— У Лианирии начались кровотечения? — заломила бровь Амалирия.
— Да, её горничная сообщила недавно, — Олинирия уселась на кресло.
Я же опустила голову, глядя в тарелки. Ну, вот, теперь вся община знает, что я не беременна и могу выходить замуж. Комок горечи подкатил к горлу. Держись, Лина, держись. Это только начало.
* * *
После завтрака мы с девчонками отправились в школу. Криспи, как всегда шла рядом и не умолкала. Я же не особо прислушивалась к её щебету.
Низ живота продолжало тянуть, как будто внутри холодец вибрировал, и от него потихоньку отваливались куски. Раньше на Запрещённой Земле я страдала от болезненных менструаций и спасалась только таблетками. Но в Эраллии Элдрю давал мне какое-то зелье и боли проходили. А потом и вовсе не возникали. Но сегодня опять началось, наверное, без зелья мне придётся туго.
Криспи заметила мое страдальческое лицо.
— Лина, знаешь, а я научилась делать зелье от боли при ежемесячных кровотечениях.
— Правда? — удивилась я. — Научишь меня?
— Конечно, берешь траву золотника, — воодушевленно начала она, — делаешь отвар и читаешь наговор "Налево пойду — солнцу поклонюсь, направо пойду — Луне улыбнусь. Кровь — не вода, утихни боль навсегда". И так три раза повторить. Поняла?
— Да, спасибо, — вздохнула я.
— Траву золотника можно найти на первом этаже особняка, в кладовой.
— Хорошо, ты только напиши мне наговор, а то я уже забыла, снова сморщилась я от очередного спазма.
— Ладно. А как ты раньше справлялась с болями? — любопытствовала Криспи. — Все сёстры первого круга подвержены этой напасти, почему-то, — пожала она плечами. — Мы это зелье наизусть знаем с девяти лет.
— Все — все? — не поверила я, заломив бровь.
— Ага, мама говорит, это семейное, — вздохнула теперь девчушка. — Так как ты раньше справлялась?
— Пила таблетки обезболивающие. А потом Элдрю давал мне зелья целительские, — ответила я не задумываясь о словах.
— А кто этот Элдрю? Он хорошенький? — тут же оживилась Криспи.
— Он целитель, — замялась я, стоит ли говорить ей о нём. — Очень хороший маг.
— Красивый? — не унималась девчушка.
— Красивый, — улыбнулась я, вспомнив его. — Но мы были только друзьями.
— Жаль, а я хотела послушать историю любви, — искренне вздохнула она.
— Что? Мала ты ещё, чтобы такое слушать, — удивлённо посмотрела я на неё.
— И ничего не мала! — сердито возразила ведьмочка. — Мама рассказывала, как они с папой влюбились друг в друга с первого взгляда!
— Так то папа, это можно.
Мы как раз подошли к школе. Уф, хорошо, что этот разговор закончился. Проболталась про Элдрю. Хотя, думаю, ничего страшного.
Криспирия побежала в свой класс, а я поспешила в свой. Нужно выжать максимум знаний, пока я здесь.
Уроки прошли плодотворно. Теорию и практику ведьминской силы я освою хорошо, пока на острове. В то, что я здесь на пару месяцев, не сомневаюсь.
За мной всё равно приедет Марианна или Элдрю. Если конечно, получили моё письмо. А если нет? Нард должен был передать.
— На! Держи! — звонкий голосок Криспирии вырвал меня из мрачных мыслей.
Она сунула в руки какую-то бумажку.
— Что это? — развернула я мятый листочек.
— Наговор для зелья, чтобы снять боль, — девчушка кивнула мне, смотря на низ живота.
— А-а-а, спасибо, — и глаза пробежались по тексту.
"Налево пойду — солнцу поклонюсь, направо пойду — Луне улыбнусь. Кровь — не вода, утихни боль навсегда".
Странное чувство закралось под ложечку. Я ещё раз перечитала текст.
"Кровь — не вода". "Ты её пробуди. Не водой сполосни" — всплыли слова колыбельной.
Ну, конечно! Кровь! На ней многие заклинания замешаны. Нужна кровь, чтобы пробудить эту каплю моря.
— Спасибо, Криспи! — я обняла девчушку. — Ты мне очень помогла!
— Да, ладно уж. Чего тут помогать-то, — зарделась она. — Пустяковое заклинание, зато помогает очень хорошо.
