class="p1">В целом, спасения не было. Почти стопроцентное заражение, особенно в лёгочной форме. Вдруг вспомнилась книжка, когда-то прочитанная, в которой описывалось, как даже расстояние не сдержало распространение болезни и, начавшись в Византии, она распространилась по всей Европе, унеся сотни тысяч жизней.
«Надо закрыть порт, города, ввести карантин».
И вдруг я обратила внимание, что Джаббир, да и его византийский коллега в ожидании смотрят на меня.
─ Сайида, на тебе нет лица, ─ сказа Джаббир, ─ ты знаешь об этих симптомах?
─ Если это то, что я думаю, ─ сказала я, ─ то это очень и очень плохо, Джаббир.
И я задала несколько вопросов, и на все эти вопросы получила утвердительный ответ.
Я снова замолчала, как сообщить им, что это такое, ни один византийский лекарь этого не знает, а тут я, недавно прибывшая, с непонятными целями, и, вдруг появившаяся не пойми откуда неизвестная смертельная болезнь, которая только началась, но скоро начнёт опустошать города. Да меня сожгут. Хотя в просвещённой Византии вроде бы никого не жгли, но это не значит, что я в безопасности.
По сути, надо прыгать на корабль и плыть. Но где гарантия, что мы уже не заражены?
И хорошо, если мы все умрём в пути, а если мы привезём эту болезнь с собой в Европу, а оттуда она может распространиться и в Шотландию, и в Уэльс, а у меня там близкие люди.
И я рассказала, Джабиру, предупредив его, чтобы он придумал, как рассказать, чтобы защитить меня.
─Ты же понимаешь, Джаббир, что не стоит другим знать, то, что знаешь ты обо мне.
─ Не волнуйся, сайида, ─ сказал Джаббир, ─ от меня никто ничего не узнает.
─ Это чума, Джаббир, ─ сказала я, ─ в моём времени её называли «чёрная смерть».
─ Что надо делать, сайида? ─ спросила Джаббир. И я поразилась, что он верил мне с первого слова.
─ Карантин, ─ сказала я, ─ надо закрывать города, изолировать людей, запрещать совместные молитвы, закрывать порт.
─ Это можно вылечить? ─ спросил Джаббир.
─ Я думаю, что нет, но можно попробовать остановить распространение, ─ ответила я.
─ Что надо делать? ─ спросил Джаббир.
─ Переведи лекарю, ─ попросила я.
И уже через час нас вызвали к императору.
Глава 19
На этот раз нас не пригласили в большой тронный зал. Мы долго шли до центрального здания и вскоре нас завели в небольшое помещение, которое тоже можно было назвать залом, и было оно, как нам объяснили по дороге, предназначено для приёма чиновников. Сюда обычно не приглашали иноземных гостей, в этом месте император решал внутренние дела.
Как оказалось, император уже был в курсе того, что нам рассказал лекарь.
— Ты знаешь, что это за болезнь? — спросил меня император.
Здесь меня выручил Джаббир, который сказал: — Я знаю, что это за болезнь. Она была описана в древних свитках, по которым я учился, когда ещё жил в Багдаде.
— Как с ней бороться? — спросил император. — Лекарства против неё нет, — ответила я.
— Мои лекари сказали, что ты говорила про карантин. Расскажи мне, что это. — Необходимо изолировать больных людей, не выпускать их из города, запретить совместные молитвы и закрыть…— Я запнулась, но, как ни тяжело мне было об этом говорить, потому что этой фразой я закрывала себе путь домой, я всё же договорила: — И закрыть порт.
Император молчал, и я продолжила:
—Болезнь будет распространяться очень быстро, и многие решат бежать из города. Но как только заражённые начнут разбегаться по стране, то болезнь начнёт распространяться и дальше.
— Что же делать? — спросил император
— Вам, Ваше Величество, нужно вывести семью и уехать самому в отдалённый замок, дворец или особняк, возможно, монастырь. Дорогу к нему стоит перекрыть и не пускать никого.
— Что может помочь в борьбе с этой болезнью? — император хотел спасти не только себя. — Огонь, вода… но вода нужна не простая, — сказала я, — а кипячёная. Понадобится уксус. Мы с Джаббиром можем попробовать сделать окуривательную смесь, дым от некоторых трав не даёт распространяться болезни.
Джаббир кивнул: — Да, есть ряд лекарственных растений, при сжигании которых образуется целительный дым.
— Значит, ты, леди, советуешь мне забрать семью и оставить город? Как надолго? — в голосе императора не было недоверия, а была лишь тревога и усталость. — Распространение болезни может продлиться несколько месяцев. Оставьте того, кто может быть здесь вместо вас, ведь ваша задача выжить, что помочь остальным и остановить болезнь.
— Поему вы не уехали? — спросил император, — ведь порт пока не закрыт, что вам помешало сбежать?
— И я тоже хочу выжить, Ваше Величество, — сказала я, — а от этой болезни сбежать невозможно.
— Хорошо, — ответил император. — Мы поедем в Мидикийский монастырь, и я возьму тебя с собой.
Я получила золотую пластину от императора, и поняла, что это было что-то вроде пропуска.
Когда мы с Джаббиром вышли от императора, первым делом я отдала приказ собрать всех своих людей. — Мы срочно выезжаем из города. Берите всё самое необходимое. Мы выдвигаемся в сторону Мидикийского монастыря, но нам надо проехать мимо Проастий.
— Кого ещё ты хотела взять, сайида? — спросил Джаббир. — Нам нужно взять одну семейную пару, — сказала я. — Мы заедем за ними по пути.
Я знала, что сейчас скорость и даст нам тот шанс выжить, который крайне мал. Но если выживем мы, то это даст возможность рассказать о болезни и о том, что надо делать, чтобы локализовать её и не дать распространиться.
Мы выехали через три часа после того, как состоялся разговор с императором. На выезде из города уже стояла стража, и нас выпустили только потому, что у меня в руках была личная печать императора, так называлась золотая пластина.
Но, прежде чем поехать в монастырь, мы остановились на повороте к тому поселению, где жили Джон и Виктория.
Я предупредила капитана Седрика, чтобы он не удивлялся и, если ему что-то покажется странным, не подавал виду. Уж кто-то, а Седрик точно узнает Джона.
Дверь распахнулась сразу, как только я постучала, но меня снова не хотели пускать. В этот раз я не стала церемониться со служанкой и кивнула Седрику, тот помог мне отодвинуть её от двери, и я вошла
