с судорожным вздохом притянул меня к себе. Зарылся губами мне в волосы, втягивая мой запах, словно он его успокаивал.
Я не мешала. Наоборот, покорно положила голову на грудь любимому и просто ждала. Знала, что ему нужно время. Оно всем было нужно, потому что жизнь поменялась, уже невозможно жить старыми правилами, а новых… новых еще никто не придумал.
Наконец раздался тихий вопрос:
– И… что же нам делать?
Я улыбнулась:
– Узнавать друг друга. Учиться жить вместе, сотрудничать.
– Думаешь, у нас получится?
Он сомневался.
Я подняла голову и встретилась с его взглядом. Несколько мгновений мы смотрели друг на друга, а затем я обхватила его лицо ладонями и притянула к себе. Шепнула прямо в губы:
– Ради него… ради нашего сына. Мы обязаны попробовать. Не забывай, его мать, бабушка, дед и четверо тетушек – тоже люди. Может, не самые лучшие, но… они есть и уже никуда не исчезнут.
Заканчивала я, уже целуя его. Сначала медленно, осторожно, боясь спугнуть хрупкое доверие, возникшее между нами. Его губы были теплыми и чуть шершавыми от ветра, до боли знакомыми и желанными.
Глава 28
От него пахло каменной пылью и дымом. Я чувствовала, как он замирает, будто боится сделать лишнее движение – дракон, привыкший разрушать, теперь старался быть нежным.
Но потом его дыхание сбилось, руки обвили мою талию, прижимая так близко, что между нами не осталось места даже для тени. Я ощутила, как в нем нарастает желание – будто раскаленная подземная магма поднимается к жерлу вулкана. А мне хотелось нырнуть в этот вулкан, в эту лаву, чтобы она накрыла меня с головой. Отдаться безумию, о котором столько мечтала, сделать реальностью то, что столько раз переживала во снах…
Внезапно шевельнулся ребенок. Это заставило меня охнуть и разорвать поцелуй. Я замерла, глядя в горящие страстью глаза Авенара, а потом схватила его руку и прижала к себе.
– Что с ним? Почему он такой активный? Это нормально?
Мой дракон на секунду прислушался. Его глаза посветлели, лицо озарилось улыбкой – той самой, дикой и нежной, которая когда-то заставила меня забыть, что он не человек.
– Ты носишь не просто ребенка, – его ладонь погладила живот, и я ощутила в этом месте тепло. – Ты носишь дракона. У нас нет понятия нормы: чем раньше ребенок себя проявит, тем сильнее он будет.
Я затаила дыхание.
– А наш сын… – он снова прислушался, – наш сын очень сильный. Я уже это чувствую.
Облегчение хлынуло теплой волной. Я расслабилась, прислонившись к плечу любимого, и не выдержала, подколола:
– Что, даже сильнее тебя?
Авенар засмеялся – низко, с легким рычанием.
– Несомненно! Ведь он зачат от истинной пары. В любви.
Его слова прошлись по мне жаром, только в этот раз – исцеляющим. Я закрыла глаза, представляя этого малыша: с серебристыми волосами, как у отца, с такими же горящими алым глазами…
А потом запрокинула голову, вновь подставляя губы под поцелуи.
– Подожди, – Авенар отстранился. Правда, лишь на мгновение, затем прижался лбом к моему лбу, часто дыша. – Мне всё-таки нужно искупаться. Я и так вытер о тебя большую часть пыли.
Я засмеялась. Счастливо и открыто. Всё страшное осталось позади, ужасы плена и ненавистного брака теперь навсегда в прошлом. Мой любимый жив, и он со мной рядом.
И то, что мы решаем глупые бытовые заботы, это так замечательно.
– Как же я люблю тебя, – прошептала ему на ухо, крепко обхватив за шею. – Но в купальню ты один не пойдёшь.
Смех Авенара вибрацией разошёлся по телу, наполняя меня безотчётным счастьем. А затем дракон подхватил меня на руки, легко, как пушинку, заставляя чувствовать себя невесомой и одновременно очень важной. И вынес из комнаты, в которой я провела целых семь дней, решая – жить дальше или умереть.
Теперь, в объятиях любимого, живого и настоящего, потеря дара казалась такой несущественной. Мы слишком много перенесли, мы заслужили своё счастье, выстрадали его. И я готова стать счастливой без всякой магии, как самая обычная женщина.
Я ткнулась носом в шею Авенара и закрыла глаза, чтобы ярче чувствовать запах любимого. Было всё равно, куда он меня несёт. Неважно, где мы окажемся, главное – чтобы вместе. И навсегда.
Тем более мой дракон проделал не более полусотни шагов. Храмовые купальни располагались недалеко от жилых комнат.
Внутри было жарко и влажно.
– Я приказал натопить заранее, – пояснил Авенар, ставя меня на ноги. – Подумал, вдруг ты тоже захочешь искупаться.
– Ты очень предусмотрительный, – мурлыкнула я, стягивая опостылевшую сорочку и бросая её на пол.
А затем под внимательным взглядом, не упускающим ни единого движения, переступила через тряпку и отправилась вглубь купальни.
Абсолютно обнажённой.
Хворь покинула меня, будто её и не было. Выбрав жизнь, организм тут же перестроился, напоминая, как много прекрасных моментов я пропустила за эту неделю.
Шла нарочито медленно, наслаждаясь каждым движением мышц и работой суставов. Чтобы тело вспомнило, как хороша жизнь, а дракон вдоволь налюбовался мой фигурой.
Его взгляд я чувствовала физически. Как он скользит по спине, изгибам округлившейся талии и бёдер, ласкает кожу.
Жажда обладания в Авенаре была столь сильна, что его глаза потемнели и стали багровыми. Однако он сдерживал себя, не позволяя инстинктам взять верх.
Я видела, что дракон в нем желал броситься вслед добыче, настигнуть в два шага, овладеть, получить долгожданное удовольствие. Но рассудок в Авенаре все еще был сильнее желания, и именно этот рассудок делал драконов похожими на людей.
Мой возлюбленный знал, какая я хрупкая. А я знала, что он будет со мной терпеливым и нежным. Будет ждать, пока я дам сигнал, что готова, и позову сама.
Но я не спешила. Мне нравилось дразнить дракона. Чувствовать свою власть над ним. Это возбуждало и делало ощущение жизни ещё более ярким, насыщенным. Моя душа пела от счастья, видя его нетерпение, стремилась ввысь, к небесам.
Я дошла до купели – углубления в полу в виде большой каменной чаши. Остановилась на краю и лишь тогда
