– Алфавитной! – вызверился Тарасов, поняв, что упустив такого удобного подозреваемого, Костик потерял к делу всякий интерес.
«Ох, и хлебну я еще всего хорошего с этим Константином Дмитриевичем», – подумалось мужчине, а внезапно внутри что-то екнуло.
«Вместе вы хлебнете и очень скоро», – вот что подсказали следователю его пятнадцать процентов магии.
Арина по коридору не шла, она плыла. Пол под ногами не чувствовался вовсе. По пути она успевала направо и налево раздавать коллегам провинциальное «Здрасьте!», сама того не замечая. А если б и задумалась над этим, то все равно не смогла понять, откуда оно взялось. Оставив вещи в кабинете и, даже не посмотрев на стол, уже заваленный бумагами, она вылетела обратно в коридор и понеслась в курилку. В это время там никого не бывало. Сейчас все сотрудники активно делали вид, что работают или действительно работали, растрачивая накопленный за выходные дни трудовой энтузиазм.
Олег взял трубку после второго гудка.
– Что случилось? – спокойно и серьезно спросил он.
На девушку его голос и тон оказали такое же воздействие, как приличная доза успокоительного.
– У меня проблемы. Кто-то подделал заключения на несколько артефактов, и в них стоит моя подпись.
– Тебя допрашивала полиция?
– Нет, следователи из МП. Причем, один из них предложил мне заняться поисками хорошего адвоката.
– Ясно, – коротко бросил Олег и замолчал на некоторое время.
Пока длилась пауза, тянувшаяся мучительно долго, Арина мерила шагами помещение.
– Ты давала подписку о невыезде? – наконец раздался голос Олега в трубке.
– Нет.
– Хорошо. Тогда сейчас звони и заказывай такси на вечер.
– Чтобы ехать в аэропорт? – уточнила она, ведь ей необходимо будет назвать конечный адрес.
– Нет, чтобы в полиции думали, будто ты поедешь домой. А на самом деле ты сядешь в машину, номер которой я тебе скину чуть позже, и уже на ней ты отправишься в аэропорт.
– Но мое бегство будет расценено, как признание вины! – прошептала девушка, стиснув телефон так сильно, что от кончины его спас лишь металлический корпус.
– Арина, поверь, как только ты окажешься в моем доме, это уже не будет иметь значения.
– Ты… у тебя есть какой-то план? – она запиналась чуть ли не на каждом слове, боясь поверить в то, что внезапный кошмар уже вечером исчезнет из ее жизни.
– Да, – уверенно произнес Олег. – Постарайся успокоиться, все будет отлично. Верь мне.
– Хорошо… Тогда встретимся вечером.
– Непременно, – пообещал мужчина и отключился.
Арина замерла возле окна. Она невидящим взглядом смотрела сквозь стекло. Из оцепенения ее вывела вибрация телефона. Олег прислал сообщение с номером автомобиля.
– Алексей Павлович, у меня для вас новости! – сияя как новенький рубль, Зарицкий ворвался в конференц-зал, успевший опостылеть Тарасову за неполные десять часов.
– Костик, единственная новость, которую я хочу услышать, должна звучать так: все работнички этого адского местечка разошлись по домам, и нам пора.
– Сочувствую, но я принес распечатку телефонных звонков Леденевой за сегодняшний день, ее смс-переписку и кое-что еще.
– И что там? – спросил Тарасов, устало подперев ладонью голову.
– Что там… что там… – Парень закопошился в стопке бумаг и, наконец, извлек нужную. – Ага! Вот! Утром подозреваемая звонила некоему Вяземскому Олегу Викторовичу. Это бизнесмен, владелец той самой туристической базы, про которую она говорила. Кажется, Леденева серьезно отнеслась к вашим словам по поводу адвоката! – Зарицкий ненадолго оторвался от документов.
– Ну и молодец, – проворчал старший следователь и кивнул на кипу в руках помощника. – Что еще?
– Через несколько минут после звонка ей пришло сообщение, предположительно с номером автомобиля. Отправитель – все тот же Вяземский. Дальше наша красавица позвонила в такси и вызвала машину на вечер, чтобы ехать домой…
Тут Зарицкий взял эффектную паузу.
– И? – не выдержал Тарасов.
– И машина только что отъехала от здания, но без пассажирки. Причем, на звонок, оповещающий о прибытии такси, Леденева ответила, а потом отключила телефон.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Что еще? – мужчина помрачнел.
