, говорила тихо, попросив перед этим закрыть двери, пусть и не на ключ. Мои женихи на удивление спокойно отреагировали, по крайней мере внешне спокойно. Их нервозность выдали жесты и то, как меня сжимали в объятьях. Обговорила, что мою историю только папа Алекс знает. Они кивнули с пониманием.
— Но и память Даши стала частью меня. Такой, словно я сама это пережила. Потому так остро на Инесс отреагировала.
К нам в дверь постучали.
— Да, заходи.
— Чай, бутерброды? Сладкое, к сожалению, закончилось.
— Чай, — согласилась я, мои парни кивнули.
Меня носили на руках. Отцы, видя это, улыбались. Пришлось отцу признаться, что встретила Инессу и что вытворила.
— Жаль, не вырвала ей пару клоков, — проворчал отец Михаил. — Эта гадина сильно тебя подставила. Из-за этой клеветы ты лишилась золотой медали. А ещё подругой называла себя.
— Я была слишком наивна, — сказала тихо. — После такого предательства прозреваешь. Пап, вы расскажите, куда мои рисунки дели?
Отцы чуть смутились. Отец Алекс сходил в гардеробную и принес несколько футболок, развернув показал. Они мои рисунки перенесли на футболки.
— Как тебе?
Я была в шоке от этого решения.
— По-моему, красиво, оригинально и свежо.
— Покупателям очень понравились твои рисунки. Началось всё банально: мы твои работы повесили в рамочках в магазине. Кто-то пришёл заказывать печать на футболке, и ребят попросили напечатать рисунок, что был на стене. Вот так вот и пошли они в печать. И не только на футболках, ещё на толстовках, и слышал, кто-то себе на шлем попросил сделать один из рисунков.
А я только сейчас откопала в памяти Даши, что у отцов сеть магазинов с сувенирной продукцией. И в них как раз есть услуга печати на одежде и в целом предметах.
Ночь была неспокойной, мне казалось, я всё помнила о своей смерти. Но кажется, мне просто не дали всё сразу запомнить — и хорошо! Потому что сейчас, видя во сне, как я убегаю от преследователей, заворачиваю в тупик и получаю камнем в голову. Потом меня избивают ногами и происходит частичный оборот. А дальше был настоящий ад! Они как-то заставили меня полностью обернуться, явно что-то вколов, что не давало обратно обернуться, и стали снимать мою кошачью шкурку. Орать тоже не могла из-за какого-то укола и до конца была жива и в сознании. Только в конце мне перерезали горло.
Резко села в кровати с бешено колотящимся сердцем, поняла, что слёзы катятся по щекам, и меня всю трясёт. Подтащила телекинезом своё кресло и перебралась в него. Поехала умываться. Потом сделала из небольшого полотенца себе холодный компресс на лицо. Потому что слёзы никуда не делись, а если буду рыдать, то буду опухшей. Через час ко мне зашёл отец Алекс. Он молча выкатил меня из ванной и вытер уже сухим полотенцем. После чего подхватил на руки и баюкал как маленькую. Ему не нужно было спрашивать, что со мной — и так было видно, что плохо.
— Всё будет хорошо, моя маленькая.
Зашли и остальные отцы. Меня унесли в гостиную и укутали в родительские объятья. Постепенно смогла успокоиться и даже уснуть.
— Что ей могло сниться? — спросил едва слышно отец Михаил.
— Да мало ли что, авария, например, или ещё какой кошмар приснился. Она же менталистом работает в участке, а там легко насмотреться разной гадости.
Утром я выглядела сильно помятой и немного опухшей. Отцы принесли мне мамины патчи под глаза и крем.
— Вот, это тебе точно поможет. Твоей маме помогало после бессонных ночей, — на этом моменте они смутились. — Сама скоро поймёшь, как это, но это уже будут не кошмары.
Смутилась, покраснела от понимания, о чём отец говорит.
— Спасибо. Мне ночью очень реалистичный кошмар снился. Словно с меня шкуру заживо сняли, и только потом убили.
Побледнели отцы все, особенно Алекс, он понял, что это был не совсем кошмар, а воспоминания последних минут. Мои парни приехали за мной в обед. Тоже заметили, что я грустная.
— Кошмар ночной, — коротко объяснила я. — Ну что, гулять в парк?
— Да.
— Квартиру уже начали присматривать? — спросил отец Степан.
— Да, уже выбрали. Сделка через неделю. Ремонт там есть, техника нужна и мебель. Будете Дашу отпускать с ночёвкой?
— Подумаем, подумаем, — с весёлым прищуром сказал отец Максим.
— Дочка, а ты рисунок на заказ сможешь сделать?
— Смотря что, — сказала чуть неуверенно в себе. — На листочке или кому-то расписать?
— Хм, проще на листе, а мы потом оборудованием перенесём. И тогда не совсем на листе, а в планшете. Сможешь?
— Да, пришлите мне, что нужно. Буду отвлекаться на что-то позитивное после работы.
Сегодня женихи приехали на двух машинах. Пока ехали к парку, видела, что у меня что-то хотят спросить. Но вопрос задали уже в парке.
— Дашенька, что ночью было? Мы ощутили твой страх и как тебя трясло.
— Хм, это вы отцам позвонили?
— Да, ты на телефон не отвечала.
Полезла проверять телефон — да, пропущенные были.
— Я не слышала, — честно призналась я. — Мне снилось, как с меня шкуру живьём сняли, — вздрогнула, произнеся эти слова. — Сразу,
