его используешь, чтобы приходить и уходить?
Он качает головой.
— Моя способность телепортироваться даёт мне возможность перемещаться между мирами. Это подарок от линии моей матери. Мне придётся вернуться и попросить у них камень времени, который затем сможет перенести всех нас, включая Дамадер, на мою землю.
— Кстати, о твоей матери, она вернулась сюда не для того, чтобы надрать задницу Блэкриджу. Ты с ней связывался?
Он кивает.
— Ненадолго.
Я не спрашиваю, как именно. На самом деле это не имеет значения. Главное, что нам не придётся иметь дело со вторым разъярённым драконом, летающим вокруг, пока мы пытаемся собраться.
— Как нам связаться с Уильямом? — вместо этого спрашиваю я, чувствуя странное ощущение кольца на пальце, несмотря на заверения Си-Джея.
— Блэкридж заберёт его, — говорит Си-Джей.
Мы упаковываем ритуальные принадлежности, оставляя библиотеку в лучшем состоянии, чем мы её нашли. Сейчас в коридорах Серебряных Врат царит странная атмосфера, студенты ходят между классами, профессора занимаются своими делами. Как будто нападения никогда и не было, и это очень тревожит.
Мы застаем Блэкриджа в его кабинете, он сидит за своим массивным столом, как будто всегда был здесь. Когда мы входим, его темные глаза оценивающе смотрят на нас, и я вижу лёгкое одобрение на его лице, когда он замечает кольцо на моём пальце.
— Надеюсь, ваши усилия увенчались успехом? — спрашивает он.
— Кольца у нас, — подтверждаю я. — Сработают они или нет, нам ещё предстоит выяснить. А теперь нам нужно вернуть Уильяма.
— Ах да, ваш своенравный Мясник, — Блэкридж встаёт и подходит к окну, выходящему во внутренний двор. — Он развлекается в Тёмной Святыне, хотя Блэкгроув уверяет меня, что он пока никого не убил.
— Пока? — резко спрашиваю я.
— У Уильяма особый талант привлекать неприятности, мисс Морворен. Даже когда он пытается вести себя прилично.
Мой желудок сжимается.
— Какие неприятности?
— Ничего такого, с чем нельзя справиться, — пренебрежительно говорит Блэкридж, но что-то в его тоне меня не успокаивает. — Хотя я подозреваю, что он стал довольно беспокойным. Атмосфера Тёмной Святыни, пожалуй, слишком ему подходит.
Это именно то, чего я боялась.
— Верните его обратно. Сейчас же.
— Конечно, — Блэкридж отходит от окна и просто исчезает в тени.
Мы собираемся поставить всё на кон: кольца, которые могут не сработать, магию, которую мы никогда не испытывали, и план, основанный на том, чтобы заманить в ловушку одно из самых могущественных существ в мире.
Глава 24
СИ-ДЖЕЙ
ТИШИНА в кабинете Блэкриджа страшнее, чем звуки битвы. Она густая и тягучая, наполнена невысказанными страхами и стойким запахом крови. Изольда смотрит на кольцо на своём пальце, словно ожидая, что оно её укусит.
Я чувствую её беспокойство, неистовое биение крыльев колибри. Она измотана, измождена тяжестью ядра и постоянной угрозой Дамадер. Я хочу укутать её и спрятать подальше, пока приключение не закончится, но она не такая. Она, чёрт возьми, королева, и, несмотря ни на что, справится с трудностями. Моя работа — просто убедиться, что она выживет.
Кассиэль стоит у окна, словно солдат, сотканный из тени и звёздного света. Он, как всегда, стоек, но я вижу, как почти незаметно подёргиваются его крылья — верный признак его беспокойства. Он превратился из изворотливого, милого падшего ангела в серьёзного воина, который, не задумываясь, защитит всех нас. Это восхитительно и впечатляет. Он показал мне, что я могу доверить ему жизнь Изольды. Мы все ходим по лезвию ножа и ждём, когда же наступит черед Уильяма, когда он вернётся, чтобы мы могли воплотить в жизнь этот безумный план.
Будет трудно объяснить, почему мы решили сражаться в моём королевстве и привели с собой древнюю, склонную к геноциду вампиршу-родоначальницу. Мои родители будут в восторге. Нет. Но это наша единственная игра. Здесь у Дамадер преимущество домашнего поля. В моём мире, под солнцем, которое сжигает вампиров дотла, ситуация меняется в нашу пользу. Пока на нас эти кольца.
Тёмное пятно в углу комнаты становится всё темнее, расползается, пока не превращается в две фигуры. Блэкридж появляется первым, его костюм, как всегда, безупречен. А затем Уильям.
Он выглядит по-другому. Время, проведённое в Тёмной Святыне, каким бы коротким оно ни было, наложило свой отпечаток. В его зелёных глазах появилась дикость, которой раньше не было, хищный блеск, отточенный до остроты бритвы. Он меньше похож на воскресшего учёного и больше на Мясника, в честь которого был назван, на воплощение тёмной магии и смерти.
Его взгляд скользит по комнате и останавливается на Изольде. Воздух потрескивает, связь между нами оживает от его близости. Он делает шаг к ней, и грубая мощь, исходящая от него, — это физическая сила.
Изольда не колеблется. Она сокращает расстояние между ними, её руки обхватывают его лицо.
— Ты в порядке, — шепчет она, и это утверждение и вопрос одновременно.
— Лучше, чем в порядке, — бормочет он, пожирая её глазами. Он наклоняется, собираясь поцеловать её, но она отстраняется ровно настолько, чтобы вложить второе кольцо в его ладонь.
— Надень его, — говорит она, переводя взгляд на Блэкриджа.
Он без вопросов надевает кольцо на палец, не отрывая от неё взгляда. Связь между ними — провод под напряжением, поток энергии, который в какой-то степени исключает всех остальных из нас. Но, думаю, то же самое можно сказать и о её личных отношениях с каждым из нас.
— Я пойду и заберу камень времени из своего королевства. Я вернусь так быстро, как только смогу, — я не жду ответа, вместо этого сосредотачиваюсь и телепортируюсь, знакомое притяжение вырывает меня из Серебряных Врат и швыряет через измерения.
Дом, милый дом.
Я приземляюсь в величественном вестибюле моего фамильного замка на холмах Тосканы. Это сооружение простояло много веков, тщательно реконструируемое и поддерживаемое в надлежащем состоянии вплоть до последнего камня. Это крепость моего отца, место его силы.
Не раздумывая ни секунды, я с закрытыми глазами выхожу на солнечный свет, льющийся сквозь высокие витражные окна, чувствуя, как тепло проникает в кожу.
Мои глаза резко открываются, когда я слышу приближение папы.
— Си-Джей, — говорит он, прищурившись. — Что ты здесь делаешь?
— У меня нет времени на светскую беседу. Мне нужен камень времени.
— Зачем?
— У меня есть желание вернуть некоторых людей в этот мир, — говорю я так легкомысленно, как только могу.
Он на это не купится. Никогда такого не было.
— Значит, ты рассказал о нём куче существ, которым не должен был рассказывать, и теперь хочешь, чтобы они пришли сюда? Где есть солнце и где всё работает не так, как там, где они живут?
— Да.
Он пристально смотрит
