— Он единственный дракон, который может так одеваться. Я не уверен, как ему это удаётся. И самое смешное, что он тоже этого не знает.
— Правда?
— Да. Полагаю, это просто один из его даров.
Она на мгновение замолчала.
— Он собирался напасть на тебя сегодня вечером. Когда пришли демоны.
— Знаю.
— Он пытался напасть на меня, когда впервые отнёс меня туда.
Я ожидал именно этого. И мне давно пора было рассказать ей правду о Кормаке. Сон не мог длиться вечно, и я понятия не имел, чего ожидать, когда он проснётся.
Я протянул ей руку.
— Давай я приготовлю тебе ужин. Тогда я расскажу тебе историю о Безумном Короле.
Глава 12
Изольда
— Ты пытаешь меня!
Я покачала головой, когда Найл поднёс вилку к моим губам. Кусочек шоколада — он назвал его брауни — балансировал на зубцах. Мы сидели у большого бассейна (с подогревом на крыше), и мой желудок был готов разорваться от всей съеденной мной еды.
В его тёмных глазах отражался свет свечей, плясавших в центре стола.
— Ох, девочка, я не думал, что ты из тех, кто так легко сдаётся.
— Я не собираюсь отказываться! Я сыта.
— Всё хорошо. Я никому не скажу, что ты сдалась.
Раздражённо вздохнув, я наклонилась вперёд и откусила кусочек. Декадентский десерт взорвался у меня на языке. Шоколад. Это было одно из десятков новых слов, которые я выучила сегодня вечером. Также был душ и электричество. Найл был одет в футболку и пижамные штаны. Человек, который доставил нам ужин, был консьержем, и он заказал его в ресторане со звездой Мишлен. Найл заверил меня, что это хорошо.
Теперь, когда я проглотила всё, что он поставил передо мной, мне пришлось согласиться. Еда была восхитительной. Дом Найла был прекрасен. Всё было идеально, за исключением лёгкой боли в висках. Теперь я потёрла их, желая унять боль.
Игривое выражение исчезло с лица Найла.
— Всё ещё не лучше? — он заметил мой дискомфорт, когда принёс мне что-то из одежды после душа.
— Нет, — я опустила руки. — То заклинание, которое ты сделал, помогло, — он выглядел зловеще, когда создавал его. Зловещий, но в то же время отчасти... сексуальный.
Он научил меня этому слову, когда помогал мне надеть свою накрахмаленную белую рубашку. Костяшки его пальцев коснулись моей кожи, когда он застёгивал её, и зловещий блеск в его глазах сменился чем-то горячим и собственническим.
— Я куплю тебе одежду завтра, — сказал он с лёгким рычанием в голосе. — Но мы сохраняем эту рубашку в очереди.
Вспомнив об этом сейчас, я подавила стон.
Он нахмурился.
— Боль?
— Нет, — мои щёки вспыхнули. К счастью, желание зевнуть одолело меня, и я наклонила голову, прикрывая рот.
Найл встал и протянул руку.
— Давай, пойдём. Я приготовлю тебе зелье, а потом пора спать.
— Но я не устала.
Он рывком поднял меня на ноги.
— Да, могу сказать.
Я подумала о том, чтобы поупорствовать, но любопытство заставило меня последовать за ним, когда он повёл меня через пентхаус в маленькую комнату рядом с кухней. Оказавшись внутри, я ахнула и повернулась полукругом, чтобы осмотреть деревянные полки, уставленные книгами, и ряды стеклянных бутылок. С потолка свисали связки палок. Это было совсем не похоже на остальную часть его дома.
— Что это за место?
— Моя мастерская, — он встал за чёрный стол, который доходил ему до пояса, и начал измельчать травы в маленькой миске. Он размял их каменным инструментом, рукава его серой футболки натянулись вокруг бицепсов. Он что-то пробормотал себе под нос. Секунду спустя содержимое чаши засветилось.
Я придвинулась ближе.
— Я думала, ты говорил, что ты водный ведьмак, — насколько я могла судить, в комнате не было воды.
