— Антибиотики. Принять сегодня вечером.
— Сделаю, — сказала я бодро.
— Я именно это имею в виду. Я знаю ваш тип. Считаете, что непобедимы, но каждый может занести инфекцию. Получите лекарства. Чистые повязки на порезы.
Он был прав в том, что касалось моих мыслей о непобедимости. У меня и прежде были швы и раны, моя джентрийская кровь обычно ускоряла заживление. Но я смиренно кивнула, обещая повиноваться.
— Хорошо, — сказал он, проводив меня в комнату ожидания. — В следующий раз консультация у вашего врача через неделю. Я думаю, ваш водитель там.
— Мой водитель?..
Я осмотрела комнату и застыла, когда увидела знакомое лицо.
— Мама?
Прислонившись к стене, она тревожно оглядывалась, изучая всех в комнате. Заметив меня, она практически подбежала, панически поглядывая на мои бинты. У меня не было пальто, и майка открывала все мои боевые ранения.
— Эжени! Ты в порядке? Что на этот раз?
Из-за этого доктор деланно фыркнул, прежде чем уйти.
— Я в порядке, — ответила я автоматически. — Что ты здесь делаешь?
— Я в твоих экстренных контактах. И это не порядок.
Я все еще была ошеломлена от того, что увидела ее. Мне казалось, мы не виделись так долго. Века.
— Теперь, — изумленно сказала я, — все прошло. И у меня есть все эти… вещи.
Я махнула стопкой рецептов. Она откинула темные волосы с лица, выражение которого было усталым и растерянным, когда мы направились к машине.
— Это никогда не становится проще. Ни с тобой, ни с ним.
Я искоса на нее взглянула.
— Он знает, что ты здесь?
— Нет, — сказала она, доставая ключи. — Не то чтобы имело значение, даже если бы и знал. Ничто не могло остановить меня, когда они мне позвонили. Я думала… Ну, я никогда не знаю, что думать…
Я не могла взглянуть на нее, осторожно садясь в автомобиль. Мои глаза наполнились слезами. Я скучала по ней так сильно. Я скучала по ней, ну… безумно. Многие люди заботились обо мне, но это было не то же самое. Плюс ко всему, я чувствовала себя ужасно из-за того, что заставила ее волноваться. И из-за меня она подвергала себя неприятностям с Роландом.
Я поспешно провела рукой по глазами, обернулась к ней, когда мы вышли на автостоянку.
— Когда ты получила очки? — удивилась я.
Изящная проволочная оправа покоилась на лице, так похожем на мое. Это был наш особый колорит. Мои рыжие волосы и фиалковые глаза достались мне от короля Бурь
— Несколько недель назад. Они лишь для ночного вождения.
Я отвернулась в сторону, опасаясь, что слезы вернутся. Очки. Такая глупость. Но были времена, когда я знала о каждой мелочи в ее жизни. И так много разделяло нас сейчас. Мои спутанные, виноватые мысли зашли в тупик, когда она свернула к аптеке в нескольких кварталах от больницы.
— Мама, нет, я должна вернуться к своей машине и…
— Ты можешь достаточно скоро вернуться к своей опасной жизни. Но сейчас не мешай мне.
— Это не моя постоянная аптека, — сказала я раздраженно.
Она скользнула взглядом по инструкции.
— Да, хорошо, я уверена, парочку бинтов стоит взять про запас.
— Ты ТАКАЯ… мама!
Она подняла глаза, в которых сверкнул огонек. Это напомнило мне о том, как когда-то все было между нами.
— Я твоя мама.
Я угрюмо последовала за ней, пока мы ждали рецепт, и она заставила меня взять пакет с марлей, бинтами и другими средствами первой помощи. У меня уже было их предостаточно, но она не уснет спокойно, пока сама не увидит все это в моих руках.
— Я действительно ценю, что ты приехала, — призналась я, пока мы ждали. — Это… это так приятно, снова тебя видеть.
Выражение ее лица смягчилось.
— Здорово видеть тебя, детка. Я скучала по тебе.
— Полагаю, что Роланд не простил меня?
— Это чуть сложнее, — сказала она мне. — Он все еще любит тебя. В самом деле. Но он беспокоится. И ему не нравится твое нахождение… там. Мне тоже.
Я отвела глаза. Я знала, что и она тоже — имелись веские причины. Мое появление было результатом того, что ее пленили и изнасиловали в Мире Ином. Она годами скрывала эту информацию от меня, пытаясь уберечь от своих мучений и страданий, которые, как она считала, несло это место.
— Ну, это тоже сложно. Я должна быть там. Я знаю, вы, ребята, не одобряете это, но люди рассчитывают на меня. Они не все такие, как вы думаете. Я не могу подвести их. Они… Они умирают ради меня.
— Есть мужчина, который участвует в этом?
Я хотела ответить легкомысленно, но затем выбрала честность.
— Да.
— Очевидные проблемы в сторону… Он бы мне понравился?
Я пыталась представить мою маму, встречающуюся с Дорианом, и не смогла сдержать легкую улыбку.
— Вероятнее всего, нет.
— Ты больше не разговаривала с Кийо?
Я резко подняла глаза, и моя улыбка исчезла.
— Между нами все кончено. Он подвел меня. Ты знаешь это. Этот другой парень… он не подведет.
Я была спасена от продолжения разговора, когда в конце концов назвали мое имя. Я положила рецепты в мой аптечный пакет, и была рада, что моя мать не стала развивать тему моей личной жизни. Также, в равной степени я была благодарна, когда она подбросила меня к дому Реган. Меня бы не удивило, если бы она оставила меня небрежной заботе Тима. Предстоящий отъезд мамы оставлял во мне противоречивые эмоции. После продолжительного расставания, мне хотелось остаться и смотреть на нее, упиваясь родными чертами, которые я так любила. Я хотела, чтобы она обняла меня, чтобы моя мама позаботилась обо всем. И все же… всегда, всегда Мир Иной давил на меня. Я не могла позволить себе роскоши остаться маленькой девочкой прямо сейчас. Не могла позволить себе быть ее дочерью.
— Спасибо, — сказала я, дав ей осторожно себя обнять, как могла только она. — Спасибо тебе за… я не знаю. За все.
Она держала меня в объятиях несколько минут, и затем поцеловала в лоб.
— Нет ничего, за что ты должна благодарить меня. Лишь будь осторожна.
Она разомкнула объятия.
— Делай то, что сказал доктор. И, ради Бога, не попадай туда еще раз. Я не хочу повторного вызова.
— Постараюсь, — ответила я.
Это заставило нас обоих улыбнуться, в основном из-за того, что мы знали — мне было бесполезно пытаться держаться подальше от неприятностей.
— И скажи Роланду…
Я не смогла закончить, но она кивнула.
— Я знаю.
Я оставила ее, погрузив свою добычу в машину, и поехала домой. Реган жила недалеко, около десяти минут езды. Время пролетело быстро. У меня было столько вещей, о которых нужно было подумать, что когда я добралась домой, не могла вспомнить, как это произошло.
Автомобиль Тима был припаркован у входа — как и Лары. Я вышла из машины, издавая жалобные стоны, с беспокойством предполагая, что обнаружу внутри. Увидеть их обоих голыми на моем кухонном столе было бы совсем не круто.
