не упав ни после третьего шага, ни после четвёртого и пятого…
Следом за Гарвархом, чеканя шаг, последовала его свита, сверкая голыми задами.
— Стоять! — вновь рявкнул главнокомандующий армией Дарман. — Кру-у-гом!
Первородные ипостаси тринадцати демонов, услышав грозный рык главенствующей и более сильной особи, быстро ретировались. Оставив своих хозяев как без брони, так и без одежды.
Ларисе Вивьен, наконец, пришла в себя, приподнялась и не поверила своим глазам.
Тринадцать атлетически сложенных красавцев с широкими плечами, узкими бедрами и, самое главное, в том виде, в каком младенцы появляются на свет. Возраст младенцев демоны давно оставили позади и сразили целительницу размерами своих детородных органов. От переизбытка чувств и мысли, что вся эта красота сейчас находится в целительском крыле, Вивьен во второй раз упала в обморок.
Окинув хмурым взглядом Ларисе, а затем обнаженных третьекурсников, Саверлах подумал, что где-то он уже видел такую же картину. И пришел к выводу, что пора заняться воспитанием подрастающего поколения. Накинув на адептов ловчую магическую сеть, подхватил их, закинул в портал, выстроив его в комнату наследного принца.
Осмотрев разгром, устроенный в смотровой комнате, декан подхватил лежащую без чувств целительницу и, положив её на кровать, поспешил удалиться. Пора было посмотреть, как проходят состязания адептов.
Выйдя из портала, Саверлах огляделся, а к нему уже спешил Дирх, спрашивая на ходу:
— Как обстоят дела у Его Высочества?
Риархан был взволнован, с настороженным взглядом стоял возле ненаследного в ожидании ответа.
— Да что с ним будет, — с безразличием в голосе ответил Саверлах.
— Как что… он ведь три шага пройти не мог. Радовался со своими друзьями, когда вы с адепткой Шторм в портале скрылись, а потом какая-то непонятная немощь напала.
— Знаю я его эту немощь… Пару военных команд и здоров, как бык. И даже умудрился со своей свитой первородной демонической ипостасью обзавестись.
Глаза Риархана вспыхнули от счастья.
— Королевскую чету можно поздравить с истинными наследниками престола.
— Без поздравлений обойдутся, — продолжая злиться на брата, вымолвил Саверлах, с прищуром осматривая полигон и бегущих по нему огневиков.
— Я смотрю, наши адепты уже состязание закончили?
— Буквально недавно. Поддержала боевой дух адептка Шторм.
Брови ненаследного вспорхнули в удивлении.
— Сам был удивлен не меньше вашего. Она ведь упала, и вы ее в целительский корпус порталом унесли. А тут выбежала на беговую дорожку и дала стрекоча, словно за ней демоны гнались. Видя ее настрой и наши все дружно подтянулись. Шторм намотала три круга и рванула с полигона, — со смешком в голосе вымолвил Дирх, смотря в сторону бегущих адептов.
— Демоны, говоришь, — с прищуром вымолвил Саверлах, водя пальцами по подбородку, обдумывая, куда в этот раз подалась ведьмочка…
Наматывая третий круг по беговой дорожке, ведьмочка вдруг подумала, что декан Саверлах обязательно вернётся на полигон и вот тогда её и ждёт расплата за наслание проклятья на принца демонов.
В испуге Сари подпрыгнула и дала стрекача с полигона в единственном желании скрыться от светло-зелёных глаз демонюги. А укрыться можно было лишь в одном месте — древнее, заброшенное строение, расположенное в глухой части академического парка. Каменное одноэтажное здание наводило страх, щекотало нервы любителям погулять по помещению бывших лабораторий. В окнах первого этажа давно не было окон, и они зияли чернотой. Черепица крыши местами съехала, а местами и вовсе отсутствовала. Входная дверь, болтающаяся на одной петле, упиралась углом в землю, будто предупреждая — не входить. Но не это больше всего привлекало адептов, а подземелье лабораторий. В свое время там держали разные ингредиенты для травниц. Но время шло, а новоприбывшие в академию адепты отправлялись по следам старожилов, рассказывающих о подвальных помещениях разные небывальщины. Проверить очень хотелось, и первокурсники, облазив коридоры подземелья, выползали из него в немом страхе, придумывая очередную выдумку.
Добежав до здания, каменистые кладки которого давно покрылись зеленым мхом и кое-где тонкими стволами деревцев. Дыша тяжело, Сари опёрлась о дверь, и та, жалобно скрипнув, сорвавшись с петли, рухнула.
Вздрогнув, ведьмочка ломанулась вовнутрь помещения. Подумав: «На первом этаже меня легко поймают, а вот в подземелье декан Саверлах вряд ли догадается спуститься».
Спускаясь по каменистым ступенькам, девчушка сетовала на то, что в сумраке помещения плохо видно куда ступать, а встречающиеся на пути камни и осыпавшаяся штукатурка только добавляли нервозности.
Сари облегчённо выдохнула, когда ее ноги, наконец, ступили на пол подземелья. Осмотревшись по сторонам, ведьмочка обдумывала, в какую сторону рвануть.
Коридор тянулся в две стороны от того места, где она стояла. С правой стороны чёрная зияющая пустота пугала и навевала неприятные мысли. Слева вообще тянуло замогильным холодом, но там проблескивал тусклый свет и ведьмочка, не раздумывая, рванула к нему.
Рванула — хорошо сказано, на пути попадались камни и гнилые доски. Об которые Сари то и дело спотыкалась, ударялась и вспоминала не раз ту самую мать… Но желание спрятаться и затаиться было сильней, и ведьмочка, словно мотылек, летела в сторону свечения, в душе радуясь, что не так будет страшно сидеть в мрачном подземелье.
Дойдя, наконец, до полоски света идущего из дверного проёма, девчушка в удивлении вскинула брови.
Большая комната была очищена от камней и пыли, в отличие от коридора, по которому ей пришлось пробираться. Возле одной из стен был поставлен стол, на его поверхности стояла чаша, а в ней лежал стеклянный шар, он и отдавал бледно-голубое свечение. Возле стола стоял декан эльфов Мюилкорх.
Декан Сари совершенно не нравился. «Противный дядька. Глазки словно под кожу проникают». Вспомнив и подумав о остроухом, она устремила свой взгляд на ещё одного человека, находящегося в помещении. Её чёрные брови в очередной раз взлетели в удивлении.
— Егорка, — прошептала она и со счастьем в голосе, что ей не придётся сидеть в страшном подземелье одной, звонко закричала. — Егорка!
Не раздумывая, ведьмочка бросилась к знакомому парню. После того случая с бородавкой эльф её сторонился. А если встреча была неизбежна, то он делал вид, что не знаком с ней. Сари на это не роптала, понимая, что задела эльфинскую гордыню. Ну, обиделся бедолага, что поделать.
— Егорка! — подбежав к эльфу, девушка улыбалась во весь рот, радуясь присутствию живой души в страшном подземелье. Но вскоре её улыбка померкла, Белегохтар совершенно не обращал на неё внимания.
На высоком лбу парня выступили капельки пота. Покрытые синевой губы подёргивались в спазмах и лишь в светло-голубых глазах эльфа, устремленных на декана, были страдание
