мой взгляд и напрягся. Повернул голову в сторону Целии и что-то сказал ей, выискивая взглядом того, кто за ним следит. В его глазах кроме уверенности появилась решимость. Я заметила, как еле заметно напряглись его мышцы, изменилась поступь. Теперь он напоминал мне хищника, готового дать отпор противнику. Взгляд жреца задержался на мне буквально секунду и скользнул дальше, оглядывая тех, кто находился рядом.
«А он не так прост, как кажется. Воин в облике жреца. Хм… Интересно, как долго простоит крепость Целии под напором Клейтона? И как быстро она поймет, что он стал ей необходим?» — усмехнулась, заметив, как мужчина заботится о безопасности женщины.
Жрец положил руку на талию Целии и подтолкнул ее в сторону очередной лавки, указывая на товар. В то же время он прикрыл ее от посторонних взглядов своей широкой спиной. Незаметно, ненавязчиво он приучал ее к своему присутствию.
Мысли вернулись к Дейтону, отодвигая реальность на задний план и вытягивая на поверхность воспоминания. Объятия мужчины казались крепостью, защищавшей меня от невзгод. Улыбка дракона растопила лед в моей душе, а в его глазах я видела нежность и уверенность в своих чувствах.
Поцелуи…
Это был не просто момент страсти, а обещание защищать, любить и быть рядом, несмотря ни на что. Внезапно я осознала, что в этом мужчине есть нежность, твердость, уверенность, решимость действовать. Все то, что делает его по-настоящему особенным. У меня перехватило дыхание, и я испугалась. Своих чувств. Их мощь, словно волна, захлестнула меня.
Я почувствовала, как сердце бьется сильнее, словно рвется из груди. Внутри появился страх потерять контроль, раскрыться перед тем, кто мог легко изменить мою жизнь только одним своим присутствием. Я поняла, что он мне нравится гораздо сильнее, чем думала.
В тот же момент осознала, что боюсь делать шаг навстречу свои чувствам, которые однозначно изменят мою жизнь, боюсь стать уязвимой, боюсь стать зависимой от мужчины, боюсь отношений, исходя из опыта, полученного во время отбора избранных лордом-драконом.
Паника не успела накрыть меня с головой. Голос Целии вернул в реальность.
— Элайла, в каких облаках ты летаешь? Вернись, ты нам нужна.
Вздрогнув, перевела взгляд на наставницу. Мы стояли около шатра, в котором торговала Яся вместе с отцом. Четыре пары глаз с недоумением, спокойствием и лукавой улыбкой смотрели на меня.
— Извините, задумалась. О чем разговор?
— Я пригласила Ясю в гости, — сказала Целия.
— К нам? — не смогла скрыть своего удивления.
— Нет. Мы поживем несколько дней в приюте при Храме. Предлагаю пообщаться, познакомиться ближе. Если Яся решится, то отправится к нам в гости.
«Что? Вот так быстро меня выселяют? — вспомнила наш маленький домик. — Где она спать будет?»
Однако вслух я ничего не сказала. Только кивнула головой, обозначая свое согласие.
— Я присмотрю за ней, — сказал жрец отцу Яси. — Если она захочет вернуться домой раньше, привезу ее лично.
— Папа, пожалуйста, — Яся сложила руки в молитвенном жесте. — Я так давно никуда не ходила.
— Ладно, дочка, — мягко улыбнулся мужчина и посмотрел на жреца. — Я доверяю Вам самое дорогое, что у меня есть. Иди, Яся, пока я не передумал.
Девушка метнулась в шатер, схватила сумку и присоединилась к нам. Не чувствуя привычного покалывания в пальцах, посмотрела на девушку сканирующим взглядом и удивленно охнула. Хорошо, что никто ничего не заметил.
Яся была совершенно здорова. Нога восстановилась. Походка девушки никак не напоминала о том, что когда-то она хромала. Рука, ребра и ключица были в полном порядке. Из тела исчезли все темные пятна, а когда-то перекрученные каналы выглядели сейчас целыми и здоровыми.
После ярмарки мы отправились в город. Гуляли по парку и посетили зоопарк. Мне было очень интересно познакомиться с животным миром планеты Галиум.
Солнце клонилось к горизонту, когда мы зашли в кафе. Если сначала Яся стеснялась и вела себя скованно, то сейчас, сидя с нами за одним столиком, вела себя спокойно и поддерживала разговор. Она оказалась приятной собеседницей и любознательной девушкой.
Я больше молчала, наблюдая за тем, как Целия очень умело задает вопросы своей будущей ученице. К концу ужина мы знали все о ее увлечениях, желаниях и семье. Клейтон в разговоре не участвовал, давая понять, что ему это неинтересно. Но я заметила, что он периодически оглядывал зал и ненадолго задерживал свой взгляд на некоторых посетителях, словно сканируя их.
Уже в сумерках мы подошли к двухэтажному зданию. Я осмотрелась. Недалеко находился Храм и еще одно двухэтажное строение.
— Вы будете жить в гостинице при Храме. Комнаты для Вас уже готовы. Столовая на первом этаже. Второе здание — это приют для детей, которые остались сиротами. Они помогают по хозяйству и обучаются грамоте и ремеслу. Когда ребятам исполняется четырнадцать лет, мы помогаем им устроиться на работу, и не обязательно в нашем городе. Они всегда могут обратиться к нам за помощью в трудный момент.
— Мы? — не удержалась от вопроса.
— Ты же не думаешь, что я один занимаюсь всеми вопросами.
Клейтон показал нам комнаты и сразу же покинул нас. Яся ушла отдыхать. Отчаянно зевая, я тоже направилась в свою комнату.
— Куда? — на грани слышимости прошипела Целия.
— Спать.
— Идем к Заре.
— Это кто?
— Знакомая, для которой мы с тобой варили зелье омоложения.
— Отказаться можно? — спросила, чувствуя усталость и огромное желание упасть в кровать.
— Нет.
Целия шла по коридору, не оглядываясь, уверенная, что я следую за ней. С трудом подавив еще один зевок, я направилась следом, лелея в душе надежду, что это ненадолго.
Переступив порог комнаты, осмотрелась. В комнате было сумрачно, но я смогла увидеть женщину, которая неподвижно сидела на кровати, накрытой легким одеялом. Рядом стояла палка, на которую она опиралась при ходьбе. Услышав, как открылась дверь, она медленно повернула голову.
Ее тело было в напряжении — ровная спина, насколько это было возможным, руки сложены в замок. Лицо отражало смесь тревоги и любопытства: губы чуть сжаты, брови нахмурены, в глазах застыло ожидание. Длинные волосы заплетены в косу.
Зажегся свет, и я неожиданно поняла, что женщина приняла наиболее безболезненную позу. Сгорбленная, кривая на один бок, худая старушка выглядела слишком дряхлой, и дышала с трудом. В ее глазах, почти бесцветного голубого цвета, застыла безнадежность и усталость. Руки покрывали шрамы, лицо было все в морщинах. Рука и нога срослись неправильно, и из-за этого она не только передвигалась, но и сидела с огромным усилием.
Пальцы на руках закололо. Я почувствовала, как дар шевельнулся во мне. Спрятав руки за спину, тяжело вздохнула.
«Не думаю, что ей
