Терновая Корона - Виктория Олейник

— В конце концов, это ей я поручил припрятать твой паршивый светоч. Вот она и расскажет. Ты же расскажешь нам, милая?

— Я?!

Что он болтает, о чем речь? Я дернулась, испытывая не слишком приятные ощущения. Там, где пальцы Древнего сжимали мое плечо, из меня будто вытекала сила. Как будто магия покидала меня, понемногу, незаметно…

Но Древний связан такими путами, что едва ли он мог бы украсть мою магию! И, тем не менее, ощущение утечки сил лишь нарастало. Я недовольно посмотрела на него, наткнувшись на абсолютно равнодушный взгляд.

Ничего не понимаю! Я начинала подрагивать от напряжения. Дверь закрылась за последним стражником, оставляя меня наедине с двумя существами, даже не знала, кто хуже, старец или Древний. Оба друг друга стоят, оба невероятно сильны, но при чем тут я?

— Какой ещё светоч? — процедила я, нервничая под двумя взглядами.

Почему именно я оказалась в этой ситуации? Лаарион, оказавшись за моей спиной, бережно сжал мои плечи и склонился, чтобы прошептать на ухо.

— Действительно... При чем бы здесь ты?

Я всрикнула от резкого порыва ветра, он ударил в уши, будто на меня налетела стая птиц. Думала, что меня атаковали со спины, но нет. Глубоко вдохнув, я широко распахнула глаза: если до этого магия покидала меня по крупице, то сейчас Древний будто вырвал львиную часть моих сил одним махом!

Я пошатнулась, ощутив невероятную слабость: так всегда бывает, когда случается непреднамеренный выплеск сил. Такие состояния заканчиваются плохо, потом приходится долго восстанавливаться.

Но это ладно, это ничего. Мои мысли заметались в панике; не успела я опомниться, как светоносные путы, связывающие силы Древнего, просто разлетелись в клочья! Они брызнули в разные стороны сверкающими искрами, освобождая Лаариона, и тот, не теряя ни секунды, метнулся к старцу.

Крылья ангела светились солнцем, но и взметнувшиеся крылья Древнего отливали металлом и серебром. Лаарион перехватил старца за горло, выжимая из него все соки, до того, как тот успел сообразить или собраться с силами.

От неожиданности и стремительности происходящего я приоткрыла губы. Мне нужно закричать? Позвать на помощь? Что, что мне делать?!

42

— Вот так, старик. Неужели ты думал, я не знаю твоих подлых штучек? По твоей милости я три века спал в отключке! — рыкнул Лаарион и, достав ту самую сферу, которую я некогда нечаянно украла из этого зала, впечатал ее в губы старца.

Я не понимала, что происходит, я запуталась! Лаарион действовал быстро, стремительно, жестко и без колебаний. Стоило сфере коснуться кожи старца, как тот начал задыхаться, терять краски.

Древний удовлетворенно хмыкнул, разжав хватку и наблюдая, как противник пытается глотнуть воздуха и не может. Как сфера растворяется под кожей старца, как световые крылья ангела мерцают и рассыпаются искрами.

Древнему это нравилось. Он приподнял голову, наслаждаясь хрипами старца. Разглядывая того, точно грязь под подошвами. Я дернулась, чтобы помощь ангелу, но Лаарион поднял руку, и меня оттолкнуло назад.

— Не лезь. Он заслужил это, — мрачно процедил он.

— Что ты творишь?!

— Лаа... Рион... — Старец пошатнулся, протянув к Древнему руку, но тот лишь презрительно усмехнулся, когда ангел, захрипев, обрушился на пол. Без дыхания!

— Это тебе за Еву, мразь. — Глаза Древнего сверкнули пламенем. Он повел головой, опуская руку. — За нее…

Я выдохнула, упав спиной на стену. Возможность двигаться сама по себе была облегчением, но я по-прежнему ничего не понимала. Ева? Какая Ева, неужели та самая Ева, дочь Амброзайоса? При чем тут Ева?

Но мне никто не спешил ничего объяснять. Лаарион размял шею и, со скрежетом вонзив в пол кончики серебряных крыльев, шагнул к трону. По мере каждого его шага крылья светлели, обращаясь чистым солнечным светом.

Да и сам Древний менялся; его облик словно бы перетекал в другой: нечто подобное уже видела раньше. Но тогда это была метаморфоза в посыльного, а сейчас… совсем не то же самое.

Вот его волосы побелели, подернулись снегом. Белая длинная борода украсила изменившееся лицо, тело одряхлело, изменился разрез глаз.

— Хорошо…

Он утомленно упал на трон и щелкнул пальцами, отчего тело настоящего старца тоже… изменилось до неузнаваемости. Хотя почему же? Я прекрасно узнала, в кого он обратился!

Я с недоумением перевела взгляд с изменившегося старца на Древнего… с Древнего на старца… да чтоб его! Лаарион подменил облики? Настоящий старец теперь в точности походил на Древнего, тогда как сам Лаарион… обернулся старцем.

Древний подбросил на ладони какую-то сферу и долго на меня посмотрел.

— Что такое? Радуйся, твой долг искуплен. И передо мной, и перед ангелами. Можешь идти домой. — По его жесту в зале расцвел портал, но я не спешила уходить, недоверчиво рассматривая Лаариона.

Никак не могла понять, он действительно перенял облик старца. Практически стал им, даже взгляд стал старше, даже жесты...

— Ты... убил его?

— Хочешь поговорить? — Древний изменил позу, насмешливо на меня взглянув. — Нет, моя дорогая. Таких, как мы, убить невозможно. Он просто поспит пару тысяч лет. Кто-то же должен занять мое место в месте упокоения?

Я задохнулась, наконец-то поняв весь план Древнего. Невероятно! Мысли заплясали в голове, он же только что... почти моими руками... захватил власть ангелов! Так быстро! Так спокойно. Так невозмутимо, словно и не заметил.

— Ах ты...

— Я все еще держу портал. Он отведет тебя к твоему клану. Считай это моим величайшим благословлением. Все, что от тебя потребуется, держать свой милый ротик на замочке. Ты подтвердишь мою личность, если до этого дойдет. Ты заверишь, что Лаариона, этого ужасного, мерзкого злодея, отправили в закрытый храм. Заверишь, что он погружен в вечный сон. Ты мой свидетель, Айли. Вот твоя роль.

— Но я...

— Намекаешь, что тебя должны были упокоить рядом? Это можно устроить... — Глаза Лаариона жестко сузились, он поднял руку, и на ней заплясали искры света. — Только скажи…

Этого хватило, чтобы я оставила все вопросы. Это не моя история. Не мне в это вмешиваться. Если подумать, ангелы и демоны никогда не ладили. Ангелы почти подставили меня, посулив помощь и поманив недостижимым. Они угрожали, использовали и, можно сказать, шантажировали меня.

Что ж, у меня были все причины испытывать к ним если не неприязнь, то недоверие. Это так. И все-таки…

— Господин! Это... всё?

Дверь открылась, и в зал вошла девушка в короткой юбке. И что-то в ней показалось мне смутно знакомым… я нахмурилась, провожая каждый ее шаг. Она повела носом, присматриваясь к старцу на троне, будто пыталась раскусить идеальную иллюзию и прочесть за ней