— У нас с ней все кончено, Эжени. Да, было кое-что. Теперь мы просто друзья, больше ничего.
Я подняла глаза.
— Прямо как мы с тобой?
Губы Кийо изогнулись в хулиганской усмешке. Я видела, что температура его взгляда подскочила на несколько градусов.
— Называй как хочешь, но, думаю, нам обоим хорошо известно, что мы с тобой не просто друзья.
Да уж, это и впрямь так.
Внезапно, после того как я уже связалась с самым что ни на есть чистокровным джентри и провела с ним немало времени, тот факт, что Кийо — кицунэ, теперь не представлял проблемы. Границы, которые определяли мою жизнь, оказались размыты. Это пугало, потому что я продолжала хотеть Кийо. Внезапно у меня больше не оказалось оправданий, чтобы оставаться на прежней позиции. С ними-то мне жилось намного легче. Они позволяли не открываться кому-то, становясь при этом уязвимой. Если я и в самом деле хотела, чтобы Кийо был рядом, то нужно было думать не только о сексе. С сексом все просто, особенно с Кийо. Сложнее вспомнить, каково это — стать близкой кому-то и довериться ему.
Я отвела взгляд, не желая, чтобы Кийо увидел страх на моем лице, но он все же успел его заметить. Не знаю, что он чувствовал при этом, но иногда мне казалось, что кицунэ понимает меня лучше, чем я сама.
Он поднялся, встал у меня за спиной и принялся массировать шею и плечи.
— Эжени, — только и сказал Кийо теплым голосом.
Я расслабилась и закрыла глаза.
— Я не знаю, как поступить.
Я имела в виду его и себя, но, учитывая всю оставшуюся часть моей жизни, это утверждение могло относиться к чему угодно.
— Давай пока оставим борьбу. Брось все, и пойдем прогуляемся.
— Прямо сейчас? Как на свидание?
— Именно.
— Вот так и пойти? Так просто?
— Да. На самом деле только от нас зависит, будет все просто или сложно.
Мы взяли автомобиль Кийо — замечательно красивый «фиат-спайдер» шестьдесят девятого года — и отправились в один из моих любимых ресторанов, «Индийскую кухню из Индии». Такое название кажется избыточным, но последняя часть необходима. Учитывая, что все местные ресторанчики предлагали юго-восточную кухню и еду американских индейцев, туристы были вправе ожидать там гренки «Навахо», а не карри и индийские лепешки.
Напряжения между нами как не бывало, по крайней мере негативного, хотя возник один неприятный момент, когда Кийо спросил:
— Ладно, но я должен знать. Ты целовалась с ним?
Я загадочно улыбнулась.
— Только от нас зависит, будет все просто или сложно.
Он вздохнул.
После ужина Кийо повез меня из города, но не сказал, куда именно. Почти через сорок минут мы въехали на большой холм. Кийо отыскал место, где стояли другие автомобили, но не нашел, куда пристроиться, поэтому вынужден был вернуться назад и припарковаться относительно далеко. Сумерки перетекли в полноценную ночь. Без освещения трудно было найти тропу, ведущую на холм. Кийо взял меня за руку и повел, крепко, но осторожно держа в своих теплых пальцах мою кисть.
Мы шли почти полчаса, пока наконец тропа не привела на небольшой пятачок. Я еле сдержала изумление. Здесь было полно людей. Почти все они расставляли телескопы или уже смотрели в чистое звездное небо.
— Я видел объявление в газете, — объяснил Кийо. — Это астрономы-любители. Они пускают сюда публику посмотреть на звезды и потусоваться вместе с ними.
У меня возникло такое чувство, что все здесь были просто счастливы видеть нас и дать заглянуть в свои телескопы. Астрономы-любители показывали нам особенно интересные созвездия, рассказывали легенды о них. Многие я слышала и раньше, но вновь получала удовольствие от их рассказов.
Погода для такого мероприятия была идеальной. Довольно тепло, можно гулять без курток, хотя свою я надела, чтобы прикрыть оружие, и так ясно, что можно забыть о загрязнении окружающей среды. В обсерватории Флэндроу, в университете, были великолепные виды, но здесь мне нравилась эта домашняя обстановка.
Я слушала какого-то старичка, рассказывавшего о туманности Андромеды, и задумалась о том, как далеко, безгранично раскинулась наша Вселенная, о которой мы знали так мало. Насколько мне было известно, мир духов точно так же стремился к бесконечности. Я знала лишь три мира: наш — человеческий, Царство Мертвых и Мир Иной, который вбирал в себя все, что посредине. Многие шаманы верили, что над всем этим простирался еще и мир богов, о которых мы даже не подозревали. Я смотрела на россыпь звезд и внезапно почувствовала себя такой маленькой в этой огромной системе, несмотря на то, существовало пророчество или нет.
Кийо шевельнулся рядом, и я почувствовала, как его рука дотронулась до моей. Мое тело тщательно регистрировало все его прикосновения, словно какая-нибудь военная система слежения. Кийо поймал мой взгляд, мы улыбнулись друг другу. Я чувствовала умиротворение и чуть ли не восторженную радость. В эту минуту между нами все было правильно, так, как и должно быть. Наверное, мне никогда не понять, что притягивает двух людей друг к другу; с таким же успехом можно пытаться постичь Вселенную. Ты не можешь измерить ни первое, ни второе. Мир таков, каков он есть, а ты пролагаешь свой путь уж как можешь.
— Спасибо, — сказала я ему потом, когда мы спускались с холма обратно к машине. — Это было великолепно.
— Я видел телескоп у тебя дома, вернее, то, что от него осталось.
— Ой. Да.
Оказавшись тут, я несколько отстранилась от реальности, забыла, что мой дом находится сейчас в состоянии разрухи.
— Мой телескоп в подметки не годится тем, что мы здесь видели. Наверное, придется купить что-нибудь получше.
Мы прошли мимо других автомобилей и в конце концов добрались до нашей машины. Стало немного прохладней, но по-прежнему было хорошо.
На ходу Кийо сморщил нос.
— Пахнет тухлой рыбой.
Я вздохнула поглубже.
— Ничего не чувствую.
— Считай, что тебе повезло. Ты, скорее всего, не чувствуешь даже, когда некоторые товарищи мылись в последний раз.
Я рассмеялась.
— Я помню, как ты нюхал мои духи тогда, в баре. Это показалось мне безумием. Итак, суперобоняние — еще одно достоинство кицунэ?
Он покачал головой.
— Смотря что нюхать.
Мы залезли в машину. Кийо принялся вставлять ключ в замок зажигания, но потом решил, что ему нужна куртка.
— Можешь достать ее? Она на заднем сиденье.
Я отстегнула ремень безопасности, развернулась, практически повиснув между кресел, и попыталась достать куртку. Она была скомкана и валялась на полу.
— Господи, — услышала я его голос.
— Ты что, пялишься на мою задницу?
— Ты практически сунула ее мне под нос.
Я втащила несчастную куртку и выпрямилась, но Кийо перехватил меня и притянул к себе на колени. Я оказалась скрученной в странном положении, попыталась выпрямить ноги и в конечном счете оказалась практически сидящей на Кийо.