– Еще на ее имя забронирован билет на рейс в аэропорту.
– На какой именно рейс?
– Сейчас посмотрю, – пообещал Зарицкий и опять зарылся в бумажки.
– Так, – Тарасов поднялся с кресла, – к черту твои бумажки, едем в аэропорт!
– А я вам говорил, что это она! – радостно воскликнул парень, подбегая к вешалке, где висела его куртка.
– Не мели ерунды, – отмахнулся Тарасов, натягивая пальто. – Что-то тут не так, говорю тебе!
В аэропорту Тарасов отправился общаться с начальством один, оставив Зарицкого прямо в зале в компании рядовых сотрудников МП. Вернулся он очень быстро. Константину никогда прежде не приходилось видеть своего старшего коллегу в таком состоянии.
– Что случилось?
– Катастрофа, – просипел Тарасов и откашлялся. – Нам нужен телепортист. Срочно!
– Зачем? У нее же рейс только через полтора часа! Нужно запретить все вылеты и обыскать здание!
– Она уже улетела, – похоронным тоном сообщил мужчина. – Частным рейсом. В Ключи.
– И что? – удивился Константин, который все еще не понимал причину подавленного состояния коллеги и не видел трагедии в происходящем.
– Что значит «что»? – прошипел Тарасов. – Ты где работаешь? Вас сейчас в академии чему вообще учат? Ты действительно не понимаешь, что у нас нет времени?
Зарицкий банально захлопал глазами на негласного начальника. Подобного тона парню еще никогда не приходилось слышать не только от Тарасова, но и от кого бы то ни было другого.
– Нормально нас учат, – набычился он. – Я не понимаю в чем проблема: можно спокойно дождаться следующего рейса и приехать в эти Ключи.
– Ты меня не слышал? Нам нужен телепортист! У нас нет времени! Иди звони и требуй специалиста!
– А почему я? – попробовал возмутиться Зарицкий.
– Потому что это у тебя папа генерал, а не у меня. Потому что тебе предоставят кого угодно по первой просьбе, а меня заставят собирать горы бумажек и подписей!
Константин сразу не смог понять то ли это был комплимент, то ли издевка. Так ничего не придумал, зато додумался до кое-чего другого.
– Ну, так я пошел?
– Ты еще здесь? – прорычал Тарасов.
– Понял, – покладисто кивнул Зарицкий и отошел в сторонку.
Константин достал телефон. Убедившись, что временно невменяемый начальник вступил в оживленную беседу с каким-то незнакомым сотрудником МП, прибывшим в аэропорт в машине сопровождения, парень набрал номер.
– Геннадий Федорович?
– Да, – раздался в трубке глухой голос.
– Это Константин Зарицкий. Извините за поздний звонок, но у меня неприятная ситуация на службе нарисовалась. Боюсь, требуется ваша помощь.
– Ничего страшного, Костя, ты же знаешь, я всегда рад тебе помочь. Рассказывай.
– Нам передали дело. Мне в нем все было ясно с самого начала. Какая-то девочка захотела заработать и решила сделала это нечестным путем, там доказательств вины – лопатой греби, но Алексей Павлович, настоял на том, чтобы ее отпустили, в итоге впустую был потрачен целый день. Сейчас мы находимся в аэропорту, а подозреваемая уже улетела, и теперь нам срочно требуется телепортист!
– Куда улетела?
Вопрос Константина озадачил, но он все же ответил на него:
– В какие-то Ключи.
– Она магичка?
– Кто? – не сразу сообразил парень.
– Ваша подозреваемая, – совершенно спокойно уточнил Геннадий Федорович.
– Конечно! Мы же МП! – фыркнул Зарицкий, в очередной раз уверившись в несостоятельности пожилых людей, которые попросту занимают свои кресла и не дают дорогу молодым.
Меж тем в трубке на некоторое время повисла тишина.
– Вот что, Костя, – так же спокойно и даже степенно начал его собеседник, – передай Алексею Павловичу, что я лично найду ему специалиста, и в аэропорт он прибудет в кратчайшие сроки. Это первое. Если все получится, то с понедельника у него будет другой напарник. Это второе. А тебе Костя я скажу одно: в органах ты больше работать никогда не будешь, теперь тебе даже папа не поможет.
