и выговор. Хемо требует выхода.
— Я буду ходатайствовать о том, чтобы вас сняли с должности и привлекли к ответственности.
Внезапно дверь комнаты отдыха распахивается и к нам выходит Николь. Смотрю в ее лицо и хмурюсь, потому что моя малышка напряжена и злится, однако на ее лице сияет милая улыбка.
— Это студентка Дрэйд, я правильно понимаю? — советник тоже хмурится и идет к ней.
Я порываюсь преградить ему дорогу, но внезапно останавливаюсь как вкопанный. Чувствую успокаивающее касание энергетики моей хемеи. Благодаря истинности мы теперь очень остро чувствуем друг друга.
Не понимаю, что задумала моя малышка, но смотрю на нее во все глаза и жду.
Она мило краснеет, опуская глаза.
Советник запинается и тоже останавливается. Смотрю, как судорожно он оттягивает воротник своего мундира и облизывает губы.
— Маршал Рэдфилд, я хочу переговорить со студенткой наедине, — хрипло выдыхает он, оборачиваясь.
Глава 25
Чары
Я снова бросаю взгляд на Николь и она кивает. Все мое существо сопротивляется этому, но, снова моего сознания касается ласковый шепот энергии моей невесты и я, сжав зубы, киваю и выхожу за дверь кабинета.
Не понимаю, что происходит, но, судя по странному поведению моей маленькой хемеи и не менее странной реакции советника, это все не случайно.
Прошу ватчпад дать мне доступ к камерам и сосредоточенно вглядываюсь в проекцию, готовый в любой момент ворваться в кабинет.
— Здравствуйте, — скромно здоровается Николь с советником и идет к нему навстречу. — О чем вы хотели со мной поговорить?
Вижу, что советник, как загипнотизированный, следит за каждым ее шагом.
— Студентка Дрэйд… — снова оттягивает он ворот, будто ему трудно дышать. — Вы действительно по доброй воле вступили в связь с ректором Академии маршалом Джейкобом Рэдфилдом или он обманом совратил вас и принудил к близости?
С трудом сдерживаю ярость, потому что когда Николь поворачивается к нему спиной, взгляд советника тут же падает на ее голые ноги.
— Маршал Рэдфилд ни к чему меня не принуждал, — отвечает ему Николь, глядя в окно.
— Вы понимаете, что молодой девушке не к лицу иметь связь со взрослым мужчиной? Вы порочите честь и достоинство как самого маршала Системы, так и всей Академии. — советник, несмотря на свои слова, почему-то медленно идет к моей девочке, и я берусь за дверную ручку, уже не в силах просто наблюдать за всем со стороны.
Внезапно Николь разворачивается к нему и снимает ватчпад. Я чувствую, как меня накрывает ее бешенной энергетикой которая с каждым днем становится все ярче. Моя девочка раскрывается как истинный цветок в своей красоте. И я внезапно осознаю, для чего она это делает.
Потому что советника тоже накрывает и он просто бросается к ней, хватает за руки, пытается поцеловать и забраться ей под юбку.
По моему телу пробегает волна мимикрии, и в кабинет я уже врываюсь в боевой ипостаси.
— Николь! — рычу сердито, и ее чары вмиг слабеют, подчиняясь моей энергии.
Она отталкивает от себя советника, который растерянно хлопает глазами, и быстро защелкивает на руке ватчпад.
— Что это было? — хрипит советник, глядя на меня.
— Вы ко мне приставали, — скромно пожимает Николь плечами, не давая мне ответить. — А в кабинете маршала Рэдфилда камеры. И я буду ходатайствовать о том, чтобы вас привлекли к ответственности.
Значит, все это время она подслушивала? Едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.
— Но, я… Я не хотел! Ты… сама!
— Я ничего не делала. А вы пытались меня совратить. — все так же, потупив глазки, стоит моя хитрая и, как оказалось, очень опасная истинная.
— Николь, — мягко усмехаюсь, глядя на нее, — пожалуйста, оставь нас с советником наедине.
Мысленно благодарю и пытаюсь успокоить свою фурию, и она послушно уходит обратно в комнату отдыха. Николь хотела защитить меня, продемонстрировав советнику свое влияние на самцов других видов и, кажется, оставила неизгладимое впечатление.
Советник падает в кресло, а я сажусь за свой стол и молча смотрю на него.
— Я буду жаловаться в совет, — выдыхает он, наконец, собравшись с мыслями.
Вскидываю брови.
— Вы приставали к моей беременной невесте, — ухмыляюсь, откидываясь на кресле. — Камеры это запечатлели. Кто из нас должен жаловаться?
— Вы все подстроили! — возмущается советник.
— Нет. Но, если репутация и учеба студентки Дрэйд будет под угрозой, мне придется сообщить об этом инциденте в совет. — вздыхаю и встаю. — Простите, у меня лекция.
Когда советник пулей вылетает из кабинета, я тут же направляюсь в комнату отдыха.
Открыв дверь, вижу, как Николь встает с дивана и виновато смотрит на меня.
— Прости, — вздыхает. — Но… он такой мерзкий, что я не смогла удержаться!
Подхожу ближе и подхватываю мою шантажистку на руки. Она тут же обнимает меня за шею и я чувствую, как хемо успокаивается и я принимаю свой обычный облик.
— Ты просто хотела защитить меня, моя маленькая смелая девочка? — улыбаюсь, присаживаясь на диван и устраивая Николь поудобнее у себя на руках. Кивает, уткнувшись мне в шею и обжигая кожу горячим дыханием.
— Спасибо. — обнимаю ее крепче и глажу по волосам. — Ты очень смелая, Николь. Но, пожалуйста, не делай так больше. Я волнуюсь за тебя и за малыша. И в состоянии постоять за нас.
— Хорошо. — шмыгает она носом и я, аккуратно поддев ее голову за подбородок, покрываю самые сладкие и желанные губы короткими поцелуями.
Не могу на нее злиться и ругаться. Потому что безумно люблю.
— У меня сегодня всего одна лекция, — шепчу ей. — Давай ее прогуляем?
Эпилог
— Папа! — бежит ко мне сын по газону и я подхватываю его на руки, подбрасываю в воздух.
Он — хемей, как и я. Талантов от Николь ему либо не досталось, либо, как и у нее, они дремлют до совершеннолетия и гормонального созревания. Зато перевоплощаться из сапи в хемо и обратно, он научился с самого рождения.
— Джейкоб, — облегченно выдыхает Николь, быстро обнимая меня и целуя. — Как хорошо, что ты успел! Я побежала.
— Удачи, мама! — машет ей сын, когда я поудобнее перехватываю его.
Николь посылает нам воздушный поцелуй и скрывается в здании Академии.
У моей жены сегодня защита диплома. Несмотря на беременность и роды, Николь не прервала обучение и упрямо шла к своей цели. Даже когда я уезжал в командировки, она посещала все лекции и успевала готовиться к экзаменам и следить за ребенком.
Я понимаю, что моей истинной было порой очень трудно, но она со всем справилась. И, каждый раз, возвращаясь домой, я видел ее горящие
