рук. В конце концов О'Ши отступает.
— Вблизи сразу раскусят.
— Если кто-нибудь приблизится, мы уже обречены, — говорю я, затем поднимаю крышку с коробки со Следом и с сомнением смотрю на неё. — Как нам заставить это работать?
— Возьми его в руки.
Я начинаю делать, как мне говорят. Но едва мои пальцы касаются прохладного стекла шара, как я ощущаю разряд статического электричества и отшатываюсь, шипя сквозь зубы.
О'Ши выпячивает нижнюю губу.
— Оу. Большого плохого вампира ударило током? — я прищуриваюсь, глядя на него. — Извини. Я хотел сказать «маленького плохого вампира».
Я не поддаюсь на уловку. Вместо этого я пытаюсь снова, на этот раз мне удаётся подхватить шар и держать его обеими руками. Почти сразу же меня тянет вперёд. Я моргаю.
— Круто, да? — ухмыляется О'Ши.
— Если это сработает.
— Бо, с тобой в последнее время совсем не весело.
— Мы не веселимся, — говорю я ему. — Это серьёзное дело. Если кто-нибудь нас поймает… или даже увидит…
Он обводит рукой вокруг, когда меня снова дёргает вперёд.
— Здесь никого нет. Сейчас середина ночи. Просто позволь себе расслабиться.
— Мы находимся в центре военной базы, окружённые множеством солдат и пушек. Я не собираюсь расслабляться, пока мы не получим то, за чем пришли, и не уберёмся восвояси.
— Нет, — говорит он, — я имел в виду, расслабься, и След сделает свою работу, — он подмигивает. — Поверь мне, Бо. Я — деймон.
По какой-то причине его слова напомнили мне об Иксе и его нелепых выходках на телестудии. Я заставляю себя сосредоточиться на деле и следовать инструкциям О'Ши. Я расслабляю мышцы, в то время как След продолжает давить на меня. Это легче сказать, чем сделать, но вскоре мы уже двигаемся быстрым шагом, пока я держу След прямо перед собой. Я несколько раз спотыкаюсь, пока он ведёт нас по безукоризненно чистой дороге, окаймлённой газоном, подстриженным так ровно, что я представляю, как какая-нибудь бедная группа новобранцев каждое утро измеряет каждую травинку, чтобы убедиться в её соответствии требованиям.
След тянет меня влево, когда я слышу впереди голоса. Мы с О'Ши быстро переглядываемся и бежим к ближайшему зданию, позволяя густым теням скрыть нас как можно лучше. Я всё ещё нервничаю из-за того, что камеры могут снимать нас, поэтому не поднимаю головы. Мгновение спустя появляются два солдата. У обоих одинаковые короткие стрижки и прямые спины. Армия, безусловно, держит своих рабочих пчёлок в узде.
Давление от Следа растёт. Я перекладываю его вес в своих потных ладонях, пока он пытается заставить меня двигаться. В попытке обрести больший контроль я прижимаю его к груди, но от этого всё моё тело дёргается. Я стискиваю зубы и стараюсь держаться прямо, пока солдаты проходят мимо.
Они находятся примерно в трёх метрах от меня, направляясь к главным воротам, когда След, очевидно, решает, что с него хватит. Прилив неконтролируемой энергии швыряет меня вперёд. Я чувствую, как О'Ши хватает меня сзади за платье, чтобы удержать, но уже слишком поздно. Мои ноги вскидывают в воздух гравий, который окружает здание, пока я пытаюсь восстановить равновесие. Единственное, что я могу сделать — это сжаться в комок, но даже тогда эта чёртова штука всё равно тянет меня вперёд. Я размышляю, что бы сказал Исаак Ньютон о Следе, когда понимаю, что солдаты остановились и поворачиваются в нашу сторону.
— Чёрт, — выдыхает О'Ши.
Мой инстинкт — бежать, но если мы попытаемся, нас наверняка заметят. Ближайший к нам солдат начинает двигаться в нашем направлении.
— Есть там кто-нибудь? — спрашивает он, вглядываясь в нашу сторону.
Наше единственное спасение в том, что мы окутаны тьмой и невидимы с дороги. Я мысленно перебираю варианты. Мы могли бы напасть на солдат и сбежать, но тогда у нас не было бы надежды подобраться к нужным нам сферам. Я всё ещё в платье; я могла бы воспользоваться рассказом О'Ши о младшем капрале и выйти поболтать с ними, создавая впечатление, что у меня есть разрешение находиться здесь. Это дало бы нам около пяти секунд, прежде чем они узнают правду. И что, чёрт возьми, мне делать с этим проклятым Следом? Если я встану, он снова начнёт дергать меня с такой силой, что я либо уроню его и позволю солдатам определить наше присутствие, либо он швырнёт меня прямо им под ноги. Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт. Это была такая глупая идея.
Из рации второго солдата доносится треск. Он отстёгивает её от пояса и подносит к лицу. Он отрывисто кивает.
— Нам пора.
— Но…
— Это, наверное, чёртова кошка. Может, ты и хочешь настроить Арбакл против себя, но я не в настроении выслушивать очередной нагоняй.
— Ты говорил с полковником Арбакл? — даже в темноте я вижу, как побледнело его лицо. — Но…
— Нас ждут в Оперативном Штабе. Сейчас же.
Кадык солдата дёргается, он нервно сглатывает и отворачивается. Я провожаю взглядом удаляющийся топот их тяжёлых ботинок. Я остаюсь на месте, сгорбившись над Следом, который продолжает пытаться сдвинуть меня с места, пока не убеждаюсь, что они ушли.
О'Ши отлипает от стены.
— Чуть не попались, блин.
— Ты слышал его рацию? Ты знаешь, что было сказано?
Он качает головой.
— Всего пару слов. Я думаю, этот тип Арбакл немного пугающий.
Я прикусываю губу.
— Да, — медленно отвечаю я, — думаю, да, — я представляю себе ещё один типичный фоторобот с короткой стрижкой, но с более толстой шеей и более жёстким взглядом.
— Ты можешь встать?
Я морщусь.
— У меня такое чувство, что как только я это сделаю, я полечу по воздуху со скоростью, которая противоречит законам физики. Неудивительно, что эти чёртовы Следы используются нечасто.
— Он выполняет твои приказы.
— Чтобы найти сферы.
— Ага.
— Что ж, в таком случае, давай найдём их и уберёмся отсюда к чёртовой матери. Нам больше не нужны подобные столкновения.
Я осторожно разгибаюсь. В Следе нарастала инерция, и как только я наполовину выпрямляюсь, меня швыряет вперёд, как пробку, вылетающую из бутылки шампанского. Мои руки вытянуты вперёд, а ноги волочатся за мной, когда меня выталкивают прямо на дорогу. Если бы мы вовремя не спрятались, я бы врезалась прямо в солдат.
— Ты что, не можешь управлять этой штукой?
— Пожалуйста, попробуй, — говорю я О'Ши, пока меня стремительно несёт по асфальту, а затем разворачивает вправо и швыряет плашмя о стену другого здания.
— Нет уж, спасибо, — говорит он, догоняя меня.
Я отступаю назад, но тут же снова оказываюсь прижатой к стене. Она усеяна галькой, и острые камешки неприятно впиваются мне в кожу. Я отворачиваюсь в сторону,
