Изольда парила в воздухе, её мокрое платье хлопало вокруг лодыжек.
— С тобой всё в порядке?
— Да. Пойдём, — когда она подошла ближе, я притянул её к себе и призвал свою силу. В одно мгновение её одежда и волосы высохли.
— Я не думаю, что когда-нибудь привыкну к тому, что ты так поступаешь, — сказала она, затаив дыхание и прекрасная в сиянии городских огней.
— Мм-м. Я научу тебя, если хочешь.
— Мне бы этого хотелось.
Я бы тоже так поступил. У меня был целый список вещей, которым я должен был её научить. Но если бы я подумал о них прямо сейчас, то бы сделал какую-нибудь глупость. Например, затащил Кормака под дерево и трахнул её рядом с озером.
С этой отрезвляющей мыслью я схватил её за руку и пошёл прочь.
Она пристроилась рядом со мной, её длинные ноги подстраивались под мои шаги.
— Как ты думаешь, почему демоны напали?
— Я надеялся, что ты сможешь сказать мне это, — я взглянул на неё сверху-вниз. — Ты знаешь, зачем ты понадобился королю Эрказу? Потому что только король мог командовать той огневой мощью, которую демоны выпустили на волю сегодня вечером. Замок Бейтир был изолирован в Северном море и надёжно защищён.
— Нет. Куда мы направляемся?
— У меня есть квартира здесь, в городе, — в которой я не бывал уже много лет. Я заплатил человеческой женщине, чтобы она убирала её, но я никогда не мог заставить себя остаться в ней. Что-то в том, что я спал на одном континенте с Мулло, заставляло меня чувствовать себя неловко.
Изольда позволила мне затащить её на холм и вывести на одну из беговых дорожек парка.
— Что такое квартира?
Грёбаный Ульмак. Я действительно не смог бы удержаться от того, чтобы не убить его — сразу после того, как выяснил, почему он украл её.
— Найл? — теперь она выглядела обеспокоенной, что означало, что мой гнев, вероятно, отразился на моём лице.
Я сделал паузу, достаточную для того, чтобы перераспределить вес Кормака.
— Извини, девочка. Квартира — это просто ещё один тип дома. Она тебе понравится. Отсюда открывается великолепный вид.
Благодаря сочетанию осторожного маневрирования и того, что я вполголоса произносил защитные заклинания, мы покинули парк, не встретив ни одного человека. К сожалению, их было невозможно избежать, когда мы вышли на Пятую Авеню. Даже в это ночное время на улице было оживлённо.
Изольда отпрянула.
— Что это? — она уставилась на проезжающее такси так, словно увидела привидение.
Я сжал её руку, одновременно пиная себя за то, что забыл, что всё в современном мире было для неё в новинку.
— Это, — я поискал объяснение, которое имело бы смысл, — безлошадный экипаж, — на самом деле, неплохо. Люди так относились к автомобилям, когда начали возиться с двигателями внутреннего сгорания. «Это как огненная стрела без привязанного животного».
Мы наблюдали, как мимо пронеслось ещё одно такси.
— Как сотня огненных коней, — поправился я. — Или что-то в этом роде, — у меня не так уж плохо получалось с безлошадными повозками, но я ровно ничего не знал о лошадиных силах — или о чём-либо ещё, что заставляет автомобили работать.
— Пойдём, — я потянул её через улицу. Голова Кормака ударилась о мою спину.
Она прижалась ко мне и что-то тихо проговорила.
— Люди нас увидят!
— Это Нью-Йорк, одно из немногих мест в мире, где тебе может сойти с рук ношение мужчины без сознания на плече, в то время как твоя спутница устраивает автомобильные аварии своим прозрачным платьем, — я едва закончил фразу, когда седан в дюжине футов от меня выскочил на обочину и врезался в фонарный столб. Заревели клаксоны. Водитель распахнул свою дверцу. Посыпались ненормативные выражения.
Изольда, казалось, ничего не заметила. Она была слишком занята, задыхаясь и разглядывая себя сверху вниз.
— Она прозрачная?
— Не напоминай мне. Достаточно тяжело таскать Кормака за собой. Я не горю желанием пробовать это со стояком.
