class="p1">— Пошли, — Арьеду пришлось слегка подтолкнуть меня в спину, чтобы мои непослушные ноги наконец сдвинулись с места.
Проходя в ворота, я всё ожидала грозного окрика. Но никто из стражей больше не обращал на нас внимания. Мы двинулись по натоптанной дороге. В сотне локтей впереди маячила телега с тёткой. Она то и дело оборачивалась на нас. Похоже, боялась, что мы её преследуем.
Только я вздохнула свободно и подумала, что всё уже позади, как почувствовала щекотку на лице и шее. Испуганно взглянула на Велейна. Чужая личина задрожала, пошла рябью и полностью исчезла с его лица.
— Батюшки! — истошно заорала тётка. — Это ж те самые мужик и девка, которых ищут!
Как и всегда в опасной ситуации, я впала в ступор. Да и что было делать? Бежать? А куда?
Справа от нас шла крепостная стена, спускаясь к самой реке. Слева — темнел лес. Пространство между ними разделила почти прямая колея дороги и под тысячу локтей ровного пространства, засеянного злаками.
Тут даже очень быстро бежать — всё равно что стоять на месте.
Но этого мне не позволил Велейн. Вот кто реагировал быстро, почти мгновенно ориентируясь в возникших обстоятельствах.
Он схватил меня за руку и потянул за собой в сторону леса. Прямо через засеянное поле. Созревшие колосья царапались, цеплялись за одежду, будто стараясь нас задержать. А за спиной уже раздались крики стражников, которые тоже соображали не слишком быстро, но всё же бросились в погоню.
Ещё и тётка разошлась не на шутку.
— Держи ряженых! — вопила она так, что крик разносился от ворот до леса. — Хватай! Так и знала, что они что-то замышляют!
Велейн, ни на что не обращая внимания, мчался вперёд и тянул меня за собой. У нас было преимущество перед стражниками. В минуту времени и сотню локтей расстояния.
Вот только поле, которое с дороги выглядело ровным, на деле оказалось изрыто выбоинами, перемежавшимися крупными кусками неразбитой глины. То и дело я спотыкалась и не падала лишь благодаря поддержке Арьеда.
Однако из-за моей неуклюжести наше продвижение замедлялось. И стражи нас нагоняли.
Рядом что-то просвистело. Затем ещё и ещё. Кажется, стражники расчехлили арбалеты или луки.
Вдруг Велейн коротко застонал и выпустил мою руку. Он остановился. Я по инерции пробежала ещё несколько шагов и обернулась. Из спины Арьеда, чуть ниже плеча торчала стрела. Пробитый плащ уже потемнел и намок от крови.
— Ты… ты ранен? — пискнула я не своим голосом.
— Ерунда, — хрипло отозвался Велейн, доставая из-под плаща белый мешочек.
Хотя сейчас он стал наполовину алым от крови. Пальцами левой руки Арьед расшнуровал горловину и достал уже знакомый мне кувшинчик на шнурке.
А потом поднял на меня взгляд. И тут же нахмурился, будто успел забыть о моём существовании.
— Беги к лесу! Я догоню! — коротко скомандовал он, разворачиваясь к стражникам.
Они мчались через поле, кричали, требуя сдаться. Но я смотрела на тёмное пятно на спине Велейна. Оно разрасталось с пугающей скоростью.
— Что смотришь?! Я сказал, беги к лесу! — рыкнул Арьед через плечо.
Я отмерла и побежала, куда он сказал. Колосья шуршали, заглушая звуки. Больше всего мне хотелось обернуться и посмотреть, что с ним, но я не решалась. Арьед велел бежать, а я обещала слушаться.
Только на опушке, когда до первой полосы деревьев оставалось локтей тридцать, я наконец остановилась. Дальше не пойду без него. Вот с места не двинусь, пока не нагонит. Не могу же я бросить раненого.
Я обернулась. И застыла, поражённая открывшейся картиной.
Стражников больше не было. Как и городской стены, ворот, спешивших по домам людей. Вообще никого.
Только Велейн шёл ко мне через поле. Бескрайнее поле, куда ни глянь, до самого горизонта.
Двигался он не слишком быстро, да и придерживал плечо, чтобы не так трясло при ходьбе.
Увидев это, я не раздумывала ни мгновения. Сразу же бросилась навстречу. Оробела, когда до Арьеда оставалось всего несколько шагов.
Его лицо было бледным. На лбу и переносице выступили бисеринки пота.
Я подбежала, прижалась с левого бока и закинула его здоровую руку себе на плечи. Рука оказалась тяжёлой. Да и сам Велейн, опершись на меня, по весу стал напоминать медную статую.
— Я же сказал, бежать в лес, — он отругал меня так тихо и устало, что я испугалась.
Намного больше, чем когда с меня слетела личина. Больше, чем когда напротив меня стоял громила с самыми недобрыми намерениями. Чем когда меня арестовали королевские гвардейцы.
Я испугалась, что Арьед умрёт у меня на руках.
Эмоции захлестнули меня, но лишь на пару мгновений. Я заставила себя собраться. Зло отёрла рукавом выступившие слёзы и запретила себе плакать. И вообще раскисать.
Никто из нас не умрёт! По крайней мере — не сегодня.
Шмыгнула носом и грубовато ответила:
— Ты сказал, бежать к лесу. Что нужно в лес заходить, указаний не было.
Велейн негромко хмыкнул. И я поздравила себя с малюсенькой победой. Сумела взять себя в руки и даже слегка отвлекла раненого. Теперь бы добраться до деревьев, перевязать рану и решить, что делать дальше.
Решить это можно было лишь с помощью Арьеда. А значит, необходимо, чтобы он оставался в сознании.
Мы добрались до ближайших деревьев, и я помогла Велейну сесть.
— У нас есть пара часов. Потом обманка слетит, и они увидят, куда мы ушли. Так что тебе придётся вытащить стрелу и залечить рану, — от тихого и хриплого голоса Арьеда по спине побежали мурашки. Точнее от его слов.
Мне придётся вытащить стрелу из живого человека?
Нет, я не боялась крови. Иначе никогда не смогла бы помогать в лаборатории магистра. Да и мысль стать сестрой милосердия тогда не пришла бы мне в голову.
Просто одно дело видеть кровь чужого человека. И совсем другое — достать стрелу из Велейна, который стал мне так близок за эти дни, как ещё никто и никогда не был.
Чтобы отвлечься от этой мысли, я переключилась на другое.
— Что за обманка? — спросила, одновременно разбираясь с застёжками плаща.
— Одно из заклинаний Луты. Без хорошего мага они нас не увидят. Только чистое поле. Но держится недолго, если покрывать большую площадь. А мне пришлось закрыть всё до самого леса.
Плащ я расстегнула, но толку-то. Его пригвоздило к спине стрелой.
— Придётся резать, — с сожалением сообщила Арьеду.
— Не надо, — он сразу понял, что я имею в виду.
— Но… — я не представляла, как иначе рассмотреть рану, оценить ущерб и извлечь стрелу.
Однако у Арьеда был собственный план действий.
— Видишь