— Ты — молодец! — потрепала я её за щеку. — Пойдём скорее домой.
Уф, хоть часть шифра мне удалось понять. Ещё бы разгадать, что за капля моря. И тогда пазл сложится.
После обеда я исполняла свои обязанности няни маленького белатора. Криспи мне помогала, оказывается, она знает даже больше меня, как ухаживать за младенцем. Выяснилось, всю неделю моего отсутствия она всё делала сама. Вот и научилась.
Когда малыш заснул, мы отправились в сад на прогулку. Несла я его в корзине. А Криспи шагала рядом и тащила покрывало. Мы решили позагорать на полянке, что недалеко от нужных мне статуй.
Купальников не было у ведьм. Видимо не догадались или не видели необходимости. Здесь и так кругом одни женщины. Но раздеваться я не стала, не хватало ещё того, чтобы Криспи или кто другой увидел мою татушку на животе. Просто задрала подол, оголив ноги. А платье надела без рукавов.
Корзину с младенцем поставили в тень большого дерева. А сами рядом расстелили покрывало и легли на спины.
Через некоторое время Криспи разморило на солнце и она уснула, так и не договорив о том, что они сегодня проходили в школе. Я аккуратно накрыла её другим легким покрывалом, чтобы она не сгорела на солнце. И тихонько пошла к группе статуй. Так, прабабушка говорила про гнома. Я увидела фигурку в пол моего роста. Она стояла с самого краю. Быстро осмотрела, нашла норку у ботинка гнома и положила туда послание. Всё, теперь ждать, когда со мной свяжется кто-то из прислуги, как тогда в саду.
Также тихонько я вернулась на покрывало и легла на живот, подставляя солнцу заднюю поверхность ног. И сама не заметила, как уснула.
— Лина, хватит спать! — Криспи тормошила меня за плечи. — У тебя уже руки красные!
Спросонья я ничего не поняла. Где я вообще? Увидев встревоженное лицо ведьмочки, вспомнила, что мы тут делали.
— Дарнах! — выругалась я. — Кажется, сгорела, ведь знаю же, что мне много не надо, чтобы получить солнечный ожог. Кожа у меня светлая и чувствительная к ультрафиолету.
— Это точно, — согласилась Криспи. — Ничего, я тебе мазь принесу, всё заживёт. А что такое дарнах?
— Ящер один летающий, очень опасный, — пояснила я, надевая тунику. — У него на конце хвоста ядовитые шипы. Встретить его — почти верная смерть. Магия на него не действует, он её впитывает.
— Ужасно! — ахнула девочка. — Они в Сиреше водятся?
— Нет, на севере восточного материка. Но жители ближайших городов создают защитный купол от них. Постоянную магию они всё-таки не могут преодолеть.
— Странное животное, — выдала умозаключение девочка. — Скоро малыш проснется, нужно его отнести к маме. Он, когда просыпается, такой голодный, — нежно улыбнулась она, покосившись на корзинку с младенцем.
— Хорошо, пойдём отнесем домой. И потом ты мне покажешь, где в доме кладовая с травами, — вспомнила я про зелье от боли в критические дни, так как новый приступ спазма не заставил себя долго ждать.
Кладовая оказалась очень большой чуть ли не с размером с мою спальню. Стеллажи рядами заполнили всю комнату. На полках стояли стеклянные банки, подписанные аккуратно: название и дата сбора. Все баночки стояли в алфавитном порядке, как книги в библиотеке.
— Ух, ты! — цокнула языком, осматривая ведьминские запасы.
— Тут все травы, что растут на Алтории, — гордо расправила плечи Криспи. — И есть некоторые заморские, их белаторы привозят в подарок.
— И где нужная трава?
— Вот, — Криспи взяла с нижней полки банку, — тебе совсем чуток нужно. Возьми кулёк, — она протянула мне бумажный пакет из пачки, что лежала тут же рядом в специальном боксе.
Я отсыпала немного травы в кулёк.
— Ну, и где тут лаборатория?
— Что? — округлила девчонка глаза.
— Зельеварочная, — вспомнила я, как обычно здесь называют помещение.
— Так тут рядом, — и ведьмочка потащила меня из кладовки.
Кабинет зельеварочной оказался за соседней дверью. Логично.
Здесь было очень светло, в отличие от темной кладовой, где для сохранности трав окна не предусмотрены, а только хорошая вентиляция. Но и в зельеварочной над каждым котелком стояла вытяжка.
