Затем, словно выставляя напоказ свою наглость, он мастерски продолжал вести разговор, пока работал над тем, чтобы возбудить меня.
— Что ж, если Изабель хочет нового мужа, мы определенно можем это устроить. У меня есть на примете несколько лордов, которые будут счастливы взять ее в жены, или даже в супруги, если она не пожелает еще каких-нибудь обязательств.
Из-за дразнящих пальцев промеж ног, остальная часть моего тела продолжала наливаться огнем. Я чувствовала, что соски затвердели, и пожалела, что мое платье из столь тонкого шелка. К счастью, никто, кажется, не обращал на меня внимания, хотя это могло измениться, судя по тому как быстро я приближалась к оргазму.
Предложение Дориана было не тем, что хотела услышать Эдрия, и выражения благодарности на лице явно было натянутым.
— Вы слишком любезны, Ваше Величество. Но было бы столь расточительно отдать такую плодородную женщину каким-то незначительным лордам. Конечно же, такой подарок как Изабель заслуживает чего-то более… королевского.
Ноющий, дрожащий экстаз, вызванный его прикосновением, вот-вот должен был взорваться. И к моему огорчению, я хотела этого. Мне было нужно довести все до конца. Кончить. Поэтому, для меня было шоком, когда его палец переместился с клитора, проскальзывая в меня. Это тоже доставляло удовольствие, но так же приносило и разочарование, учитывая как близко я была к оргазму. Я слега развела ноги, позволяя ему вернуться, но он продолжал проникать своим пальцем в меня. Его движения были сильными и быстрыми, но лишь незначительное его телодвижение могло указать на то, чем он занимается, и казалось, никто не замечает этого. Было нечто захватывающее, нечто опасно эротичное в осознании того, что он делал со мной при таком количестве свидетелей.
— Вы правы, — сказал Дориан, принимая серьезное выражение лица, словно он действительно рассматривал слова Эндрии всерьез. — И я знаю парочку королей, которые могут заинтересоваться. Рюрик, ты не помнишь… у Короля Лотосов есть супруга?
— Не уверен, — ответил Рюрик, явно наслаждаясь игрой Дориана. — Это тот, у которого седая полоска посреди бороды, верно? А еще у него немного заостренные уши?
— Он самый, — подтвердил Дориан.
И затем, без предупреждения, палец Дориана — такой влажный — выскользнул и вернулся обратно на клитор, начав гладить его с такой силой, что я практически сразу кончила. Я была почти на пике, и этого прикосновения было достаточно, чтобы подтолкнуть меня к оргазму. Мое тело сводило судорогой, поскольку волны блаженства проходили через меня, а Дориан все продолжал гладить, гораздо дольше, чем это было нужно. Наконец, он оторвался, и даже натянул мою юбку обратно, прежде чем возвратить руку на свои колени. Его губы были растянуты в очень довольной улыбке, хотя все его внимание было обращено на Изабель.
— Желаете ли вы, чтобы я вас официально представил?
Выражение её лица было холодным, а ответ её был жестким.
— Вы слишком любезны, Ваше Величество. Я бы не хотела доставить вам неудобство.
Я не обращала на нее много внимания, но теперь поняла, что она обращала его на меня. И я была уверена, что она единственная за столом, кто понял, что произошло — и это не приносило ей счастья.
— Совсем никаких неудобств, — уверил он. — Я посмотрю, что можно сделать.
Эдрия изо всех сил старалась увести беседу прочь от темы союза ее дочери с кем-нибудь, кто не был Дорианом. Я едва слушала, и когда ужин, наконец, закончился, я вернулась с Дорианом в его спальню. Моя слабость после оргазма уступила дорогу гневу, практически в тот же момент, как он закрыл за нами дверь.
— Какого черта ты вытворяешь?! — воскликнула я. — Ты не имел права этого делать!
Дориан издал смешок, аккуратно снял и сложил тяжелый плащ.
— Непохоже, что ты была против. Кроме того, тебе вообще повезло, что я ограничился именно этим, особенно после того, как ты появилась без предупреждения в таком платье.
— Эй, я не обязана консультироваться с тобой по поводу выбора моих нарядов.
— Нет, но тебе следует ожидать последствий.
Он быстро подошел ко мне, переместив руки на мою талию.
— И только из-за уважения в твоему глупому человеческому предубеждению, я не взял тебя в открытую. Вообще-то, ты должна быть благодарна.
— Благодарна?! — воскликнула я.
Я возмущалась, но по правде, близость его тела вновь возбуждала меня. О боже. Словно мое тело все время жаждало его прикосновений.
— Благодарна, — повторил он со свирепым блеском в глазах. — Особенно после того, как я оказал тебе услугу. А за услугу тебе нужно сейчас заплатить.
Хватка на моей талии усилилась, и он толкнул меня на кровать. Я могла легко сопротивляться — мы оба знали кто победит в рукопашном бою. Но я была более чем готова играть в эту игру, особенно, когда он быстро стянул с себя штаны и выставил на показ длинную, твердую эрекцию, которая, без сомнений, была готова взорваться оргазмом в тот момент, когда он увидел меня в платье.
Я до сих пор была влажная, и отчаянно хотела почувствовать его в себе, входящего так же сильно, как до этого были его пальцы. Но к моему удивлению, он не направился к моим ногам. Вместо этого, он прошел вперед и встал на колени так, что моя голова оказалась между ног, и затем он протолкнул себя между моих губ. Я удивленно воскликнула, но звук получился приглушенный, так как он заполнил мой рот и начал скользить туда-обратно.
Он был такой большой, что я едва смогла вместить его. Дориан знал, и похоже, гордился этим, удерживая свой взгляд на мне, в то время как вынуждал меня доставлять ему удовольствие ртом.
— Ты можешь взять его, — сказал он, ритмично двигаясь. — Ты возьмешь его. Я же говорил тебе: ты принадлежишь мне.
Это было грубо и агрессивно, но мы оба знали, что я не возражаю, когда Дориан играл доминирующего. Кроме того, такое разнообразие в нашей сексуальной жизни было очень возбуждающим. Джентри не возражали против орального секса, но из-за своей навязчивой идеи завести детей, предпочитали традиционный секс. Так или иначе, мысль о том, что он кончит мне в рот, на мои губы, сводила меня с ума.
Я могла чувствовать, как он увеличивается, видеть признаки напряжения в момент приближения кульминации. Его губы приоткрылись, из них вырвался слабый стон. И тогда, когда я была уверена, что он сейчас кончит, он вышел из меня, опустился ниже и проворно стащил с меня платье. Крепко схватив мои ноги и раздвинув бедра, вошел в меня с такой силой, что я выкрикнула и выгнула тело. Это длилось всего пару секунд, сильно и быстро, а затем он кончил, все его тело содрогалось, и то что он все-таки излился в меня, доказывало, что он все еще придерживается обычных убеждений джентри.
