разрешение на проход, сразу двинемся в путь.
За пять дней непрестанного бега мы достигли предгорий, откуда начиналось Зельдаринское королевство. У подножия величественных скал, возвышающихся неприступными глыбами и загораживающими горизонт, раскинулся торговый город Эльгрин, обнесенный крепостной стеной. Тракт обрывался расселиной, уходящей из-под ног на немыслимую глубину. Днем городские ворота были гостеприимной распахнуты, а через пропасть перекинут добротный деревянный мост, оббитый листами железа. Хотя насчет гостеприимства я погорячилась. Путь в город преграждала решетка с массивными металлическими прутьями, а в бойницах крепостной стены я заметила поблескивающие наконечники стрел.
— Стой, кто идет? — рявкнул могучий голос с той стороны.
— Эрметт Габброн из клана Габбронов, — назвал себя друг. — Со мной Энтин Молот, Вирген Тор, Дафна Нальнир, Тобин Вальдар и Дарин Гор, а также мои друзья из академии тана Таурелия Вилин, Акхар, Нимернис и Нелринья Ройлин.
— Проходите! — решетка медленно поползла наверх. — Жители Эльгрина рады приветствовать достопочтенных сынов и дочерей Зельдарина. А еще мы несказанно счастливы, что наши земли решила посетить жемчужина севера, тана Таурелия Эркасс с телохранителями.
Ну, и кто разболтал коротышкам о моем статусе? — я многозначительно переглянулась с Эрметтом. Но тот пожал плечами, всем видом показывая, что разберется с проблемой, и прошествовал внутрь, исполнившись важности. Нам ничего не оставалось, как последовать за ним.
Встречал нас глава города Рагнус Рыжебородый, упитанного вида зельг с длинной, рыжей бородой, заплетенной в косички. Нарядная одежда, начищенные до блеска сапоги, топорик, заткнутый на пояс. На груди висит массивная цепь с ключом — символ власти над городом. Энтин шепотом пояснил, что мне оказали большую честь такой встречей. Помимо главы присутствовали старейшины — представители знатных родов Эльгрина.
Пришлось потерпеть церемонию приветствия и знакомства, после которой нас пригласили в здание ратуши, где в нашу честь уже накрыли столы. И отказаться неудобно, когда встречают с таким радушием. Я улучила момент, чтобы поинтересоваться у Эрметта, надолго ли здесь задержимся.
— Перекусим, отдохнем пару часов, меньше не получится, — со вздохом произнес парень. — Не расслабляйся и, главное, никому ничего не обещай.
В парадном зале ратуши столы были расставлены по периметру помещения и ломились от мясных блюд и закусок. Отдельные столы накрыли по центру вокруг массивной металлической чаши на подставке. В посудине чадили травы и тлели благовония, дымный столб от которых устремлялся под потолок и вытягивался наружу через специальное отверстие в потолке.
Нам отвели почетные места на возвышении вместе с главой и старейшими горожанами. Подгорные жители оказались шумными и суетливыми, чтобы долго выдерживать их общество. Каждого из присутствующих мне представили лично, так что, если напрячь память, имена я вспомню. Однако в галдящей массе зельги сливались в одно пестрое пятно.
— Почему они веселятся, зная, что у тебя траур? — обратилась за объяснениями к Габброну.
— Так принято, — пояснил друг. — Считается, усопшие пируют за одним столом с живыми и радуются, вспоминая былые деньки.
— А те столы накрыты для них? — указала глазами на инсталляцию с чашей в центре. — Там столько еды, что полгорода накормить можно.
— Горожане не поскупились, чтобы организовать пир и отдать дань уважения погибшим, поэтому мы не можем уйти. По крайней мере, пока не закончится официальная часть.
— У меня кусок в горло не лезет, — призналась Эрметту. — Только представь, в это время твои близкие сидят взаперти в каменной ловушке и надеются, что их спасут.
— Ты права! — дикарь сверкнул глазами и шумно поднялся из-за стола. — Уважаемые старейшины и жители Эльгрина, низкий поклон вам за радушный прием и богатый пир. Но я не найду покоя, пока теплится надежда, что на третьем уровне остался хотя бы один живой зельг. С вашего позволения мы продолжим путь, чтобы спасти тех, кто, возможно, уцелел после нападения тварей. Я не допущу, чтобы члены моего клана погибли от того, что помощь не подоспела вовремя. Любой на моем месте поступил бы также.
— Эрметт, тебе известно, как опасно спускаться на уровень, занятый тварями. Если сгинешь в этом походе, клан Габбронов прервется. Этого нельзя допустить. Теперь ты глава и обязан позаботиться о продолжении рода, — возразил Рыжебородый.
— Я и забочусь, как умею, — огрызнулся парень. — Кто захочет стать частью клана, зная, что в момент опасности его бросят на растерзание монстрам?
Возразить на это зельг ничего не посмел, а остальные члены нашей команды поднялись вслед за Габброном и засобирались в дорогу. Там и собираться-то нечего, с походными мешками мы не расставались. Через пятнадцать минут перед нами с грохотом распахнулись каменные створки ворот, открывающие проход вглубь скал. Две низкорослые лошадки резво застучали копытами по каменному полу и потянули за собой телегу, груженную свежим сеном, на котором мы устроились с комфортом.
— А разве пешком не быстрее? — поинтересовалась я.
— Ничуть, — развеял сомнения Вирген Тор, умудрившийся опередить телохранителей и расположиться рядом. — Лучше отдохнуть и выспаться перед следующим этапом пути. Доберемся до Квиндла с комфортом. Там спустимся через старый проход на второй уровень, чтобы не заезжать в столицу. Иначе нас оттуда до утра не выпустят.
— Почему? Они тоже не верят, что родичи Эрметта выжили?
— Отчего же? Верят, — зельг тяжело вздохнул. — Но вынуждены думать и заботиться о тех, кто рядом. Разведывательный отряд и команда спасателей погибли, а это минимум полтора десятка мужчин, плюс оружие и экипировка. Отправить еще один отряд на верную смерть, значит, ослабить охрану столицы и рабочих поселений. Наш народ живет тем, что добывает руду и обрабатывает металлы. Это тяжелый физический труд, которым преимущественно занимаются мужчины. Проблема в том, что они и погибают первыми. Забота о женщинах, детях и стариках ложится на плечи родственного клана, а это дополнительные расходы. Не каждый потянет такую обузу. В подобных ситуациях выбор делается в пользу воинов, способных держать молот в руках.
— Но это жестоко!
— Едва ли быстрая смерть хуже, чем нищенское существование и тяжелый труд. Формально кланы берут под защиту семьи, лишившиеся кормильца. Их отправляют обрабатывать дальние грибные плантации. Рацион питания там скудный, работа изнурительная, нередки нападения тварей. Я не утверждаю, что так происходит постоянно, кому как повезет. Однако Габброны всегда держались на особицу и жили побогаче некоторых кланов первого и второго уровня за счет того, что владели шахтой по добыче адамантов. А теперь все изменилось. Даже если кто-то выжил, им придется усмирить гордость и пойти на поклон к тем, кого они еще вчера презирали.
— Вирг, ты бы поменьше языком трепал, — осадил болтуна Эрметт. — Я никого насильно не заставлял идти за мной. Вы вольны уйти в любой момент. Ну а того, кто будет сражаться плечом к
