во мне клокотала такая ярость, что я себя уже не мог сдерживать.
— Арррррр, — рёв дракона прокатился по всему кораблю, отдаваясь болью в сердце.
Я прижал Николь к себе, она обвила мою шею своими маленькими ручками и заплакала, уткнувшись мне в шею. Я отомщу всем и каждому, кто за этим стоит, за каждую слезинку Николь, буду пускать им реки крови.
— Подождите, — остановила меня гувернантка, я даже имя её забыл, — вот, — она протянула мне книгу в потрескавшемся переплёте, — мне кажется, вы должны его прочитать. И пошла за остальными девушками.
Я пожал плечами, забирая книгу у неё, а потом заметил на палубе, где она только что стояла, обрывок бумаги, нагнулся осторожно, чтобы не сильно тревожить Николь, развернул и стал читать. Но чем дальше читал, тем был в шоке. Это были мои желания, одно, которое я загадал, когда убежала очередная гувернантка, а второе – когда у меня с Карин в очередной раз не получилось близости. Это было моё желание, то, что я загадал, когда убежала очередная гувернантка, а потом.
«Кто же ты такая, моя таинственная гувернантка?» — подумал я про себя и спрятал клочок бумаги в брюки. Я обязательно с этим разберусь, а пока нужно ехать во дворец.
Воины превращались в драконов, брали в лапы перепуганных девушек и взлетали с корабля в небо. Я подошел к гувернантке и спросил:
— Вы полетите со мной. Простите, забыл ваше имя.
— Оливия, — ответила она, — а это не опасно?
Её пронзительные карие глаза смотрели со страхом и вызовом одновременно. А мой зверь опять начал к ней принюхиваться, что за? Меня невеста вообще-то в замке ждёт, но дракон не прекращал и на мои доводы не реагировал.
И вместо того, чтобы взять её в лапы, после оборота он завис в воздухе около корабля и протянул ей крыло. Это что-то новенькое… Она подошла и с опаской потрогала крыло, а потом погладила его, и я услышал, как мой зверь начал урчать, да так громко и с таким удовольствием.
Я повернул морду в её сторону, чтобы оценить её реакцию, и удивился. Она стояла, продолжая гладить крыло, и улыбалась, так открыто и искренне, что я залюбовался.
Попытался послать ей мысленный посыл, что пора лететь, хотя самому нравились её действия, но король ждать не любит, но не был уверен, что она его получит. И какого же было моё удивление, когда она мне ответила.
— Николь, зайка, твой папа просит, чтобы мы залезли к нему на шею, нужно лететь.
Её голос дрожал, я чувствовал, что ей страшно, а у меня разлилось тепло под чешуёй такое странное и непривычное. Она подняла Николь на руки и помогла ей взобраться на крыло, а после стала подниматься сама, помогая моей малышке удобно устроиться перед собой между наростами и прижимая её к себе.
Ни одна женщина, кроме Вирджинии, не относились с такой заботой к Николь. Я тряхнул головой и взлетел, окутывая теплом своих наездниц. Может, она та, кто сможет стать Николь мамой, нет, глупости, меня в замке ждёт Карин и как только я со всем разберусь, поеду к ней и буду долго вымаливать у неё прощение за то, что оставил её одну так надолго. Надеюсь, она меня поймёт.
Долетев до королевского дворца и разместив Николь и Оливию в своих гостевых покоях и приставив к ним служанку, я пошел к королю. Брамс был уже в кабинете.
— Ну, — начал король, — рассказывайте.
— Пленные сейчас в темнице, — ответил Уилл, — и я бы хотел присутствовать на допросе.
— Я тоже хочу присутствовать на допросе, — сказал я резко, — а ещё лучше участвовать в нём, потому что среди похищенных девушек была и моя дочь.
— Вот как, — ответил король, — раз так, даю добро.
В этот момент в дверь постучались, а после разрешения короля в кабинет вошёл советник Скунис.
— Ваше Величество, мне стало известно, что генералы поймали преступников, — заискивающе начал он, кланяясь королю, — они проделали огромную работу, может теперь допросом займутся те, кто должен, а наши отважные генералы наконец отдохнут?
— Советник прав, — ответил король, — не думаю, что за ночь с арестованными что-нибудь случиться. Идите отдыхать, а завтра с утра начнёте допрос.
Поклонившись, мы вышли из кабинета и пошли в свои покои. Вот только допроса утром не состоялось, потому что пленники лежали на полу в своих камерах с перерезанным горлом, в принципе, как и охраняемая их стража лежала тут же.
Глава 12 Полёт на драконе во дворец
Оливия
В бочке воняло перегаром, видимо, здесь хранилась какая-то брага, но нам повезло, что они оказались пусты. Кое-как разместившись внутри, я прижимала к себе Николь как можно ближе, страх, что бочка может развалиться, не покидал. Не хотелось, чтоб нас так быстро нашли. От страха дрожали и руки, и ноги. В ушах стоял звон, поэтому мыслить ясно не получалось.
Я прижала Николь к себе ещё сильнее, потому что снаружи послышались шаги. Как же было страшно, внутри всё скрутило тугим узлом, мешая нормально сделать вдох. Послышалось шуршание, потом женский визг, и что-то упало.
— Нашёл, — раздался мужской крик, в этой тишине он показался оглушительным.
— Поднимайтесь наверх, с вами больше ничего плохого не случится, — вещал всё тот же мужской голос.
Девушки что-то ему отвечали, а я не могла разобрать, даже из бочки вылезти не могла от страха. Николь сама ко мне прижималась, дрожа всем тельцем.
И вот над нашей головой пробился лучик света – крышку сняли, и показалось мужское лицо. Гладковыбритое, с прищуренными серыми глазами и мягкой улыбкой.
— Вылезайте, вам больше ничего не угрожает, — сказал мужчина и подал руку.
А у меня ноги онемели, я даже пошевелить конечностями не могла, не то чтобы встать. Я попыталась подняться с Николь на руках, но у меня не получилось. Тогда мужчина протянул руки к малышке, но она вцепилась в меня ещё сильнее.
Тогда он просунул руки в бочку, взял меня за попу и стал поднимать наверх. Я терпела это ровно до того момента, пока он нас не вытащил и не стал мою пятую точку наглаживать.
Вот тут я уже не стерпела и влепила ему звонкую пощёчину. Правда, тут же испугалась последующей реакции
