Я забываю о Медичи, пока один из папарацци, которому каким-то образом удалось проникнуть в ресторан, пока все были заняты своими делами, не делает снимок с расстояния в несколько дюймов. Я отстраняюсь от Майкла, говоря себе, что моё учащённое сердцебиение вызвано напряжённой ситуацией с Медичи, а не поцелуем.
— Это было чудесно, дорогой. У меня даже исчез неприятный привкус во рту. Но я всё равно думаю, что мне лучше пойти домой, — я похлопываю себя по животу. — Я чувствую себя не совсем хорошо.
Медичи поворачивается к фотографу и обнажает клыки. Я могу поклясться, что он собирается укусить мужчину, и я почти надеюсь, что он это сделает. Вампиры выше человеческих законов, но никто не смог бы проигнорировать такой вопиющий акт агрессии. Жаль, что ему удаётся сдержаться, и незадачливый журналист убегает.
— Она действительно выглядит довольно бледной, — комментирует он, как будто ничего особенного не произошло.
Майкл берёт меня за плечо и мягко отводит в сторону. У меня внутри всё переворачивается, когда он подходит к Медичи нос к носу.
— Попробуй это ещё раз, и я убью тебя.
Медичи запрокидывает голову и хохочет. Я молча умоляю Майкла оставить всё как есть. На мгновение мне кажется, что ситуация всё ещё висит на волоске, затем Майкл поворачивается ко мне, берёт меня под руку, и мы выходим из ресторана.
***
Майкл отвозит меня домой. Он практически всю дорогу молчал, на его лице отражался водоворот эмоций. Я не могу сказать, сердится ли он на меня за то, что случилось с Медичи, но, когда я выхожу из машины с Кимчи, он тоже выходит и нежно целует меня в щёку.
— Прости за сегодняшний вечер, — говорит он. — Я всё исправлю.
— Это была не твоя вина. Нам нужно что-то сделать с Медичи. Он балансирует на грани дозволенного.
— Я знаю, — мрачно отвечает он.
Я жду, пока он отъедет, прежде чем развернуться на каблуках и открыть парадную дверь, впуская Кимчи внутрь. Он сразу же начинает обнюхивать дверь Дрехлина, как будто ожидает, что там появятся собачьи лакомства. Я оставляю его с этим занятием и выхожу обратно на улицу, вместо того чтобы последовать за собакой. Я вернулась домой гораздо раньше, чем ожидала, но всё равно не хочу терять ни секунды вечера, даже на то, чтобы переобуться.
Я с облегчением вижу, что О'Ши стоит, прислонившись к стене, и ждёт меня.
— Эй, — окликаю я. — Пора.
Может показаться, что у меня уже был эпичный вечер, но это только начало.
Глава 6. Выслеживание
Мы паркуем мотоцикл на некотором расстоянии от военной базы, пряча его в зарослях деревьев. Я ещё раз проверяю маршруты, надёжно запоминая их. Если нам понадобится быстро уйти, мне нужно знать, какие у нас есть варианты. Я сбрасываю туфли на высоких каблуках.
— Тебе следует почаще носить такую обувь, — советует мне О'Ши.
— Потому что в них я кажусь выше? — рассеянно спрашиваю я, вглядываясь в темноту в поисках каких-либо признаков активности.
— Нет, — улыбается он, — потому что это значит, что я смогу сесть за руль мотоцикла, — он откидывает волосы со лба. — Думаю, это делает меня похожим на Джеймса Дина.
— Ты определённо бунтарь без причины, — бормочу я.
О'Ши смеётся и обнимает меня за плечи.
— Дорогая, — шепчет он, — ты и есть моя причина.
Я фыркаю и отталкиваю его.
— Знаешь, тебе не обязательно в это ввязываться. Нет никакой гарантии, что это сработает или что я узнаю что-нибудь о Тоби Ренфрю. Это исключительно работа на фрилансе. Возможно, тебе не заплатят…
— Я не совсем корыстолюбив, Бо. Кто-нибудь ещё знает, чем ты занимаешься?
— Нет.
— Даже Майкл? — я качаю головой. — Что ж, тогда мне нужно быть рядом. Если с тобой что-то случится, а я знал, что ты замышляешь что-то нехорошее, он оторвёт мне голову. Я смогу защитить тебя.
Он начинает идти, спотыкается о торчащий из земли корень дерева и аж подлетает в воздух. Мне удаётся поймать его и рвануть назад, прежде чем он упал бы лицом в грязь.
