к окну. Но в зеленых глазах все еще пляшут опасные искры.
Мысли судорожно мечутся, пока я пытаюсь понять, с какого перепуга тот, кто хотел меня изгнать, вдруг предлагает спасение.
— Я и так собиралась уйти. С кем воевать, если меня не будет? — задаю резонный вопрос.
— Ты все еще можешь уйти. Но ведь не хочешь, — в уголке губ этого мерзавца появляется тень улыбки.
Он прекрасно знает, что обладает тем, чего я больше всего хочу — доучиться в этой академии и стать заклинателем.
— Просто дразнишь меня?
— Сэйхары не бросают слова на ветер. Я дал обещание — сдерживаю.
Так-то оно звучит красиво, но срок не наступил. Да, я могла бы попытаться задержаться, воспользовавшись новыми возможностями, и что-нибудь придумать за это время. Хотя бы попытаться. Хотелось, очень хотелось. Говорят, надежда умирает последней. В моем случае — она вообще бессмертна.
Я выбрала меньшее из зол — артефакторный завод, но понимала, что так подведу семью. Подведу, зато не погублю.
— Смотри, какие возможности перед тобой открываются. Ты станешь первой ученицей наследника Святых, у которой всего одно кольцо, за всю историю. И поверь мне, скоро на твоем запястье станет намного больше колец. Если будешь слушаться, — важно заявляет Дэмиан.
Но у меня чувство, что кольцо появится в другом месте — на шее. И то, если бог не шутит.
Не мог же он так просто изменить решение. Причина должна быть, но я никак не могу ее нащупать.
— Вижу, ты потеряла дар речи от радости. Понимаю. Сегодня отдохни, а завтра я лично проведу тебе тренировку, — решает бог.
И явно ждет моего «Да, конечно».
— Нет.
Тихий ответ срывается с губ.
— Хочешь сегодня? Увы, расписание наших встреч, ромашка, составляю я, — он опять издевается.
Явно вошел во вкус, судя по тому, что злости в нем не осталось, зато куча задора, даже какого-то детского азарта и непередаваемой уверенности в себе.
— Я не хочу тренировку. Я не буду твоей ученицей, — говорю то, что обязана сказать.
И это чистая правда. Предложи мне такую роль любой другой наследник Святых, я бы молилась за него днем и ночью, но Дэмиан…
— Погоди, — спустя несколько секунд полной тишины бог выдавливает из себя только это слово.
Выглядит озадаченным, но, кажется, думает, что я шучу, и усмехается сам.
— А-а, понял. Ты, видимо, еще не отошла от зелья. Не осознаешь, что говоришь, — решает он.
Делает вид благородного и все понимающего, но в глазах загорается все больше злых искр.
— Я имею в виду, Пустая, что ввиду твоей живучести и абсолютного неумения сдаваться, я решил, что есть смысл взять тебя под опеку. Теперь дошло?
— С первого раза все прекрасно дошло, — заверяю я. — А еще дошло то, что, став твоей ученицей, повешу себе такую мишень на лбу, что все прежние беды покажутся беззлобной шуткой.
— Вот оно что., — выхватывает Дэмиан.
И опять у него этот дурацкий вид с усмешкой. Но затем он резко наклоняется и смотрит прямо в глаза.
— Боишься праведного гнева обитателей академии. — Дыхание обжигает губы. — Неужели ты допускаешь мысль, что кто-то тронет мою ученицу?
Сердце подскакивает к горлу от неожиданности, а щеки начинают гореть.
— Пока ты будешь под моим крылом. Пока будешь слушаться и вести себя учтиво, тебя никто не тронет, Яра.
— А что потом? — голос предательски срывается, хотя секунду назад я рвать и метать была готова.
— Рано загадывать… Но опыта ты наберешься. А он пригодится везде.
Вот же гад.
Последние заблуждения на его счет тут же развеиваются. Нет никакой особенной причины, чтобы Дэмиан принял такое решение.
Он просто заманивает меня в новую ловушку. Хочет наказать за выходку в душевой. Отчисления ему недостаточно? Хочет придержать, чтобы ее высочество разобралось не только со мной, но и с моей семьей?
Настолько жесток?
Другой бы на его месте отпустил, но Дэмиан… Одни демоны знают, что у него на уме! В этом сомнений нет.
— Раз ты признал, что у меня есть шанс стать сильнее. Если больше не считаешь врагом… то будет честно, если мы договоримся иначе, — пытаюсь найти новое решение.
Послать бы его куда подальше. Но от этих переговоров теперь зависит мое будущее.
— Что ты имеешь в виду? — с интересом спрашивает бог.
— Я просто учусь и не появляюсь перед глазами. Не создаю проблем. Ты не тратишь на меня время. Мы забываем о «наставничестве», друг о друге, и всем будет хорошо, — предлагаю я и протягиваю руку…
Мамочки!
Стоит ли говорить о том, какой у Дэмиана сейчас вид. Его будто молнией шарахнуло. Лицо перекосило, а челюсти скрипнули так, что отступаю на всякий случай. А его злобная магия опять вспыхивает невидимыми кубами в воздухе.
— Ты… сейчас… отказалась быть моей ученицей? — уточняет с таким видом, будто я изменила короне.
Мне есть что ответить, и ох как много, вот только магия Дэмиана уже начинает «кусаться». отступаю еще на шаг.
— Только попробуй еще раз попытаться убежать. Не поздоровится.
«Да чего ты прицепился, демоны тебя дери⁈» — так и хочется заорать, а потом покрыть этого бога почем свет стоит, но сдерживаюсь. Страшно.
— Да я не… — несу какой-то бред, ожидая, когда этот сумасшедший поутихнет.
И он еще в наставники собирался? Когда ученик же его и успокаивает. Хотя в последнем я не уверена. Не уверена, что получится успокоить. Значит, если окончательно выйдет из себя, придется драться насмерть.
Камертона нет, зато наткнувшись спиной на консоль, покачиваю подсвечник. Он подает, я ловлю.
Но у Дэмиана, ясное дело тоже отличные инстинкты. Он хватает этот подсвечник вместе с моей рукой. Жар его тела не просто обжигает, а будто прокалывает кожу. Резко поднимаю взгляд и застываю, напоровшись на черные зрачки, заполонившие всю радужку….
Тук- тук.
Тук.
…
Сердце застывает.
Воздух обращается в неподвижную вековую льдину, а внутри все бесится. То ли от страха, то ли от того напора, который сотнями невидимых нитей тянется от Дэмина и вонзается в меня.
«Сейчас произойдет что-то плохое»… — проскальзывает единственная мысль в опустевшей голове, но щелчок двери и звук быстрых шагов раздаются идеально вовремя.
— Дэмиан, надо поговорить!
Глава 37
«Спасибо» тебе все-таки знакомо
— Ты… вы… это… —
