самоцветами, переливающимися при каждом движении, а к нему – дивные сапожки идеально по ноге.
Мама Ильгара, присоединившаяся к нам, своими умелыми пальцами превратила мои непослушные волосы в изящную прическу, вплетая в них жемчужные ленты. Время от времени, она, явно сгорая от любопытства, расспрашивала меня о каких-то моментах наших отношений с Ильгаром. Я рассказывала, немного волнуясь, но вскоре почувствовав, как искренне она мне рада, и успокоилась.
– Да, тебя такую красивую, Злата, к моему сыну выпускать совсем нельзя, – рассмеялась она, когда я была полностью готова. – Про все на свете забудет, и про свадьбу тоже.
Я смущенно улыбнулась, а волчицы, посмеиваясь, дружно согласились с Амелией. Затем они все выскользнули из комнаты, оставив меня одну на несколько секунд. Я подошла к зеркалу, рассматривая в отражении невероятно счастливую себя с свадебном наряде, а после вдохнула поглубже, вышла в коридор и направилась к лестнице.
Внизу я сразу же увидела Ильгара. Одетый в расшитую самоцветами рубашку, с непривычно собранными в низкий хвост волосами, он тотчас обернулся, почувствовав мое присутствие, и вся реальность, едва наши взгляды встретились, вокруг исчезла. Для меня остался только он, а для него – только я. И я буквально утонула в сиянии его глаз, смотревших сейчас на меня с таким восхищением, с такой небывалой нежностью, с такой невероятной любовью, от которой я вспыхнула вся, с ног до головы.
Ильгар сделал резкий вдох, промчался по лестнице, оказавшись рядом через мгновение, и замер передо мной.
– Злата… сердце мое, – хрипло выдохнул он. – Ты, как из сказки… Прекрасная и… Великая Белая Волчица, моя. Настолько моя, что порой в это не верится.
Он осторожно коснулся моей щеки кончиками пальцев, словно боялся разрушить что-то хрупкое и волшебное.
– Я тоже тебя люблю, – прошептала в ответ, потому что другие слова просто не подбирались. Во мне сейчас звучали только они.
Ильгар потянулся ко мне, явно намереваясь поцеловать, но внизу раздалось столь громкое покашливание, что игнорировать его было невозможно. У Ильгара сделалось такое выражение лица, будто кто-то там бессмертный, и я тихонько хмыкнула, не удержавшись.
– Ты просил тебе помогать, вожак, – раздался веселый голос Лиария, – если ты вдруг совсем забудешься.
Ильгар шумно выдохнул, снова ласково посмотрел на меня.
– Нам пора, единственная моя, – все с той же хрипотцой, от которой у меня побежали мурашки, прошептал он.
И, не давая мне ничего ответить, Ильгар подхватил меня на руки под радостные возгласы гостей, собравшихся внизу, и понес в гостиную.
– Совсем не хочу выпускать тебя из рук, – прошептал он, не замечая никого вокруг, едва мы спустились. – А придется.
В его вздохе слышалась легкая досада, и я снова глупо и счастливо улыбнулась, позволяя ему помочь мне надеть зимний плащ, а потом наблюдая, как он одевается сам. Волки за это время тоже собирались, и выбрались на улицу раньше нас.
Снаружи красивыми хлопьями падал снег. И, едва Ильгар снова подхватил меня на руки, я улыбнулась и взмахнула рукой. Воздух дрогнул, и невидимая защита легко и плавно окутала пространство, где находились мы с Ильгаром, отсекая ветер и холод. Даже удивительно, как многое я теперь могу, когда все же прошла ритуал увеличения силы и изменила ее. Последнее позволило не просто защитить моего волка и его стаю, но и окончательно принять новую себя.
Мой взгляд быстро скользнул по знакомым заснеженным крышам домов и улицам, по темным спящим деревьям и вернулся к Ильгару. И больше я не смогла его отвести. Я утонула в глубокой синеве его глаз, оказалась вновь зачарована им и не видела ничего вокруг, пока мы не вошли в тепло.
Дом, где собралась вся стая, встретил нас украшенными лентами стенами и столбами, мягко рассыпающими свет магическими огнями под потолком, пламенем в каминах и большой кадкой с яблоней, стоящей возле самого большого камина.
Меня оглушил радостный гул приветствий, крики, смех. От смущения я прижалась лбом к плечу Ильгара, чувствуя под щекой его надежность и силу. Ильгар ласково поцеловал меня куда-то в волосы и помог снять плащ. Его сильные и обычно уверенные пальцы слегка подрагивали от волнения, которое он если и пытался скрыть, то никак не мог.
Едва мы разделись, из шумной толпы появился высокий мужчина с седыми, как первый иней, волосами, в длинной белоснежной хламиде. Он переместился к тому самому камину, возле которого стояла яблоня, и приглашающе кивнул нам. Ильгар вновь легко подхватил меня на руки и направился к нему.
– Мы готовы, – произнес он, бережно опуская меня на шкуру у камина, но тут же, не дав опомниться, поймал мою ладонь.
Его горячие пальцы погладили мои, рождая всплеск огненных искр, и наши взгляды снова встретились. И меня пронзило, будто молнией, от темного взгляда Ильгара, в котором было сейчас столько безграничной любви и мужского, ничем не прикрытого желания. Я часто задышала, крепко сжала его ладонь и позволила себе просто быть… его и не скрывать этого. Все, к чему я так непросто шла, сейчас обрело свой смысл. Все мои испытания, каждый шаг по зачарованной тропе сквозь метель… Все это вело меня к нему. Только к нему. К моему Ильгару. К моему снежному волку.
– М-да… не ожидала, что все настолько… интересно, – вдруг раздался насмешливый, мелодичный женский голос.
Мы вздрогнули и разом обернулись, уставившись на Великую Белую Волчицу.
Ильгар моментально напрягся, сделал полшага вперед, готовый в любой миг заслонить меня собой, стать щитом между мной и любым, даже божественным, вмешательством.
Мои же щеки вспыхнули от смущения. О, боги… Мы так потерялись друг в друге, так забылись, что попросту не заметили, как в зале воцарилась благоговейная тишина и явилась сама богиня.
Великая Белая Волчица стояла под яблоней, с которой, словно снег, сыпались нежные бело-розовые лепестки, и смотрела на нас с явным весельем, поглаживая ствол дерева.
– Смотрю, твоя магия, действительно, не просто возросла, но и от силы твоих чувств к Ильгару способна теперь на настоящее чудо, Злата, – улыбнулась она, легко поймав лепесток цветка. – Как иначе назвать цветущее дерево посреди зимы?
Она поймала мой растерянный взгляд, и в ее глазах сверкнули искры одобрения. Их заметил и Ильгар, и я почувствовала, как его плечи слегка расслабились.
Он шагнул чуть вперед, склонил голову.
– Добро пожаловать в стаю снежных волков, Великая Белая Волчица!
Его голос прозвучал громко и четко, разносясь по залу. И будто по незримой команде вся стая, как один, склонилась в низком, почтительном поклоне, не произнося при этом ни звука. Они смотрели на нее с таким трепетом, что
