я теперь могла, – шептать про себя молитву, чтобы Эл с Лиской обрели нужную поддержку и дождались помощи от двоюродного деда Леона.
Глава 3. Жуткий троюродный дед
К месту назначения мы прибыли в полной темноте.
Я, честно говоря, к этому моменту готова была выйти в чистое поле и остаться там, лишь бы не трястись больше в жуткой телеге. И, к моему ужасу, желание частично исполнилось. Нас высадили на пустой мостовой.
– Да́арг-холл там, – сказал кучер, махнув вправо, к тускло мигающим точкам. – Ворота открыты, но по территории бегают страшные псы. С вас пять монет.
Я отошла от Леона, требующего от кучера проехать дальше – через территорию парка, к самому дому, и присмотрелась. Впереди был высоченный забор из позолоченных прутьев с острыми наконечниками. И открытые позолоченные ворота: ажурные, витиеватые, украшенные крупными блестящими вкраплениями. Их освещали более современного вида фонари. Вернее должны были освещать, но сейчас они не горели. А дальше, насколько хватало взгляда за ворота, виднелся парк. Там тоже стояли фонари: и не масляные, как в городе. Эти были выкрашены в цвет золота, а на верхушках имели стеклянные плафоны в форме цилиндра. Часть из них светила ярко и далеко. Другие моргали или потухали надолго, но потом снова загорались, выхватывая из полутьмы новые составляющие парка: кроны деревьев, высокие статуи и скамейки. А затем снова погребая все в сумерках.
– Недоработанные. Но хоть маслом не плюются, – прошептала я, зябко кутаясь в свою куртку.
Одежда на мне была зимней, но легкой, рассчитанной на быструю прогулку по столице драконьей империи, а не на длительное путешествие в прошлое.
– Кучер – просто грабитель, – заявил подошедший Леон. – Отказался везти нас до самого дома, еще и взял двойную сумму. Здесь монеты немного иные, так что он обозвал их ломом. Хотя видел, что серебро – есть серебро! Подать бы на него в суд…
– Слушай, – перебила я своего спутника, – пока мы ехали, ты говорил, что твой дедушка отшельничает в запущенном доме.
– Угу, – кивнул Леон, и сам уже понимая, насколько далек был от реальности. – Похоже, семьдесят лет назад дела у него шли лучше, чем в нашем времени.
– А ты видел его в нашем? – уточнила я на всякий случай.
– Нет, конечно, – удивился Леон. – Я же сказал, семьи враждуют. Мой дед запретил всем своим потомкам даже приближаться к Эдриану Дааргу и его детям.
– То есть у этого злобного отшельника есть дети, – кивнула я, принимая во внимание новую информацию.
– И внуки, – согласился Леон. – Он же – дед.
– Ясно. – Я закатила глаза, так выражая весь свой скептический настрой к услышанному.
– Ладно, – признал Леон, – кое в чем я ошибся, но уверен, когда мы его увидим, наверняка поймем, почему дед ограничивал общение. Ты все сама поймешь. Эдриан или пьяница, или игрок, или кто-то в том же духе.
– Я не хочу к нему в дом, – запротестовала, сделав шаг назад.
– Не бойся, – засмеялся Леон. – Когда я попрошу помощи для родственника на крови, он все для нас сделает. Для драконов это очень важно. Даже для тех, кто недостоин входить в высшее общество. Пойдем.
– Ты не слышал? Внутри бегают псы-охранники, – напомнила я.
– Знаю, – кивнул Леон. – Сейчас мы помельтешим у входа, и придет охрана. Они-то и отведут нас к моему жуткому деду. Видишь? У меня всегда есть отличный план.
Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться.
Приблизившись к воротам, мы встали на самой границе входа и принялись делать шаг внутрь, затем назад. Словно пританцовывали. На каком-то этапе развеселились и стали напевать юморную новогоднюю песню. Но охрана все не выходила. Тогда Леон принялся прыгать туда-сюда, махать руками и кричать, чтоб нас заметили. Я продолжала топтаться на месте и петь – просто не хотела замерзнуть. Вот тогда-то и услышали ненавязчивый кашель со стороны подъездной дороги.
Я обернулась первой. Пока Леон увлеченно прыгал. Закончила пару слов песни и замолчала, испуганно глядя на высокого потрясающе красивого блондина с невероятно голубыми – почти прозрачными – глазами. Он стоял прямо под лучами зажегшегося внезапно фонаря, отчего казался светящимся изнутри. В длинном черном плаще, черных брюках и высоких сапогах. С забранными в хвост пепельными волосами. Мужчина напоминал ожившую скульптуру! Свет фонаря точно обрисовывал высокие скулы, прямой нос, словно вычерченный кем-то по линейке, сильный волевой подбородок. Незнакомец был красив настолько, что даже пугал: слишком безупречный и надменный.
Именно такой типаж и вызывал дрожь в коленках у глупых барышень в любовных романах, которые я «впитывала» в себя по три в неделю. Иногда по четыре… А во время болезней вообще переставала считать количество прочитанного.
Но кто мог предположить, что однажды я и сама встречу Его? Плод всех моих тайных фантазий, воплотившийся в реальность. Утонченный и прекрасный во всех смыслах…
– Что за тохонь сюда принесло? – спросил он низким, пробирающим до мурашек голосом. – Это от вас так воняет?
Смысл сказанного дошел не сразу. Сначала романтическая поволока не позволяла принять весь ужас услышанного. А когда позволила, флер мечты слегка поугас.
– Вы возмутительно нетактичны! – выдала я, гордо задирая подбородок. Но капюшон начал спадать, а без него становилось ужасно холодно. Потому пришлось наклонить голову и поправить одежду.
– Нам нужно попасть внутрь, – сообщил намного менее оскорбленный Леон. – Мы пришли с важным посланием к хозяину имения.
– Каким же? – уточнил красавчик, чуть склонив голову.
Тогда же я приметила, что мужчина опирается правой рукой на трость.
– Это касается только меня и Эдриана Даарга, – с пафосом сообщил Леон. – Вы можете провести нас внутрь?
– Вас и человека? – недобро усмехнулся мужчина, указав на меня подбородком.
Стало еще обидней прежнего! Но я промолчала. И нос снова задирать не стала – быть в капюшоне нравилось больше. Леон тоже был возмутительно непробиваем.
– С кем я пришел, вас не касается, – холодно сказал он. А потом вообще принялся врать самым уверенным в мире тоном: – Хозяин этого дома ждет нас и отблагодарит вас за помощь. Итак?
Красавчик криво усмехнулся, бросил на меня нехороший взгляд, но кивнул:
– Идет. Я вас проведу в дом. Но, если хозяин не будет вам рад, вы будете должны мне одну услугу.
– Какую? – насторожился Леон.
– Все, что я пожелаю, – развел руками красавчик, отведя в сторону и трость. – Не в вашем положении торговаться. Тем более вы так в себе уверены.
– Я не согласна, – запротестовала, выступая на свет мигающего фонаря. – Никаких услуг!
Миг. И взгляд мужчины оказался прикован к моему лицу. Он смотрел не отрываясь, изучая, кажется, каждую черточку. Я
