Терновый Демон - Виктория Олейник

— Передавай привет Алатару, — прошептала я, выпрямившись в полный рост и подбросив кулон на ладони.

Феникс — не я. Фениксу все равно, в каком он виде и какой вред причиняет. Я могла быть темной или светлой, но фениксы всегда свободны от любых условий.

Это мой дар — и мое проклятие. Я всегда скрывала свою вторую суть, но сейчас самое время отпустить магию на волю.

Одно плохо: вспышка продержится еще минуту-другую, ослепляя всех окружающих, а потом придётся ударить совсем, совсем другой магией. Той, которая не оставит камня на камне от этого здания.

Той, которая разрушит весь город и погребет под собой тысячи жизней.

Ведь, как феникс, я вполне могла вспыхнуть, как свечка, забрав с собой всех, кто попадет в зону поражения, на тот свет.

Я не образец для подражания, но — не убийца. Стиснув кулак, затолкала магию глубоко в себя, усилием воли заковывая в цепи. Она возмущалась и рвалась на волю еще несколько мгновений, прежде чем улечься внутри тугими кольцами, свернуться, как змея, на донышке моей души.

И все равно я чувствовала ее нетерпеливую жажду к свободе. Некстати вспомнилось, что секс — кратчайший путь сбросить часть разбушевавшейся магии, что мне бы, наверное, весьма не помешало...

С досадой прикусив губу, я встряхнула головой, отбрасывая нелепую мысль — нашла, о чем думать! Кулон — реликвия темного Ковена. Если меня поймают, убьют. Судорожно вдохнув, побыстрее надела на себя артефакт и, кинувшись к двери, рывком ее распахнула…

..Чтобы застыть, наткнувшись на того, кого меньше всего ожидала увидеть. Ноги буквально приросли к полу, но, стоило моргнуть, как мужчина растворился, исчез, словно его и не было. Высокий, светловолосый и с янтарными глазами. В последнее время он часто мне мерещился.

Мерещился — ключевое слово. Коридор оказался пуст.

— Черт, — прошептала я, застигнутая видением врасплох.

Это коротенькое промедление вовсе не входило в мои планы. И уж точно не входило в планы то, что я, внезапно подхваченная под ноги, оказалась на мужском плече, как мешок с картошкой!

— Мы не все закончили, Айли. — Наместник многозначительно огладил мои ягодицы, весьма наслаждаясь процессом.

Он не дал мне времени опомниться или хотя бы сообразить, что происходит. Мужчину окутало грозовыми разрядами, в лицо ударил запах мощной магии…

В следующий момент, поставленная на ноги, я пошатнулась и врезалась в стол позади, в совсем другой комнате. А если точнее...

...Мы оказались в том самом "шатре", куда отводят избранных "королев", чтобы лишить их девственности...

Взгляд наместника сосредоточился на мне. Казалось, от него ничто не ускользнуло. Ни наброшенная впопыхах чужая мантия, распахнувшаяся на обнаженной груди…

Ни дорожки пламени, разбегающиеся по моей коже.

Он будто видел, что я близка к магическому срыву. Но это ни капли его не останавливало! Он избавлялся от одежды так спокойно, невозмутимо, почти холодно, что мое сердце бешено заколотилось в груди.

На меня смотрел хищник, знающий, чего хочет, уверенный в том, что получит это. Его темные волосы падали на плечи, взгляд неотрывно следил за мной. Наместник был необыкновенно красив и также порочен.

И он пугал меня гораздо больше, чем старший колдун. Просто потому, что я не была уверена, что смогу долго сопротивляться его шарму.

— Я помогу усмирить твою магию, Айли… — тоном искусителя протянул наместник, и его мантия, небрежно сброшенная, зашелестела, опускаясь на пол.

У меня перехватило дыхание. В этом Ковене приходилось многое видеть, и обнаженные мужчины вовсе не были для меня новинкой. Темные колдуны любили разместиться на глазах у всех, чтобы оприходовать очередную старшую ученицу. Они занимались сексом везде, где им только вздумается, в любой момент — это стало почти привычным.

Но этот мужчина… мой взгляд поневоле охватил его идеальную фигуру. Каждый кубик пресса, каждую впадинку. Он был совершенно сложен, упругие мышцы показывали силу, но не были перекачены, в нем чувствовалась сила, э-э, везде.

Я сдавленно выдохнула, добравшись взглядом до его твердой плоти. Пожалуй, именно это залепило мне мысленную оплеуху. Он несколько больше, чем остальные! Желание ощутить его твердость внутри смешалось с опасением того же. Я просто знала, что мои желания могут осуществиться, хочу того или нет.

Внизу живота все сплелось в тугой узел. «Усмирить магию»… Как наместник ловко раскусил почти мою потребность сбросить побыстрее часть магического заряда.

— О, нет, не стоит… я пойду, — неуместно прохрипела я.

Я кинулась к дверям, чувствуя себя, как зверек в одной клетке с хищником. Но, стоило лишь дернуться, как мужчина вихрем оказался подле. Его пальцы стиснули мой локоть, он с такой силой перехватил меня, что ноги сами подогнулись, и наместник резко толкнул меня на огромную кровать, заставляя опрокинуться на спину.

Он определенно знал, что делал. Не позволив опомниться или сгруппироваться, мужчина придавил меня своим весом, вжав в постель. Его взгляд опустился на мои губы, приоткрывшиеся в тревоге. Ладонь беззастенчиво скользнула к моей груди, где колотилось сердце, сбиваясь в ритме.

Я тяжело дышала, оцепенев от его взгляда, касаний, от быстроты происходящего. Смесь страха, почти паники, и взволнованного ожидания погребли меня под собой.

— Хочешь сбежать? — прошептал он, и его острые ногти с треском потянули ткань мантии. Холодный воздух обдал обнаженную кожу, вернув меня в грешный мир.

Как же его хочу! И не хочу в то же время, это ведь точно работа зелья! Перед церемонией Взросления было бы странно, если бы ученицам не раздавали возбуждающее и противозачаточное пойло. Оно, к тому же, позволяло испытывать хоть сотню оргазмов даже в первый раз — кто же откажется испить такое перед потерей девственности?

Но кто мог знать, что оно настолько сильное!

Я вздрогнула, пытаясь перехватить мужскую руку, как-то выбраться из-под его веса. Потому что видела, понимала, моего сопротивления — то бишь разума — не хватит надолго! Этот мужчина… вел себя так уверенно! Хотел меня, и я чувствовала его плоть у своего бедра, она упиралась в меня, пульсируя от возбуждения.

Но я не готова терять девственность! Не так, не сейчас! Мне жизненно важно удрать отсюда вместе с артефактом, или все мои усилия пойдут прахом! Я зарычала, отталкивая наместника в каменную грудь, зарычала прямо в его губы, нашедшие мои. Его напор ошеломлял.

— Нет! Подожди! — запротестовала я, но задохнулась, когда губы мужчины накрыли мои.

Он целовал меня неистово и властно, а его пальцы терзали чувствительные бугорки сосков, распаляя во мне пламя