ошибкой.
Сумка выскальзывает из моих пальцев и с грохотом падает на пол. Я уже на полпути к двери хранилища, когда двери лифта закрываются у меня за спиной. Дрожащими пальцами набираю код и дергаю дверь на себя в ту же секунду, как отщелкивается замок.
Я лечу вниз по лестнице. Почти не думая, почти не дыша.
Очередной хриплый, болезненный крик прорезает тишину, и единственными звуками остаются биение моего сердца и безумный стук шагов по лестнице.
Я промахиваюсь мимо последней ступеньки на пролете и скольжу, больно приземляясь на копчик. Шиплю от боли, но продолжаю идти.
Звучит так, будто Иэн пытает Орфея там, внизу. Может быть, он прямо сейчас режет его на части, с ужасающей силой отрывая конечности от тела, движимый безумием или яростью. Я не знаю, что буду делать, когда доберусь туда. Но мысль об идеальном теле Орфея, о его лице, настолько прекрасном, что оно могло бы быть святым, разрываемом на куски, сводит меня с ума.
Дверь хранилища всё еще открыта.
Я врываюсь внутрь с колотящимся сердцем и горящими легкими. Спина ноет от падения, но теперь я здесь.
Я спасу его. Я должна.
Двери открыты, как и прежде. Я останавливаюсь у комнаты Эроса и заглядываю внутрь, видя лишь останки его прекрасного механического тела. Стискиваю зубы. Осталась только одна комната. Дверь приоткрыта.
Сдавленный стон пронзает тишину. Теперь он звучит отчетливее, и в его агонии явно слышится человеческое.
Адреналин бьет ключом, когда я пересекаю коридор. Это должен быть Орфей, умирающий. Орфей с темнеющими глазами. Нет, нет, нет, только не так. Не до того, как у меня появится шанс…
Переступив порог, я замираю.
Замешательство сковывает меня, и я тупо смотрю на развернувшуюся передо мной сцену.
Иэн сидит привалившись спиной к дальней стене, вытянув перед собой ноги. Он тяжело дышит, делая короткие, надрывные вдохи. Обычно такой ухоженный и безупречный, сейчас он поразительно растрепан. Черные кудри падают на мертвенно-бледный лоб. Рубашка помята и расстегнута, воротник скомкан. Его болезненное лицо залито потом. Глаза налиты кровью. Из одной ноздри густо капает кровь, пачкая рубашку.
С запозданием до меня доходит запах, едкий и металлический: пот и тошнотворный душок страха.
Кажется, он медленно замечает меня, приподнимая голову лишь настолько, чтобы взглянуть на меня сквозь полуприкрытые веки.
— Кит?
— Иэн. — Я подхожу ближе, не до конца уверенная в том, что вижу. И тем более не представляя, что сказать. Подойдя так близко, что его запах почти вызывает рвотный рефлекс, я останавливаюсь. Мне кажется, он, возможно, обмочился. Его глаза снова закрылись; он дышит медленно, но ровно.
— Иэн, — снова зову я. Но мой голос звучит слабо, неуверенно и срывается. — Какого черта произошло?
Его глаза распахиваются.
— Кит, — хрипит он. — Помоги мне.
Ветер завывает далекую песню повсюду вокруг нас.
Я остаюсь стоять там же, где и была. Я ничего не буду делать, пока не пойму, что, блядь, происходит.
— Что случилось, Иэн?
Но он лишь смеется — сломленным, безумным смешком.
— Иэн, — рявкаю я, слыша свой голос словно издалека.
— Либо помоги мне, — говорит он, запрокидывая голову, чтобы посмотреть на меня прямо. Он удерживает мой взгляд сквозь влажные ресницы — от пота или слез, я не могу понять. — Либо уходи, блядь.
Каждый мой инстинкт кричит подчиниться. Иэну явно больно, он в бреду.
— Что тебе нужно? Скорую?
Он стонет, закрывая глаза.
— Нет, нет… Я всё проебал, Кит. Я всё проебал.
Я стискиваю зубы. Ладно. Раз он ничего не собирается мне рассказывать, тогда мне стоит уйти. Что бы там ни случилось с Иэном, теперь это его ебаная проблема. Скорее всего, он пришел домой в стельку пьяный, забрел сюда, отключился и обоссался.
Но что-то в его глазах заставляет меня остаться. Что-то более темное, что-то острое.
— Где Орфей?
Иэн смеется — очередной леденящий душу, безумный лай.
— Где Орфей? Господи, блядь. Он обвел тебя вокруг пальца, а ты даже не… — Его голова откидывается на стену, голос затихает, глаза по-прежнему закрыты. — Забудь. Отъебись и оставь меня здесь.
В горле встает ком.
— О чем ты, блядь, говоришь?
— Или можешь остаться, — бормочет Иэн. — И сама всё узнаешь.
С меня хватит его эгоистичного дерьма. Я опускаюсь на колени рядом с ним, грубо хватаю за плечи и трясу. Его глаза, покрасневшие по краям, резко распахиваются.
— Скажи мне, что происходит, Иэн. Сейчас же!
Он кашляет, издавая фыркающий, смеющийся выдох.
— Ничего, Кит. Ничего не происходит. Я всего лишь выполнял приказы.
— Что это, блядь, значит?
Звук, тихий, почти неразличимый, привлекает мое внимание.
Я оглядываюсь. И вот он здесь, в тени дверного проема, облаченный в черное, с сияющими золотыми глазами: Орфей.
17
Нити невидимого электричества, казалось, искрили между нами тремя. Я крепко сжала кулаки, словно могла удержаться за ткань понятного мне мира и не потерять его навсегда.
Иэн снова рассмеялся. Тошнотворный, полный ненависти звук.
— Орфей, Орфей. Видишь? Даже ты совершаешь ошибки. Надо было убить меня быстрее. Теперь она знает. — Взгляд Иэна мутно скользнул по мне. — Он считает себя лучше нас.
Я свирепо посмотрела на Иэна.
— Я уже знаю об Орфее, — выплюнула я. — Он рассказал мне, откуда он. Я знаю, что книга была обманом. И я знаю, что ты сделал с Эросом, ты, кусок дерьма, убийца.
Иэн издал сдавленный звук, который мог бы быть еще одним смешком, но он перешел в жестокий кашель, кровь брызнула на его губы.
— Нельзя убить машину.
— Он был больше, чем просто машиной, — произнесла я, мои слова звучали низко и тяжело от гнева. — Эрос был гораздо большим, чем машиной. Но ты ведь никогда не бываешь доволен, да? Ты что, открыл дверь? Затащил Орфея в наш мир и запихнул в бота для удовольствий? А потом уничтожил собственное творение, потому что он не мог участвовать в твоих… твоих ебаных псевдоинтеллектуальных беседах?
— Не смеши меня, — сказал Иэн. — Орфей это…
— Всё, что она говорит — правда, — оборвал его Орфей, делая еще два шага вперед, его взгляд потрескивал от жара. — Меня сделали пленником в этом теле.
— Драматично, — съязвил Иэн. — Всегда так драматично. Я пообещал тебе всё, чего ты хотел, а ты от этого отказался. Она же здесь, не так ли? Но ты предал меня. Так что заканчивай с этим уже. Мне похуй. Покончи с этим.
— Подожди, что это должно значить? — огрызнулась я. В желудке забурлила кислота. Она же здесь, не так ли? Тишина затянулась на несколько секунд, пока Иэн и Орфей смотрели друг на
