издавна делились на три направления. Сумеречные бойцы, владеющие кто боевой магией, кто магией слова или разума. Искусники. Артефакторы, бытовые маги, мастера-книжники. И целители.
Все мои братья были сумеречниками, а вот мы с сёстрами оказались почти не одарены силой, как и многие женщины.
Тарион Горад был сильным сумеречником.
Что я могла? Судя по всему, все амулеты у меня отобрали.
Вся надежда только на то, что меня на какое-то время оставят одну. И что та дрянь, которой меня отравили, перестанет действовать. Тогда у меня будет шанс. Обязательно.
Я не сдамся, господа. Сейчас мне жаль только одного – что я не могу увидеть ваши лица, а по голосу узнала только Горада.
Потому что все причастные должны получить награду за проявленную смелость. Как насчёт петли?
Думай, Аэри. Думай, а не паникуй. Безнадёжных положений не бывает. Бывают идиоты, которые не видят выхода.
– Долго нам ещё? – Недовольный голос второго.
– Налево. Осторожно, здесь ступеньки, – команда Горада.
Кожа покрылась мурашками. Не просто холод – ледяной, обжигающий, вымораживающий.
– Дрр-раг, это что такое? – Один их похитителей застучал зубами.
– Заброшенная часть подземелья, – в голосе Тариона Горада мелькнуло напряжение, – бросайте её сюда. Да, на подстилку. Полежит, никуда не денется.
– Н-но сегодня же во дворце приём. Заметят, что её нет, – подельник Тариона закашлялся.
– Вот именно, – в голосе Горада звучало удовлетворение, – заметят, будут искать и найдут все свидетельства того, что принцесса пропала. Сам знаешь, сейчас исчезновение женщины сразу вызовет пристальный интерес.
– Оо-оо… – пауза, – ты же… Об этом убийце?
Что-что?! Они хотят свалить моё исчезновение на безумца, убивающего женщин?!
– Вот именно. А когда ажиотаж спадет, её уже заберут. Кто – вам знать не следует. Принцесса во дворец больше не вернётся, – с издёвкой произнёс Горад.
Чужие ладони прошлись по моей талии.
– Все? Пошли. Живо.
Раздался тихий топот ног. Какой-то скрежет, шуршание, топот. И я осталась одна.
В кромешной тьме, все ещё не в силах пошевелиться и без единого союзника.
Глава 10. Питомец.
Если вы думайте, что развестись с мужем-принцем и не попасть в силки дворцовых интриг – это легко и просто – значит, вы не знаете, что творится за мощными стенами дворца.
Если вы полагаете, что знания прошлого, даже обрывочные, могут стать подспорьем, значит, вы не подумали о том, что прошлое может резко и неотвратимо измениться, став вашим настоящим.
А если вы считаете, что хуже уже быть не может…
В первый момент разум охватила паника. Впилась когтями, разрывая грудную клетку, заставляя содрогаться от ужаса. Картины перед глазами вставали одна другой страшнее.
Что меня растерзают невидимые черви, родившиеся от черных злословий в глубинах земли. Что меня найдет таинственный убийца – и я навсегда останусь лежать в этой земле, бездарно потратив вторую жизнь. Что... Сотни эти "что".
Я отчаянно хотела выжить вопреки всему и всем. Императору с его странными приказами, императрице, мужу.
При мысли о Тристане сердце сжало от боли и ненависти. Я занимала себя все эти дни чем могла – только бы не думать и не вспоминать.
Перед глазами раз за разом вставало лицо принца. Спокойное и улыбающееся, искаженное желанием и яростью, обидой и недоумением. И последнее – равнодушное, внимательное, когда он смотрел на то, как я умираю.
Я знала, что должна отпустить. Перестать себя мучить и спрашивать «зачем». Какая разница, почему такая судьба досталась именно мне?
Намотай сопли на кулак, Аэри, и вперёд, зубами цепляться за новый шанс!
Цени себя сама, ты у себя просто чудо какое золотко.
Эта мысль помогла встряхнуться. А ещё то, что я порадую и Триса, и всех своих недругов, сгинув тут во мраке среди камней и пыли.
Потому что или я сошла с ума, или Тарион Горад служил заговорщикам, которым зачем-то понадобилась принцесса.
Только и правда – зачем?
Шантаж? Глупость. Зная род Мъярг – они скорее объявят, что я умерла от смертельно опасной болезни. Под названием «родство с правящей фамилией».
Тогда что?
Непонятно. Это казалось настолько бессмысленным, что настораживало ещё сильнее.
Я попыталась пошевелиться – и чуть не завопила от радости, когда пальцы ног дрогнули.
Неужели у меня получится выбраться?
Мне бы только шанс. Кто-нибудь. Кто закинул меня сюда, в этот мир, это прошлое. Ты ведь зачем-то это сделал?!
И стоило этим словам отзвучать в голове, как вдруг неподалеку послышался оглушительный скрежет когтей.
Душа ушла в пятки. Я застыла, замерла, затаив дыхание. Вся обратилась в слух.
Тихий шорох. Так падают мелкие камешки. Скрежет. Едва слышное ворчание.
Возмущённое чихание – звонкое, как и сопение.
Что это? Монстр? Местный обитатель? Просто какое-то животное?
Тихий шорох. Так падают мелкие камешки. Скрежет. Едва слышное ворчание.
Возмущённое чихание – звонкое, как и сопение.
Что это? Монстр? Местный обитатель? Просто какое-то животное?
Задумавшись, я не заметила, как вокруг воцарилась подозрительная тишина.
А потом в меня что-то ткнулось. Хотелось кричать, но из горла вырвался только сип. Глаза резко распахнулись, слепо вглядываясь в густую темноту.
И в этот момент моего лица коснулось что-то шершавое, длинное, влажное и меня… облизнули! А потом ещё раз. И ещё. Лицо, руки, даже ноги сквозь чулки!
Я застыла. Что происходит? Некоторые хищники смачивают жертву слюной, и…
Я что, могу двигаться?
Раз. Два. Три. Тело пронзила энергия. Сила наполнила мышцы, ушли оцепенение и заторможенность.
Я подхватилась и резко села. В поясницу больно впились камни. Слова застыли в горле.
Прямо на меня смотрели круглые плошки ярко-сиреневых глаз с хищным вертикальным зрачком.
Большая лобастая голова с шипами изящно склонилась, показывая мне три ряда острых клыков и раздвоенный язык.
– Крры-ыык! Карр-лы, курр-лы, – выдал монстр, тыкаясь в меня мордой.
Руку защипало.
Я поднесла её к лицу – и увидела отчётливые следы клыков.
Тьма предков, неужели смертельный укус? Как же бездарно!..
– Квыррр-р! – Возмутилась монстрятина, словно поняв, о чём я думаю.
И в этот момент тьма вокруг подёрнулась дымкой и…
Я увидела низкий каменный свод небольшой пещеры, охапку соломы, какие-то большие коробы у стены и, самое главное – целых четыре выхода.
Морда зверя стала на удивление выразительной. Вытянутое тело,
