на него, но Чудин лишь плечами пожал.
— У меня по городам да весям много однокашников знакомых, уж толкового человека пристроить не штука.
От похвалы девица приосанилась, и Чудин решил и дальше в ту же степь править.
— Я бы и сам у тебя поучился, кабы не обстоятельства, — заявил он голосом игривым, хотя на самом деле серьёзен был дальше некуда. Всё ведь к тому шло, что помощники чародейские на подложных людей бросались да чары с них обрывали. Иначе как объяснить историю с Белокопытовым? И ясно тогда, с чего заговорщики на Загляду напали: не нужен им в Школе человек, что может своей магией их колдовство перебороть. А это означало, что Яросвету кровь из носу нужно помощника завести, да так, чтобы не знал никто.
— Из столицы тебя не обучу, как ни крути, — вздохнула Загляда и глазами так стрельнула, что Чудин сразу тоже пожалел об её отъезде. — Но коли тебе не для красного словца, а для дела, то спроси Велижану Горихвостову, она изо всех учеников моих в этих чарах самая сметливая.
— Горихвостова? — Чудин нахмурился, припоминая рыжие косы. — Первогодка, что ли?
— Ан вот же, хоть первогодка, а многих выпускников обгонит, — хмыкнула Загляда. — Думается мне, ей учителей брали дома, больно гладко чешет. У других помощники только-только проявляются полностью, а у неё уж сразу слова понимают. Видать, токи нутряные к магии привычные, лужёные да ум чарами управляет не первый год. Да и не пятый.
— Вот оно что… — протянул Яросвет задумчиво. Значит, не померещилось ему, что-то с той Горихвостовой не так. Может, и правда батяня тайком учителей нанимал, а может, она тоже подложная? Как бы там ни было, помощник чародейский — это хороший повод к ней обратиться. Решено!
⟡⋄⟡⋄⟡⋄⟡⋄⟡
Наутро первым уроком значился призыв, да вот только ещё на завтраке Зонтик объявил, что, мол, Загляда Светославна по острой нужде к семье отбыла на неизвестный срок, а поелику наравне с ней в помощниках никто не смыслит, придётся нам самостоятельно навык оттачивать, пока она не вернётся.
— Ну во-от, — протянула Милада, заслышав новости. — А я так и не смогла своего призвать. К кому теперь за подсказкой пойти?
— Вон к Вельке, — тут же посоветовала ей Малаша. — У ней спорее всех получается.
Я кашу еле проглотила с бульканьем, а уж весь стол нас ко мне в очередь выстроился на обучение. Как по мне, они на Заглядиных уроках такого рвения не казали, как сейчас!
Я, понятно, пошла в отказ. На кой оно мне надо, с неучами возиться? А кто учится прилично, тот сам освоил, там наука-то невелика. Дальше же только опытом берётся, я вот своих помощников гоняю то так, то этак, вот они и работают всё лучше. Да только попыталась я это объяснить, как воздвиглась надо мною тень в синем кафтане.
Задираю голову — нависает над столом Лиходеев личиной собственной. Точнее как раз не собственной, а мною сотворённой.
— Велижана свет Изяславовна, — молвит он шёлково, словно тканью цинской по ушам гладит, — а не соблаговолите ли вы со мной побеседовать, благо урок у вас первый пустой?
— А… так… я это, — промямлила я, на девиц косясь, — подруженькам обещала с призывом помочь…
— Успеется, — нехорошо улыбнулся Лиходеев и глазами своими синими страшными сверкнул так, что поняла я: не отвертеться.
Глава 16.2
На выручку мне внезапно пришла Милада.
— Ах, Яросвет Лютовидович, а что вы насчёт душечары решили? Не бросьте нас на прозябание, обучите, а мы уж в долгу не останемся! — со словами этими теребила она завязки на школьном одеянии, и, вот незадача, бантик-то и распустила. Из-под синего верхнего платья нижняя белая рубаха кружевами сверкнула, да так, что Углеша аж покраснела. Милада же словно и не заметила, на Лиходеева с вожделением уставившись.
А тот голову отвернул да забормотал что-то. Я же судьбе в зубы смотреть не стала, шустренько кузовок прихватила — и под стол, а вынырнула с другого конца и в дверь выскочила.
Вот только куда бежать? Понятно, что раз Лиходеев решил со мной погуторить, долго я от него бегать не смогу. Но хоть подготовиться как… А то вдруг ему взбредёт ещё один пожар устроить. Да и внезапный отъезд Загляды уж больно меня смущал. Прямо вот ни словом не обмолвившись, взяла да уехала посредь седмицы! И ровнёхонько в тот день, когда Лиходеев сарай сжёг. Да ещё после Белокопытова… Там ведь тоже вроде как Загляда при делах была… Ох нечисто что-то, ох нечисто!
И зачем я-то ему занадобилась? Уж не потому ли, что Малаша на меня указала, мол, помощники чародейские у меня хорошо выходят? А коли и так? От Загляды избавились, теперь мой черёд? Ну уж нет.
Спрятавшись в нишу, вытащила я тетрадь да охранных рун понаписала сколько вспомнила, и все рассовала по одежде так, что аж хрустела на ходу. И руны на запястьях подновила — пусть сахарной воды с собой не нашлось, зато на дно сумки завалилась баночка с маслом душистым, вот им и нанесла, а сверху заклинанием прочности запечатала.
Однако даже с такими приготовлениями идти к Лиходееву было страшно. Он ведь и к тем двоим в библиотеке какое-то отношение имеет, мало ли, что удумал… Как бы узнать… Кусаку-то не подложишь… Ох, вот же я лохудра, у меня ж Прохвост есть! Ровно затем и созданный, чтобы чужие секретики вынюхивать! Наверное… По правде-то сказать, я когда его рисовала, вообще невесть о чём думала. Но попробовать стоило. Открыла я туесок на поясе да кошарика вызвала. Потёрся он мягким бочком о мои ноги, мурлыкнул вопросительно.
— Иди-ка ты, котофей, за Лиходеевым проследи, — начала я и тут сообразила, что Прохвост-то мне не доложит словами, чем тот занимается да с кем беседы ведёт. А вот принести что-то сможет… — Коли увидишь у него на столе важное что, письмо там или грамоту какую, а то ещё амулет или артефакт, умыкни незаметно да мне притащи. Буду думать, что он с этим делать собирался…
Прохвост мурлыкнул снова да прямо сквозь стену и прошёл, только сверкание волшебное после себя оставив. Я же затаилась и стала ждать. Ежели Лиходеев и меня, как Загляду, из Школы решил выдворить, то небось что-то у него там припасено. Может, зелье, или амулет с проклятием. Когда котик принесёт добычу, сразу руками хватать не стоит, надо противомагические рукавицы надеть. Они-то как раз у меня в кузовке, сегодня ж амулетное дело снова по расписанию.
Надела