— Вода — моя основная стихия. Каждый ведьмак может творить заклинания, — он перестал мять предметы и отсчитал их от пальцев. — Заклинания — это хорошо. Проклятия — это плохо. И то, и другое поётся нараспев. Простые заклинания и проклятия не требуют много повторения, может быть, в лучшем случае несколько слов. Но более сложное заклинание или проклятие может потребовать нескольких дней или даже недель повторения, — он указал на миску, над которой работал. — Когда ведьмак хочет, чтобы заклинание или проклятие подействовало быстро, они превращают его в вещество, которое можно проглотить. Зелья наполнены заклинаниями. Яды пропитаны проклятиями.
— Это звучит сложно.
Найл улыбнулся — искренней улыбкой, которая коснулась его глаз и сделала его немного менее устрашающим, — и продолжил свою работу. Через минуту он повернулся и обыскал полки позади себя. Его зад напрягся, когда он протянул руку вверх, и я упёрлась босыми пальцами ног в деревянный пол, когда моё естество сжалось.
Я наблюдала за ним ещё несколько минут, звуки измельчаемых трав и его странный, невнятный язык убаюкивали меня, приводя в спокойное, расслабленное состояние. Он выглядел совершенно как дома за чёрным столом, с прядью тёмных волос, падающей ему на лоб. Вид его сильных рук, выполняющих такие деликатные задачи, вызвал у меня желание просто купаться в его мужской красоте и забыть обо всех вопросах, назревающих в моей голове.
Но я не могла. Кроме того, он всё ещё был должен мне историю.
— Ты сказал, что отравил Кормака, — тихо произнесла я.
Он высыпал содержимое миски в серебряный кубок. Затем он оперся руками о стол и твёрдо посмотрел мне в глаза.
— Я отравлял его сотни лет.
Мой мозг затопили воспоминания о глазах Кормака, пылающих огнём. С его мускулистым телом, вдавливающим моё в кровать.
— Что с ним не так?
— Он, насколько я могу судить, самое старое живое существо в этом клане или в любом другом.
Я сглотнула. Он сказал, что они с Найлом бессмертны — и что другие магические расы были такими же.
— Сколько ему лет?
— Десятки тысяч лет? Честно говоря, я не знаю, девочка. Древний. Но это не причина, по которой его разум сломался, — широкие плечи Найла приподнялись со вздохом. — Когда я родился, самки драконов уже умирали. Мои отцы были одними из первых, кто нашёл себе пару из других рас Перворождённых. Есть некоторые разногласия, но, скорее всего, они похитили мою мать. Сейчас мир осуждает подобные вещи, но брак по принуждению был общепринятой практикой тысячу семьсот лет назад.
Мои ноги подкашивались. Ему было почти две тысячи лет?
— Несмотря на это, — сказал он, — ведьмы и другие Перворождённые были в ярости. Каждый раз, когда пара драконов забирала одну из своих женщин, у этой женщины становилось на одну возможность меньше продолжить родословную своей семьи с суженым из её собственной расы. Разразилась война. Драконов трудно убить, так что мы одержали верх, — он выпрямился, и расслабленный вид, который он приобрёл за время работы, испарился. — Есть только один верный способ убить дракона, и это убить одну или обеих его пар. Мы умираем от разбитого сердца без тех, кого любим.
Меня охватило чувство страха. Я знала, что у этой истории не будет счастливого конца, но теперь я знала, что всё было хуже, чем я себе представляла.
— Лидеры ведьм, оборотней и других поняли, что они могут переломить ход войны, убив женщин, похищенных драконами, — предложения Найла стали жёсткими и короткими, как будто он излагал ряд фактов, на которых не хотел задерживаться. — Мой дедушка — самый могущественный ведьмак в мире. Его основной элемент — огонь. Он может путешествовать по нему. Он не может быть убит им, даже драконьим огнём. Он использует его как оружие. Он проник в комнату моей матери через камин и сжёг её заживо.
Я прикрыла рот рукой. Сдавленный всхлип вырвался у меня.
Найл тут же оказался за столом. Он обнял меня и прижал мою голову к своему плечу.
— Это было давным-давно, девочка, и я был всего лишь мальчишкой. Я не видел, как умирали мои отцы.
