Впрочем, даже сейчас Агате показалось, что они ведут себя хоть и развязно, но не переходя границы допустимого. Стоило Макарову подойти к решетке, чтобы открыть её ключом, как вся троица отшатнулась к дальней стене.
Они тоже его боялись. Совсем как обитатели бара.
Агата ступила внутрь и поборола желание обернуться на мужчину. Неужели он оставляет её здесь? Её, выпускницу консерватории, мать двоих детей! Он же сам читал её биографию.
— Доброй ночи, Агата Эдуардовна, — несколько вымученно улыбнулся Макаров.
Стоило ему уйти, как обитательницы камеры обступили Агату со всех сторон. Она едва успела сесть на краешек скамьи, как они подошли втроем, уперли руки в бока.
— Ты, значит, у нас Эдуардовна? — спросила рыжеволосая, которую Агата окрестила главной. Слишком уж вызывающим было её поведение, а остальные как будто повторяли за ней.
— Красивое отчество, — хихикнула вторая, совсем юная блондинка, и хвост её заструился по полу точно змея в сторону Агаты. — Это, получается, твой папашка Эдуардом был?
— Получается, так, — ответила Агата.
— Ой, гляньте-ка, какая она необщительная. — Третья, тоже блондинка, но лет так «хорошо за тридцать», осуждающе качнулась из стороны в сторону. — Чего сидишь? Это вообще-то моё место. Вставай давай, а то лохмы тебе повыдираю.
Её хвост и вовсе подполз к ноге Агаты и обвил её лодыжку, дернув чуть на себя.
Агата с раздражением скинула с себя хвост и попыталась обернуться. Бесполезно. На камере стояли чары от любой магии, даже переворотной. Ну, ожидаемо.
Видимо, придется поспешно обучаться дракам на кулаках. Н-да. Не тому её мама учила в детстве.
Но продолжения не последовало. Главная чертовка шикнула на товарок и обратилась к Агате почти нормальным тоном:
— Чего это Илья Валерьевич о тебе печется? Обижать тебя запретил, по имени-отчеству зовет?
Она склонилась к ней ближе. Аромат духов — приторный, цветочный, слишком яркий — стрельнул в ноздри.
Агата пожала плечами и ответила честно:
— Не знаю. Если бы он обо мне пекся, то сейчас бы я тут не сидела.
— Логично. Тебя за что взяли? — Девица плюхнулась рядом, вытянула ноги в лакированных «копытах».
— Машину угнала, перед людьми в боевой форме показалась.
— Фигасе. А кто ты по расе, боевая наша? — с любопытством спросила молоденькая блондинка.
— Орчанка.
— У-у-у, — одновременно протянула вся троица; желание насолить Агате в них сразу же утихло.
— А вы за что тут сидите? — спросила Агата скорее ради приличия.
Догадки-то у нее имелись. Слишком уж однозначный был у чертовок внешний вид.
— Да у нас с тобой ситуация схожая. Оказалось, что нельзя облапошить парочку клиентов-людей, — махнула рукой рыжеволосая. — Сразу же все переполошились, на ноги всех подняли. Типа своих-то разводите сколько хотите, а вот людишек — ни-ни.
— Арджеш так волнуется о людях? — удивилась Агата, всё ещё вспоминая слова Макарова: «На угон бы я глаза закрыл».
— Ну, не совсем, — скромно потупилась блондинка постарше. — Скорее, он обеспокоен, что их нельзя ласково придушивать хвостами…
— …или использовать хвост в любовных играх…
— …или вымогать деньги, ссылаясь на то, что мы черти из преисподней…
— … а потом якобы клиенты с ума сходят…
— … а у Арджеша из-за нас проблемы…
— Короче, несправедливо это всё.
Возможно, чертовки чего-то и недоговаривали, потому что переглянулись очень уж весело. Сидеть они могли и абсолютно по другой причине, а эту придумали просто так. Но Агата и не пыталась лезть с новыми вопросами. Она ужасно устала. Хотелось просто закрыть глаза и промотать эту ночь.
К сожалению, чертовки хоть и отстали от неё, но оживленно переговаривались между собой. Обсуждали каких-то неизвестных ей нелюдей, смеялись, пошловато шутили.
Она даже почти смирилась с их болтовней и начала отвлекаться, когда услышала знакомое имя.
— Ещё раз этот урод полезет ко мне своими грязными ручищами и не заплатит — охрана Паука его быстро уделает, — фыркнула молоденькая блондинка.
— Да нужны мы этому Пауку, — вздохнула та, что старше. — Были б нужны, нас бы уже выпустили отсюда.
— Простите, пожалуйста, — Агата подала голос. — Я услышала, что вы разговариваете о Пауке. Вы с ним знакомы?
— Он наш работодатель, — хихикнула рыжеволосая. — А ты его что, знаешь?
Глаза чертовок блеснули интересом.
— Нет, но очень бы хотела с ним познакомиться. Говорят, у него свой бар?
— Ага, есть такое. А на кой он тебе сдался? Работу, что ли, ищешь?
Они глянули на неё оценивающе, как будто определяли стоимость. Агата поморщилась.
— Хотела кое о чем попросить. Договориться с ним, если точнее.
— Ты что, думаешь, к нему любая нечисть просто так может на поклон зайти? — Блондинка постарше расхохоталась. — Ну ты и наивняк! Ты его сначала заинтересуй, чтоб он тебя в очереди вперед подвинул. А то будешь встречи ждать до следующей осени.
Если честно, Агата даже не думала о том, как конкретно будет разговаривать с Пауком. Ей казалось, что придет в бар, обратится напрямую. И всё. Какие ещё могут быть сложности?
— Не, если хочешь, я тебя проведу вне очереди, побалакаю с помощниками Паука, чтоб глаза закрыли. — Рыжеволосая подмигнула. — Разумеется, за дополнительную плату. Ты как надумаешь к нему идти, сразу в бар не суйся. Подойди к ребяткам на входе. Скажи, что Сандру ищешь. Там разберемся.
— Спасибо, — ответила Агата вполне искренне.
Она уже привыкла, что в мире низшей нечисти всё решается деньгами. Ну, лучше так. Деньги найдутся, а вот время не терпит. Ждать месяц или даже год — на это она была не готова.
Глава 9
МЕДЕЯ
Воздух цирка был пропитан сладким ароматом попкорна и волнением зрителей. Обычно Арджеш очень ревностно относился к соблюдению своих тайн, но почти каждый выступающий тут был нечистью и не особо скрывался.
В какой-то момент Медея решила, что всех людей, которые видели сегодня представление, пустят на корм вампирам после просмотра, слишком уж много удивительной магии и поразительных номеров было показано.
Удивительных и поразительных даже для нее.
— Успокойся. Они хлопают, радуются, но как только выйдут отсюда, до последнего с пеной у рта будут доказывать, что видели, как именно запускался подъёмный механизм, заставляющий карлика левитировать, — сказал сидящий рядом Серп в ответ на ее подозрения.
«Жаль… на то, как их всех