— Дерзай, О'Ши. Мне очень нужна защита такого большого и сильного мужчины, как ты.
Он показывает мне язык, и я смеюсь.
— Пошли, — я смотрю на часы. — У нас есть пять часов. Давай найдём способ проникнуть внутрь, а потом займёмся поисками.
Мы трусцой спускаемся с небольшого холма к подножию. С этой возвышенности я понимаю, что имел в виду О'Ши: это обширный комплекс. У меня ушло бы слишком много времени на то, чтобы найти сферы с временными пузырями — не только потому, что я могу работать только в ночные часы, если не хочу самовозгорания, но и потому, что чем больше времени я провожу внутри базы, тем больше шансов, что меня в конечном итоге поймают.
Я морщу нос, глядя на высокий забор. По верху проходит колючая проволока, и я не сомневаюсь, что забор проходит достаточно глубоко под землёй, чтобы мы не смогли пробраться внутрь через подкоп.
— Как ты попадал внутрь, когда у вас было, э-э, свидание? — спрашиваю я.
— У меня был пропуск посетителя, естественно, — О'Ши, прищурившись, смотрит на меня. — Ты хочешь сказать, что у тебя нет плана, как провести нас через ворота?
— Как ты думаешь, почему я обратилась к тебе за помощью?
О'Ши разводит руками.
— Я что, должен позаботиться обо всём?
Я смотрю вниз, на дорогу, ведущую к базе. Две фары, включённые на полную мощность, направляются прямо на нас.
— На самом деле, нет… но нам нужно бежать.
Нам повезло, что это какой-то большой грузовик; это значит, что под шасси больше места. Это далеко не идеальный способ передвижения, но я рассчитываю на то, что нам не придётся ехать далеко и уж точно не на большой скорости. Самое сложное — взять с собой этот чёртов След.
Я добегаю до медленно движущегося автомобиля раньше О'Ши. Хорошо, что на этом участке есть лежачие полицейские, хотя это будет более болезненно. Я держусь в слепой зоне грузовика, ныряя под него, когда он замедляет ход перед очередной кочкой. Затем я цепляюсь пальцами за шасси, подтягиваю ноги и упираюсь в них пальцами ног, чтобы оторваться от земли. Металл обжигающе горячий на ощупь, но я вампир: я могу перенести небольшую боль. Я кладу коробку с заклинанием Следа на живот и пытаюсь удержать её от падения. Это было бы катастрофой.
Я начинаю думать, что О'Ши не успеет до того, как мы доберёмся до главных ворот базы, но он появляется, когда уже почти поздно, и протискивается ко мне. Единственное, что видно на его лице — это глаза. Он не выглядит счастливым.
— Это действительно плохая идея! — шипит он мне.
— Я знаю, что держаться трудно, но это ненадолго, — успокаиваю я. — Ты деймон. Твои пальцы практически сделаны из асбеста.
— Я не это имел в виду!
— Что тогда?
Грузовик резко останавливается, и слышатся приглушённые голоса. Я слышу лязг, и у меня внутри всё замирает, когда я понимаю, что кто-то заглядывает под него с помощью наклонного зеркала.
— Падай!
Мы с О'Ши оба падаем на землю. Я прижимаю к себе коробку со Следом и откатываюсь от зеркала. Я молюсь, чтобы здесь был только один охранник; если нам придётся иметь дело с двумя проверяющими с обеих сторон одновременно, у нас нет надежды.
Сегодня ночная смена, так что нам повезло. И они, вероятно, ищут бомбы, а не вампира и деймона.
Когда ноги в ботинках проходят к задней части грузовика, мы с О'Ши сдвигаемся вперёд и влево. Он продолжает что-то бормотать себе под нос, и я улавливаю слова «чертовски глупо». Он не ошибается. Только когда машина, наконец, дёргается вперёд, я начинаю думать, что мы, возможно, избежали угрозы. Я протягиваю руку и снова хватаюсь за шасси, не обращая внимания на волдыри, которые образуются у меня на пальцах рук и ног.
Я считаю про себя до двадцати, пока грузовик разгоняется. Я не могу больше держаться и не решаюсь повернуть голову, чтобы посмотреть на О'Ши и узнать, как у него дела. Как только досчитываю до двадцати, я позволяю себе упасть. Я ударяюсь спиной об асфальт, и меня пронзает острая боль. Секундой позже я слышу глухой удар — О'Ши следует моему примеру.
