Хорошо. Что ты предлагаешь?
— Надо найти размыкающий артефакт и снять с Глории эти оковы. Только с Глории. Клянусь, я даже не подойду к вам, буду стоять в стороне. Если хочешь, можешь позвать охрану. Мы посмотрим, как она будет себя чувствовать без них, и если ей станет лучше — тогда будем что-то думать. А если не станет — возможно, это драконья смерть.
— Драконья что?! — ужаснулась я.
— Драконья смерть, — Энджел понизил голос, чтобы его не услышала сестра. Он и так шепотом закончил последнюю фразу перед моим вопросом, а это почти просвистел. — Это когда драконье пламя угасает, и вместе с ним угасает дракон. Навсегда.
Я покачала головой.
— Как я его найду? Нортон сказал, что будет держать его при себе…
— Да не будет он держать его при себе, наверняка оставит где-то в комнате. А у меня кое-что есть.
Энджел достал из кармана какую-то ромбовидную пластинку и протянул мне.
— Это поисковик артефактов. С помощью него у тебя получится найти то, что нам нужно. Просто нажми на камень в середине, и он приведет тебя туда, куда нужно.
М-да уж. Главное, чтобы Нортон меня за этим делом не нашел. Но…
— Хорошо, давай, — сказала я Энджелу, про себя решив, что все-таки лучше попробую с Нортоном поговорить. Не про то, что он кого-то там убил, а про Глорию, про то, чтобы временно снять с нее блокирующие браслеты. Но когда я пришла в его спальню, обнаружила, что он уже ушел. Рафаэль, которого я отыскала, чтобы спросить, где Нортон, сообщил, что он уже уехал по делам.
Уехал, улетел… неважно.
— Когда он вернется? — уточнила я.
— Поздно вечером.
Ну капец.
Я покивала Рафаэлю и сделала вид, что возвращаюсь к детям, а на деле вернулась к нему в спальню. От того, что я просто сниму браслеты ненадолго с Глории, ничего плохого точно не случится. Во-первых, я сниму их только чтобы проверить, чем спровоцирован жар: и если дело действительно в них, у меня будет чем оперировать в разговоре с Нортоном. А во-вторых, если выяснится, что дело более серьезное, надо будет срочно девочку спасать.
Вспомнив слова Энджела, я нажала на камень, искренне надеясь, что успею найти то, что мне нужно, до прихода горничной. Артефакт взмыл с моей руки и полетел в сторону кровати, примагнитился к тумбочке. Я открыла ее, и…
Ее содержимое выглядело как витрина магазина для взрослых, и я быстро захлопнула дверцу, чтобы стереть это из памяти. На-всег-да. Зачем Нортону все эти игрушки?!
Оторвав артефакт от тумбочки, я резко развернулась.
И что теперь?
Повторное нажатие на камень привело к тому, что «помощник» Энджела примагнитился обратно. Вот только не говорите мне, что надо искать этот размыкатель-ключ среди всего того, что я увидела!
Сказать это мне никто, конечно же, не мог, но именно это мне и пришлось делать. Сжав зубы, я опустилась рядом с тумбочкой на колени и принялась перебирать все эти девайсы самой разной направленности, уже представляя в красках, как их можно применять. Красок было много, в частности, одна из них — у меня на щеках. В какой-то момент мне показалось, что план «найди ключ» провален, когда среди всех этих приспособлений я увидела совершенно неприметную штуковину.
Штуковина напоминала простую прямоугольную металлическую пластинку, и если бы я наступила на нее в коридоре, наверное, просто решила бы, что это мусор, и выбросила.
— Ну-ка, давай тебя проверим…
Я приложила артефакт Энджела к пластинке, и он к ней прилип. Наглухо.
— Есть!
Я сунула пластинку вместе с артефактом в карман, а после осторожно выглянула за дверь.
— М-м-м…
За дверью никого не было, ни с той стороны, ни с другой. Я быстренько нырнула в коридор, добежала до детской и улыбнулась охраннику.
— Завтрак уже принесли?
— Да, только что.
— Чудесно.
Я надеялась, что с Глорией будет все хорошо, а еще надеялась, что она хотя бы немного поест.
— Привет снова, — я прошла в комнату и огляделась. — А где Энджел?
— В туалете, — проскрипела девочка.
— Сейчас мы тебе поможем, — я опустилась рядом с ней на кровать. Надеюсь, я разберусь, как эта штука работает. — Давай ручки.
Глория протянула мне руки ладошками вверх, я достала пластинку… и получила такой удар по голове, от которого потемнело перед глазами. Ткнувшись носом в постель, я услышала, как что-то звякнуло, и поняла, что пластинки в моих руках уже нет. Сознание отказывалось функционировать исправно, но даже сквозь него я услышала голосок Глории:
— Рис, пожалуйста, давай оставим ее здесь?
— Спятила? Она знает, откуда перцы!
Меня рывком вздернуло в воздух. Сквозь плавающие перед глазами круги и звезды я услышала еще какой-то лязг, звон разбитого стекла, а потом мы взмыли ввысь. Я еще как-то видела стремительно удаляющийся дом и летящую рядом Глорию, а потом сознание и вовсе меня покинуло, оставив только густую липкую темноту.
Часть 3. Ходячая катастрофа. 1. Алиса
«Никогда не разговаривай с незнакомыми людьми, если к тебе подошли на детской площадке», — говорила мама. Если бы она мне еще говорила, что с незнакомыми детьми тоже говорить не стоит, как и доверять им… Наверное, я бы не вляпалась в то, во что вляпалась. По крайней мере, именно такие мысли посещали меня по мере пробуждения, а окончательное пробуждение вышло ну очень неприятным. Кому понравится, когда тебя с головы до ног окатывают ледяной водой сомнительного качества из ведра сомнительной чистоты?
Вот и мне не понравилось. Отплевываясь, я обвела все еще мутным взглядом комнату, в которой оказалась, и увидела вполне себе приличную гостиную. Правда, с задернутыми шторами и приглушенным светом от светильников на стенах. Помимо меня в этой гостиной наблюдался мужик интеллигентного вида, сидевший в кресле, мужик жуткого вида, который держал в руках ведро, а еще Глория и Энджел, который не-Энджел, сидящие на диванчике напротив меня. А я была основательно так привязана к стулу.
— Доброе утро, Алиса, — поздоровался мужик-интеллигент и поправил пенсне.
Он выглядел как классический маньяк из сериалов, весь такой аккуратный, прилизанный, со стороны вроде ничего особенного, но если посмотреть в глаза — можно наложить кирпичей. От страха. Потому что в них, в этих глазах, не было ничего, кроме зияющей темной бездны. И это была вовсе не метафора, радужка и
