Арман мне очень нравился, он был добрым, заботливым, никогда не ставил меня в неловкое положение, всегда был рядом, и что самое главное, не пытался ко мне прикасаться. Он стал для меня лучшим другом, таким как Энза, и, как я могла заметить, был рад такому повышению.
Я перевела взгляд на мужа и увидела, что у него рубашка на плече покрылась кровяным пятном.
— Ты ранен? — обеспокоенно сказала я, смотря на мужа.
— Пустяки! Просто царапина, — ответил Бальтазар, не смотря мне в глаза.
— Я знаю, что когда ты так говоришь, рана оказывается серьезной, — ругалась я.
— Само пройдет! — ответил Бальтазар и поймал меня за руки, когда я хотела расстегнуть ему рубашку.
«Что с ним происходит?», — не понимала я.
— Или ты показываешь мне рану, или я переезжаю в отдельную комнату! — поставила я его перед выбором.
На лице мужа отразился испуг. Он встал из-за стола и медленно подошел ко мне. Не спеша он стянул с себя рубашку, и я увидела его расплавленную кожу в области всего плеча и спины.
«Такой ожог могла оставить только сила, способная пробить его огонь. А я не припоминала, чтобы было что-то сильнее его и моего пламени. Оно всегда нас защищало от таких атак. И почему он хотел скрыть от меня рану? Наверное, он после обеда обратился бы к другим целителям, и не ожидал, что я замечу кровь», — предположила я.
Ничего не сказала, аккуратно провела рукой над его раной, и она затянулась, не оставив ни следа. Молча отошла от мужа, и направилась к остальным, но он поймал меня за руку и посмотрел в самую душу. «Он ждет от меня вопросов и уже готовится к ответам», — догадалась я. Но я решила ничего не спрашивать. Во-первых, сама много времени скрывала от всех часть видения прорицателей, а во-вторых, надеялась проследить за Никой и все выяснить уже сегодня.
— Спасибо, — произнес муж, не отрывая от меня взгляда.
— Не за что, — пожала я плечами с безразличием.
Я отошла от Бальтазара и села обедать. Все сидели молча и как-то странно смотрели на меня.
«Они тоже не ожидали, что я не буду допрашивать мужа», — догадалась я.
— Мила! С тобой все хорошо? — с беспокойством спросила Валькирия.
— Конечно! Просто немного устала, сегодня раненых было больше, чем обычно, — ответила я, смотря Валькирии в глаза.
Я почувствовала, как всеобщее напряжение спало, и все стали общаться и шутить.
Вскоре враг отступил, и мы вздохнули с облегчением.
— Может, полетаем? — предложил Бальтазар, вернувшись с дежурства.
— Было бы здорово, — ответила я.
Мы часто с ним сбегали из замка, понимая, что это опасно. Мы отправлялись на необитаемый остров, который стал нашим любовным гнездышком.
Рэди и Лекс отдыхали недалеко от нас, а мы сидели на песочном пляже и смотрели на океан.
— Что загрустила? — прошептал мне на ухо Бальтазар.
— Я очень скучаю по родителям и по детям. Как они там на Земле, без нас, — прошептала я, чувствуя, как слезинка скатилась по щеке.
— Они в безопасности, благодаря тебе. Как только леди Алексия будет готова к битве, мы вступим в сражение с Матвеем, одолеем его, освободим Аврору и Феликса, и сможем вернуть всех наших детей, — прошептал Бальтазар.
— Отличный план на будущее, — улыбнувшись, ответила я.
Мне хотелось, чтобы его слова сбылись как можно быстрее, хотелось снова собрать всю семью вместе.
— Я люблю тебя, леди Мила! — прошептал Бальтазар, смотря на меня с нежностью. — И если быть откровенным, боюсь, того, что показали тебе прорицатели.
— И я боюсь, — призналась я, — но мне хочется верить, что свое будущее мы создаем сами, и что я не перейду на сторону Матвея.
— Я сделаю все, чтобы этого не произошло любой ценой, — прошептал Бальтазар с грустью.
Последняя его фраза меня немного насторожила, но я не стала придавать этому значение.
— Как у тебя дела со способностями? Так и исчезают ни с того ни с сего? — поинтересовался Бальтазар.
— Да, у меня пропадает то телепортация, то не могу призвать свой огонь, а порой все получается без проблем, не понимаю, почему так, — пожала я плечами.
— Этот дар у тебя от самой Пандоры, может, это связано как-то с появлением дьявола в нашем мире? — предположил мой муж.
— Не знаю, — призналась я, — ты прав, пропадает лишь та сила, которая дарована мне частицей надежды, все остальные способности работают без перебоев.
— А помнишь, как твой огонь выходил из-под контроля, когда ты носила тройняшек? Я тогда часто получал от тебя ожоги, если ты была в плохом настроении, — улыбнулся Бальтазар.
— С первыми детьми я тоже теряла контроль, но со вторыми было все иначе, а помнишь, как ты переживал, когда пришел срок появиться им на свет! Как ты собрал рядом со мной целителей со всего мира и угрожал убить их, если со мной что-то случится, ты тогда до смерти их напугал, — сказала я, вспоминая тот момент.
— Я боялся, что потеряю тебя, мой отец лишился жены, когда она подарила жизнь мне и Валькирии, а все потому, что целителя не было рядом, не хотел рисковать! — вздохнул муж.
— Никогда не забуду твои глаза, когда ты увидел новорожденных детей, — сказала я, погладив руку мужа.
— Я тоже никогда не забуду