— Что такое…
— Позже, девочка. Мы на месте, — я кивнул швейцару, которому щедро платили за то, чтобы он узнавал жильцов и не обращал внимания на семифутовых драконов, которых они могли иметь при себе, когда входили в здание. Мы с Изольдой без происшествий прошли через вестибюль и добрались до частного лифта. Я набрал код и пропустил Изольду внутрь, а сам позволил себе расслабиться (насколько это было возможно, учитывая, что Кормак давил на меня всем своим весом), пока мы поднимались.
Изольда оглядывалась по сторонам, и я почти чувствовал, как она всё впитывает. Изучает и запоминает. Чего и следовало ожидать. Драконы были печально известными скрягами. Было ли это богатство, власть или знания, у нас была склонность к приобретению. Когда мы находили что-то, что нам было нужно, мы ревниво охраняли это. Мы сохранили это навсегда.
Как, например, пару.
Лифт поднялся на верхний этаж, и двери раздвинулись, открывая вид на мраморные полы и хрустальную люстру.
Изольда разинула рот.
— Ты здесь живёшь?
Я спрятал улыбку.
— Это всего лишь фойе, — я кивнул в сторону открытой двери, и она последовала за мной в жилое помещение на первом этаже. Это был открытый концептуальный дизайн с гостиной, зоной для чтения, кухней для гурманов и залом для завтраков. На трёх стенах были окна от пола до потолка, из которых открывался вид на Манхэттен. Я не стал возиться со светом. Поскольку ослепительный город был выставлен на всеобщее обозрение, оно нам было не нужно.
У Изольды отвисла челюсть.
— Это похоже на дворец в небе.
Моя улыбка прорвалась сквозь оковы.
— Это один из способов выразить это. Мы должны найти тебе работу в сфере недвижимости, — моя улыбка исчезла так же быстро, как и появилась. Как я мог так быстро забыть о Мулло, да ещё в городе, где располагалась его власть? Это была опасная ошибка.
— Что-то не так? — спросила Изольда, её удивление сменилось беспокойством.
Чёрт возьми, она была проницательна. Мне пришлось поработать над своим бесстрастным лицом. Хотя у меня было предчувствие, что её это не обманет.
— Просто устал, — быстро ответил я. Я похлопал Кормака по бедру. — Следуй за мной, девочка. Мы уложим его в постель, — я повёл её к главной лестнице. Пока мы поднимались, я понял, что был правдив насчёт своей усталости. За несколько часов я залечил сломанную спину, сразился с разъярённым Кормаком и эвакуировал свои пары от орды демонов.
Я также подарил Изольде два первых оргазма в её жизни. По крайней мере, я подозревал, что это так. Выражение удивления и благоговения в её глазах было тем, что я вряд ли забуду. Простая мысль об этом стёрла мою усталость и заменила её уколом похоти, который проник прямо в мой член.
Мы добрались до главной спальни, и я с благодарным вздохом уложил Кормака на кровать. Изольда встала рядом со мной, и мы стояли, глядя на него сверху вниз. Кровать представляла собой одну из тех плоских современных платформ, которые приобрёл нанятый мной дизайнер по интерьеру. Возможно, в какой-то момент я просматривал дизайнерское предложение люкса, но не помнил. Обычно я не хотел вспоминать ничего, связанного с моей резиденцией на Манхэттене.
Но Кормак был зрелищем, достойным того, чтобы его запомнили. Кровать стояла перед окнами, и сквозь неё струились огни города, превращая его в сияющего бога. Его волосы рассыпались по подушкам. Его аристократические черты во сне казались мягче, длинные ресницы походили на веера. Его тело было произведением искусства. Сухожилия и мускулы, обёрнутые золотистой кожей, мягкой, как шёлк.
Он был неотразим. Так что я не сопротивлялся ему.
С беспомощным вздохом я убрал пряди его волос со щетины на подбородке.
Изольда наблюдала, как я ухаживаю за ним, и её голос был тихим — почти благоговейным, — когда она сказала:
— Когда ты обращался в Разротии, ты был голым.
Я знал, о чём она спрашивает, и улыбнулся, проведя кончиками пальцев по его обтянутому кожей бедру.
