class="p1">* * *
— Яра. Яра! — вновь раздается голос над головой.
Поворачиваюсь, ожидая, что Бьянка все-таки решилась на вопрос, но обнаруживаю, как сквозь грубую ткань палатки пробиваются солнечные лучи.
— Капитан объявил подъем! — сообщает брюнетка, выбираясь из спального мешка.
Я следую ее примеру.
Собрав все вещи и умывшись ледяной водой, мы забираемся на лошадей. Идем тем же строем примерно два часа, а затем с вершины холма открывается умопомрачительный вид на нужный нам город.
Он возвышается среди густых лесов как белоснежная корона на зеленом ковре. Высокая стена опоясывает его сплошным кольцом — такая толстая и мощная, что по ней, наверное, можно проехать верхом.
Смотровые башни торчат через равные промежутки, словно каменные пальцы, указывающие в небо. Глядя на эту твердыню, понимаю — что защитные ограждения Парама просто курам на смех.
И чем ближе мы подходим, тем четче ощущаю, что здесь все дышит магией и древностью. Замечаю руны даже на деревьях вокруг стены. И когда мы подходим к воротам, они с тяжелым скрипом открываются. При этом без какого-либо участия людей.
Стражники в голубых формах, выказав уважение поклоном, все же просят нас пройти досмотр. Ранд кивает, мол, слушайтесь. А после, когда нас, спешившихся, ведут по улицам, объясняет:
— Это промышленный город. Один из тех, где делают большинство бытовых и военных артефактов. Демоны ищут способ сюда проникнуть под любой личиной, включая заклинателей, потому правила досмотра строги.
Задумчиво киваю, а затем вновь скольжу взглядам по огромным домам в несколько этажей. Но куда больше меня интересует не футуристическая архитектура, а местные жители и странные голубые тарелки в их руках.
Одни глядят в них, как в зеркала, разговаривают то ли сами с собой то ли с кем-то еще. Другие пишут перьями прямо в центре этих блюдец. Ждут, читают, опять пишут.
И что самое странное, в этом городе все спешат.
Люди вообще не хотят спокойно. Все на бегу, все с тарелками в руках. Даже, сидя за одним столом под навесом таверны, вместо разговоров, люди пялятся в тарелки.
— Нам сюда, господа заклинатели, — сообщает сопровождающий в светло-голубой мантии. Он же министр безопасности всего Аурима.
Останавливается у красивого особняка с кучей балконов и деревянных убранств и вновь кланяется, чтобы выказать уважение героям.
Местные отгоняют лошадей к стойлам, а наша делегация минует небольшой дворик с красивыми, но немного запущенными пихтами и входит в изысканный холл с кучей ваз, цветов и прочих убранств в духе алых бумажных фонариков под деревянным потолком или штор из нежно-розового шелка.
— Ваши комнаты уже готовят. С минуту на минуты мы вас пригласим. А пока скажите на милость, чего вы желаете отведать? Накроем самый лучший стол! — старается угодить министр.
— Лучше покажите нам дело, — просит Ранд.
Сопровождающий охотно провожает нас на второй этаж гостевого дома и приглашает в огромную комнату с несколькими диванами и большим круглым столом по центру.
— Все записи здесь, Светлейший! Мои люди будут снаружи. Зовите их в любой момент! — прощается министр.
Ранд благодарно кивает гостью и тот с трудом оторвав взгляд от наших костюмов и плащей, закрывает за собой тонкие, похожие на бумагу, двери.
— А теперь к делу, — велит Ранд.
Несколько часов подряд мы изучаем бумаги: отчеты стражи, показания местных жителей и прочее. Меж делом успеваем выпить чаю с местной выпечкой, правда Дэмиан отказывается. Он располагается не за столом, как все, а на дальнем диване и игнорирует все, за исключением бумаг. Их он изучает под разным углом.
Когда каждый заканчивает ознакомление с материалами, наступает момент обсуждения.
— Раз жалобы на то, что у жителей теряется интерес к жизни, то возможно это какой-то мелкий новорожденный демон. А исчезновения могут быть последсвиями депрессии, — первым выдвигает теорию Нотт.
Мелкий демон? Интересно. Из бестиариев профессора Ривза, я помню, что высшие демоны обладают магией, часто превосходящей магию заклинателей по силе. Именно высшие демоны способны обратить человеческие души в низших, мелких демонов.
В основном это происходит по примитивной схеме: демон исполняет желание человека, а после смерти, душа человека попадает в лапы демона и становится нищим, часто даже безвольным существом.
Низшие демоны с перерождения не обладают сильной магией, потому тайком питаются людскими эмоциями, чтобы взрастить силу. Творят пакости, вызывая гнев или грусть людей, прячутся и питаются этим.
В одной из книг профессора писалось, что человеческая жизнь низшего демона определяет его аппетит после перерождения. Иными словами, если человек умер в раскаянии или сожалениях, он будет нуждаться в людской грусти.
Если в ненависти и ярости, то в людской злости. Но на занятиях в эту тему не углублялись, считая, что суть происхождения демона не важна. Важно разгадать его вкус, чтобы понять, как заманить в ловушку.
— Город в апатии уже несколько месяцев. Для одного мелкого демона это слишком, — парирует Ранд, возвращая меня из энциклопедии в голове к обсуждении.
— Может, здесь промышляет несколько низших? — жмет плечами Нотт.
— И откуда их столько взялось? Предлагаешь узнать, не случалось ли где массовых смертей в последние полгода? — подкалывает Бьянка.
— Я хотя бы стараюсь, а ты что предлагаешь? — сердится блондин.
— Предлагаю сначала думать, а потом действовать. Если демон неглуп, то учует наш визит и затаиться или заманит в ловушку!
— Мы имеем дело с низщим демоном. Какие ловушки? Он бежать от нас будет, так ведь, куратор Сэйхар⁈ — не выдержав спора с Бьянкой, Нотт обращается к Ранду.
— Это ваша миссия, вы должны сами решить головоломку, — напоминает куратор и переводит взгляд на брата, который все это время комфортно полеживает на диване, накрыв лицо одной из папок.
— А ты что думаешь, Дэмиан? — обращается Ранд.
Дэмиан стягивает с лица бумагу, меняет позу «лежа» на сидячее положение и, опершись локтями в колени, кидает взгляд сначала на Ранда, затем на всех остальных. А мы застываем в предвкушении, — по глазам видно, что у Дэмиана точно есть уже мысли на этот счет. Но бог решает всех удивить.
— Не все ведь еще высказились. Что думаешь ты, Яра? — спрашивает он с таким видом, будто у меня точно есть ответы на все вопросы.
Остальные, будто уверовав в идею, что бог никогда не ошибается, тоже косятся на меня в ожидании чуда. Но Ранд решает вмешаться.
— Яра впервые на практике. Не стоит на нее давить, пусть наблюдает
