- Спит крепким сном. Ни жива, ни мертва. Так говорят те, кто видел её, а это не люди. Не может человек в ту гору зайти.
И снова – загадка. Очередная. И – странность. Если не человек видел девицу, то кто? Снова нежить? Иль животина какая пробраться сумела? А если животное, то на сколько верить ему можно?
- Девица? - переспросил Иван, очередной раз ненадолго задумываясь. - Ещё одна? Случилось, что?
Вот как-то перебор уже с девицами в землях сих, - мелькнула мысль.
- Жениться должен был Кощей, - поразмыслив чуть, сообщил конь верный. - На дочке Войлата, - добавил, пока Иван из седа на землю спрыгивал. - Отправилась княжна Василиса в земли его. Да только пока ехала, увидел жених необычный для рода человеческого прибывшую в замок Войлата жену будущую княжича. Насильно к себе забрал.
Ну, не сказать, что частое явление. Но и новостью большой не стало. При набегах нередко княжон в жены брали, дабы земли себе вроде как на законном основании в будущем прибрать.
- При невесте живой другую в дом привезти? – вновь не удержался от вопроса Иван.
- Нежить, - без осуждения обронил конь. - Нет ни законов, ни порядков человеческих.
Здесь не поспоришь. И всё равно, вопросы покоя не давали.
- И что с девицами стало? А княжич? Неужто за невестой законной не отправился? От нежити отбивать не стал?
Честь требовала за девицу, в жены предназначенную и врагом похищенную, вступиться. Ежели у самого гордость, конечно, была.
- Сгинул княжич в этих же землях, как и сестра, - в общем-то новость и новостью не была. Хотя, не совсем так. Вот про сына Войлата как-то ничего и не слышал. Только о девице все разговоры велись. - Не встретились, видимо, - добавил тем временем друг верный. - Никто не знает, где и что сталось.
- Взглянуть на девицу можно ли?
И сам не понимал, для чего. Сомнения сильные, что именно та в гор е находится, которую в жены взять пожелает… Однако взглянуть желание почти непреодолимое возникло. Даже если опасность грозить будет. Впрочем, возможно просто убедиться желал, что не та спрятана от глаза людского, что по лесу в одиночестве бродит…
- Вход в пещеру диким зверем охраняется, - очередной раз прерваны были его размышления. - Близко подойти не смогу. Тебя ждать до заката буду. Ежели не придёшь, в земли Войлата вернусь.
Интересно, скольким своим седокам эта животина подобное говорила? Ч другой стороны, его право. Выбор, сделанный человеком, совсем не обязателен для выполнения животным…
Глава 16. Тайна Хрустальной горы
Не близким оказался путь. Хотя, казалось, вот она, рядом, гора хрустальная. Вход во внутрь плющом увит, от глаза человеческого, не иначе, намеренно скрыт. Осторожно приблизился Иван, с опаской оглядываясь. Не было дикого зверя. Вообще, никакого. Не попутал ли конь чего? Все же не человек. Животина безмозглая.
Никто путь не преградил. Осторожно вошел под своды пещеры. Огромная. Посредине стоит гроб из хрусталя чистого. А в гробу том прозрачном лежит девица в платье нарядном, возможно, что и свадебном…
Медленно обошел Иван вокруг гроба несколько раз. Нет, не та девица, что встречалась в эти дни. Получается… Да, странное и необъяснимое что-то получается… Если нет поблизости живого духа, а в гробу человек ни живой ни мертвый лежит, то… Не одна ли из девиц то пропавших?..
Склонился над гробом, пытаясь дыхание уловить. Может спит? – надежда мелькнула. Ложе странное, конечно. Но и земли не обычные. Кто ж его знает, где удобнее. Но вот в том, что покойница перед ним, сомневался сильно. Нетленна лежит. А, даже учитывая холодность пещеры…
И тут за спиной рычание раздалось. Замер на мгновение, медленно обернулся. Вход преграждая в пещеру, стоял волк размеров огромных. По крайней мере до сих пор видеть таких не доводилось. Если только в землях отцовских не водились подобные.
Зверь дикий осклабился. Не по себе стало. В пещере ни души живой. Если не считать ни живой, ни мертвой девицы, в гробу хрустальном лежащей. Но вряд ли от той помощь какая придёт.
- Без злого умысла я, - заговорить постарался спокойно Иван, со взглядом волка, зверя дикого, избегая встречаться. – Не трону, слово княжеское даю. Охраняешь её? – при этом кивнул в сторону гроба.
- Не твоя здесь земля, - прорычала зверюга человеческим (а чему уже удивляться-то) голосом. –
