прямо сбоку от широкого стула со спинкой, на котором он сидел, но вдруг передумал, сгребая еду пальцами в распахнутый рот на манер огров.
Тотчас в одном небольшом помещении ближайшего форта города Бронхейм зазвучало громкое смачное чавканье.
Глава 20
Альпака стояла и жевала рубленную траву, так интересно двигая челюстями, я немного засмотрелась на неё, пока мой провожатый торговался за бумажный кулёк овощей. По-хорошему, мне бы стоило вмешаться и парой улыбок закончить спор, но Бообек хотел проверить собственные навыки дипломатии, поэтому пришлось стоять и наблюдать за происходящим.
— И почему мне кажется, что мы продешевили с этими бумажками? — проворчала я.
— Не, — не согласился эльф, — я промазал. Думал, он купится на мой блеф, но не вышло.
— Понятно.
Вздохнула.
Несколько золотых монет легко бы решили проблему нашего трудного положения.
— Да это же вздор! А ну давай сюда! — возмутился торговец.
Вот теперь настала моя очередь вмешаться.
— Уважаемый, а это у вас что? — Я отвлекла его внимание.
— Что?
— Гнилушка, смотрите, вот здесь, вы бы убрали, а то фрукты в корзинке тоже испортятся, и вот, плесень на донышке.
— Ой, — торговец покраснел, — сейчас уберу.
Он потянулся вперёд и выхватил плетёную корзинку с фруктами, чем-то напоминающими персики. Такие же крупные и кожица бархатная. Вот только этот фрукт называется сочча, как мне уже успел пояснить Бек. Если его переесть, может голова закружиться от переизбытка сахара.
Гоблины его обожают. А людям он противопоказан.
Что странно, крупы: гречка, рис, перловка здесь почти такие же, как и у нас на Земле. Только с пряностями проблема, это да… Но в целом и картошка имеется, и рыба разных видов, и свинки хрюкают в загонах на фермах по другую сторону от южных ворот Бронхейма — проезжали бы мимо — смогли бы насладиться красотами сельской пригородной местности.
— Так мы пойдём? — невинно спросила я. — Оплаты достаточно?
— Да-да, идите, только никому про гнилушку, ладно? — с надеждой попросил торговец. Его заискивающий взгляд вызвал во мне непроизвольную улыбку.
— Я — могила.
Казалось бы, сказала шутку, а в голове опять кольнуло.
— Ай… — взвыла я тихонько, отходя от прилавка.
— Что такое? — встрепенулся эльф. — Голова болит?
— Да, немного.
— Может, съела что-то не то?
— Ага, именно съела, что же ещё? Я с утра, считай, больше ничего не ела, кроме каши. Так что давай лучше в дом аккуратно, а там и приготовим картошечки.
— Погоди, я бы ещё рыбы или окорок купил. Мяса хочется, прям невмоготу.
Пожала плечами и предоставила моему новому сожителю полную свободу действий.
Так что каких-то пять минут спустя мы, гружённые провиантом и казаном, на своих двоих пёрлись в наш домик и тихонько говорили о всякой чепухе. Бек рассказывал про Баткен и разные живописные места Киргизии, а я предпочитала больше слушать и меньше говорить. Не думать, чтобы не волновать ноющую головушку. Как вдруг, словно из ниоткуда, перед нами выросла стена из стражников.
— Кто такие? Из какого города? — прогудел один рослый молодец, шевеля рыжей бородой. Его губы и рот прятались где-то там, за густой лицевой растительностью. Неудобно, наверное, ходить вот так?
— Мы? — Я сощурилась, припоминая, что же надо ответить. Голова кольнула сильнее.
— Из Гогтауна, — нашёлся Бообек.
— А ты? Почему в плаще прячешься, а? — спросил другой, менее бородатый, но тоже гигант в латном облачении. — Не жарко?
Я в ответ усмехнулась:
— А вам? В таких доспехах да на солнышке? На вашем панцире, уважаемый, впору яичницу жарить.
Послышались смешки с разных сторон.
— Ну-ка! — возмутился бородач.
— Так мы это, пойдём дальше, с вашего позволения.
Увы, попытка пройти мимо оказалась тщетной.
— Живо признавайтесь! Вы ли те, кого ищут? — наседал бородач. Будто выбивал показания, чесслово.
— Так нам откуда знать, кого ищут и зачем? Мы сами себя не ищем точно, — поумничала я. Жаль только, стражи юмора не оценили в этот раз.
Один из них замахнулся в мою сторону, чтобы отвесить оплеуху или же по горбу погладить, не суть. Я зажмурилась и руками голову прикрыла. Бек встал в стойку. Вот только без надобности оказалось.
Воинственный стражник, который один из пяти, вначале громко охнул, затем свёл ноги в коленях и руками ухватился за живот.
— Ой, что-то мне нехорошо, — резюмировал он, бегающим взглядом выискивая подобающее местечко. Кажись, прихватило его сильно. Бедняжка. Второй не отставал. Тоже взвыл.
Я вылупилась (иначе и не скажешь) на третьего, четвёртого и пятого, убегающих следом в тёмный переулок, словно по команде.
— Стойте на месте! — кричал бородач на полном ходу. — Мы сейчас вернёмся!
— Фантастика… — выразил мою мысль Бообек.
— И не говори, — поддакнула я, а заодно припомнила, — может, это всё специи?
Мы с эльфом скорбно переглянулись и передумали использовать мешочек приправ для мяса, которые Бек тоже прихватил с собой.
Немного посовещавшись по пути домой, мы пришли к выводу, что оставим приправу до лучших времён, пока не найдем подходящий способ для утилизации — чтобы не просто выбросить, а применить с пользой для дела. Так мы и шли, радуясь своему везению, пока не вырулили на тупиковую улицу. А там…
Горы мебели, ковры, торшеры, и всё это добро кучами стоит прямо перед забором у дома зомби-семейки. Заметив нас, двое парней поскорее кинули подушки на диван, стоящий тут же, и поспешили сбежать в дальний дом на этой улице.
— Это что, получается, их всех совесть заела?
— Вот умеешь же ты мои мысли читать.
— Иначе даже не знаю, кому мы обязаны такой щедростью, — пожал плечами Бек.
— Почему сразу мы и почему щедростью? Просто… просто… может, приказ выпустили? Или кто-то, наоборот, раструбил, что нельзя имущество после чумянки забирать?
Последнее оправдание показалось нам более-менее здравым, на том и остановились, боясь строить новые догадки.
Глава 21
К обеду мы приступили с огромным опозданием, потому что почти всё время занимались тасканием мебели назад в дом. Не веря своему счастью, дети то и дело норовили схватить какую-нибудь тяжесть, чтобы нам помочь, пришлось придумать занятие и для них. Вручила им тряпку протирать пыль, а сама ненадолго отвлеклась, разделала окорок и кость с остатками несрезанного мяса отправила вариться в новое имущество, казанок, а само мясо тихонько жарилось во вчерашней таре.
Моня и здесь не сплоховал. Таскал как за троих. Удивительно полезный работник. Локайм и его супруга суетливо показывали, куда что поставить, и придирчиво оглядывали состояние возвращённого имущества. Оно и понятно. Я бы тоже кривилась после того, как у меня дом выставили, и затем всё-таки вернули
