не нравится?
— Мне он нравится, — сказал Кормак.
— Нет, ты не понимаешь, — ответил я, не глядя на него. Я провёл костяшками пальцев по щеке Изольды. — Я не буду указывать тебе, что делать, девочка, но я бы хотел, чтобы ты оставалась в тылу, хорошо? Позволь Кормаку и мне сражаться.
Она нахмурилась ещё сильнее.
— Звучит так, будто ты указываешь мне, что делать.
Я открыл рот…
Рядом со мной возникли Галина и Фергюс.
Изольда подпрыгнула.
— Ух ты! Я не была готова к этому.
— Привет, ребята! — позвала Галина, задыхаясь. — Присмотрите за Фергусом вместо меня, я просто схожу за Брэмом, — она исчезла так же внезапно, как и появилась.
Фергюс нахмурился.
— Присмотрите за Фергусом вместо меня? Я не собака! — он взглянул на бёдра Изольды и тут же просиял. — Хороший меч. Мне нравится рукоять.
— Спасибо, — она повернулась, чтобы он мог лучше его рассмотреть. — Алек дал это мне.
Грёбаный Мюррей.
Галина выскочила обратно на лужайку и придержала тошнотворного вида Брэма. Он провёл большой ладонью по лицу.
— Я ненавижу перемещения. Я бы предпочёл летать в любой день, чем заниматься всем этим... баловством.
Галина похлопала его по руке, прежде чем повернуться ко мне.
— Я никогда не была в Разротии, так что я не смогу перемещаться там. По крайней мере, не в первый раз.
— Всё хорошо, — заверил я её. — Я протащу тебя через фонтан, — я поднял глаза и повысил голос. — Алек? Лакхлан?
Лакхлан кивнул и подошёл. Когда он подошёл к нам, то понизил голос.
— Хлоя останется здесь.
Я взглянул на спор, всё ещё разворачивающийся у него за спиной.
— Ты уверен в этом?
— Да, хотя я не уверен, что представляет большую опасность: Разрот или моя девушка Хлоя, — он оглянулся через плечо и вздрогнул. — Беременность — это не для слабонервных.
Про себя я согласился. Я не мог себе представить, чтобы Изольда испытывала весь этот дискомфорт. В прошлом слишком много драконьих самок погибло при родах. Меня бы нисколько не беспокоило, если бы Изольда решила не заводить ребёнка. Хотя Кормаку нужен был наследник…
Моё горло сжалось. Прошлой ночью, после того, как Изольда наконец заснула после третьего раунда секса, он притянул меня ближе и прошептал мне в губы. «Я имел в виду то, что сказал, милый. Наши клятвы нерушимы». Потом он нежно поцеловал меня. Тщательно. Посылая одно и то же сообщение своим ртом и своим телом.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы поверить в это — и простить себя, — но я приближался к этому. Мулло не собирался разрушать то, что я построил с Кормаком... а теперь и с Изольдой. Ни сейчас, никогда-либо ещё. Мы с моими парами только начинали.
Алек и Хлоя закончили препираться, и мрачный Алек подошёл, когда Хлоя, не оглядываясь, направилась в пентхаус.
Все мои мысли о том, чтобы подразнить Алека, вылетели в окно. Он выглядел таким несчастным, что у меня не хватило духу уколоть его.
Вместо этого я обвёл взглядом собравшихся. Кормак стоял сзади, скрестив руки на груди, с блеском в глазах. Наши взгляды встретились и задержались, между нами возникло древнее взаимопонимание. То, которое мы оттачивали веками, сражаясь бок о бок друг с другом.
В пылу битвы он отдавал приказы. Я тренировал нашу армию с тех пор, как мы сошлись, и именно я повёл наших драконов в бой. Как король, он должен был оставаться в тылу как можно дольше. Его жизнь — и его голова — должны быть защищены. Но когда дело дошло до драки, все головы, включая мою, склонились перед королём.
Я повысил голос.
— Демон Ульмак украл нашу королеву. Король Эрказ пролил её кровь. Мы идём, чтобы отомстить за неё.
Все четверо мужчин обнажили мечи. Их глаза вспыхнули огнём.
— Прошли столетия с тех пор, как драконы сражались на поле битвы. Наши враги осмелели, — я оскалил зубы. — Давайте напомним им, кто правит небесами.
Мужчины взревели. Кормак улыбнулся.
Я повёл всех в бассейн.
Брэм схватил меня за руку.
— Я бы хотел начать первым, Консорт.
— Разроты украли мою сестру. Мой меч жаждет крови демона.
Я кивнул.
— Тогда ты и Галина. Держитесь за меня, — они схватили мою тунику, и я потащил нас сквозь воду и пространство. Мгновение спустя наши головы оторвались от поверхности Фонтана Силы.
Зал Эрказа был пуст.
Но его трон — нет.
Он восседал на корточках у его подножия, в его вьющихся светлых волосах появилась седина. На его рогах были прожилки того же цвета. На нём не было доспехов, только королевская синяя мантия с пышными рукавами, каких я не видел со времён Виктории. Тогда это был сомнительный стиль, а сейчас выглядел ещё более нелепо. Он дрожал как осиновый лист, тяжёлая золотая цепь на его шее тихо позвякивала.
Демон, стоявший на коленях рядом с ним, мог быть только Ульмаком. Я встречал его однажды, много лет назад, и запомнил молодого самца с коричневыми рогами и красивыми чертами лица. Теперь он был менее красив, его кожа покрылась пигментными пятнами.
Потому что у него больше не было доступа к крови Изольды.
Приковав взгляд к трону, я тихо зарычал на Галину.
— Иди приведи остальных.
Она исчезла в мгновение ока.
Мы с Брэмом отошли от фонтана и двинулись вперёд с обнажёнными мечами. Зал мог показаться пустым, но это было маловероятно. Разроты были опытными воинами. Они не оставили бы своего короля без защиты.
Я приготовился к засаде.
Позади меня скрежет стали о сталь возвестил о том, что Галина вернулась с остальными.
Голубые глаза Эрказа, стоявшего на возвышении, расширились. Он вытянул руку, словно отгоняя нас.
— Вы не можете убить меня! Я безоружен.
— Заткнись, — сказал Брэм рядом со мной. — Встань и сражайся.
Эрказ ахнул, ужас застилал его глаза.
— Я не могу сражаться. Я — король, — его взгляд остановился на чём-то позади меня, и он задрожал сильнее. — Мои воины с-сбежали, когда они у-у-увидели... — он замолчал, его голова медленно откинулась назад.
Кормак стоял у меня за спиной.
Я отошёл в сторону, и он встал между мной и Брэмом и прошествовал вверх по помосту, его светлые волосы ниспадали по спине буйством боевых косичек. Он схватил Эрказа за полы мантии и поднял его. Ноги Эрказа болтались в воздухе.
— Ты с-сгинул, — выдохнул он. — Все с-сказали.
— Я вернулся, — прорычал Кормак. — И я узнал, что ты забрал кое-что из моего, демон.
Эрказ разинул рот, как рыба.
— Я... н-не... хотел, — его лицо исказилось. — Я просто... боялся умереть, — в нос мне ударил терпкий запах
