Я буду оберегать тебя, — он говорит тихо, но так проникновенно, что я едва дышу, сдерживая слёзы. — Ты и Мир — самое главное в моей жизни. Ну, и Света, — хмыкает неожиданно.
— Как они? — боюсь спрашивать.
— Уже замечательно. Знаешь, наш сын теперь может оборачиваться.
— Ему же ещё рано! — чуть ли не вскакиваю, но боль ставит меня на место, да и Макар выглядит недовольным, поэтому я расслабляюсь, но говорю уже громче: — Ему же ещё рано! И, — вдруг доходит до меня, — сколько я здесь?
— Недолго, — словно чувствуя мои переживания, успокаивает Макар. — Всего-то третий день пошёл. Ты должна была ещё вчера очнуться, но врачи решили перестраховаться.
— И за это время Мир научился оборачиваться?
Я боюсь за сына. Да, для оборотня, в принципе, это рановато, первое знакомство со своим внутренним зверем, но для полукровки — немыслимо!
Макар видит мои слёзы, осторожно вытирает их, улыбается мягко — непривычно видеть мужчину таким. Он же суровый оборотень, он не должен быть таким, это неправильно! Но я успокаиваюсь, словно чувствую, что ничего плохого сейчас нет и точно больше не случится. Одно его прикосновение дарит больше тепла, чем все объятия от тех, кого когда-то звала родными и близкими.
— Мы успели, — говорит он. — И тебя довезти до больницы и Мира до клана. Ему помогли в первый раз, и всё прошло замечательно, — я понимаю, что подробностей он мне не расскажет, но думаю, что смогу потом спросить у сына, вот он-то не сможет удержать эмоции в себе. — Маленький смелый волчонок, достойный наследник.
— Наследник?
— Он мой сын. Когда начался оборот, я отвёз его в свой клан, ему помогали все члены нашего клана, в том числе и мои родители. Он и сейчас с ними.
— О нет, — хочется застонать или засмеяться, но боюсь, этим сделаю себе лишь хуже. — Мир всегда мечтал о бабушке и дедушке. Что же мне делать?
— О чём ты? — лёгкий поцелуй в запястье сбивает с мысли.
А ведь Макар уже не в первый раз так делает, но я, погружённая в свои мысли, этого словно не замечаю, принимаю как должное.
— Когда я отсюда выпишусь, он же не захочет домой возвращаться и…
— Ваш дом там, где я.
— Макар…
— Не спорь со мной, — он не злится, улыбается чему-то. — Если захочешь, мы будем жить в городе. А если нет, то в клане нам уже и дом готовят. Мама считает, что мы должны жить там, ближе к природе и…
— А как же Лина?
Он молчит, и мне становится не по себе. Я ещё не успела очнуться полностью, мне кажется, что даже наш разговор — это какой-то сон. И страх медленно поднимается по коже, я пытаюсь вырвать у Макара свою руку, но он не даёт, качает головой, вздыхает.
— Лины больше нет. И… вашей мамы тоже.
Я должна что-то испытать — горе, сожаление, вину. Но ничего нет. Словно он говорит о людях, которых я не знала.
— Это я?
— Нет. Я. Не думай об этом.
— Но ты… ты ведь должен будешь отвечать за преступление? — замираю от ужаса.
Я не думала раньше об этом мужчине как о своём, но теперь даже не могу представить, что он исчезнет из нашей жизни.
Вот так, резко, неотвратимо меняется моё мировоззрение.
Сумасшествие.
— Я был в своём праве. Защищал свою пару и сына, так что никто ничего мне не скажет. Даже обвинения предъявлять не будут.
— Но…
— Тебе не о чем беспокоиться.
И я верю. Может, не стоит, но решаю довериться. Да, я его пара, и Макар хочет показать себя с лучшей стороны, но всё же я видела столько примеров практически идеальной жизни оборотней, встретивших своих истинных, что я верю в его искренность. Просто верю ему.
— Расскажи о Мире. Как он там? — перехожу на нейтральную тему.
И слушаю. Просто слушаю, наслаждаюсь звуком его голоса. Мне это нужно. Сейчас.
Всегда.
Эпилог
Сегодня Макар приезжает к родителям, и мне нужно решить, готова ли я двигаться дальше.
Мирон играет с волчатами, кажется, я вообще не вижу своего сына, он постоянно с новыми друзьями. А если не с ними, то с бабушкой и дедушкой. Он быстро втянулся в новую жизнь, в новые реалии, стал настоящим оборотнем. Я боялась, что ему будут напоминать, что он полукровка, расскажут, что его мама обманула папу, но нет, об этом словно никто и не знал. Впрочем, может, Макар и не стал никому рассказывать о том, как мы встретились.
Не может, точно не стал.
Для всех я стала той парой, что он встретил давным-давно, даже его родители приняли меня тепло, даже слишком тепло, уж я-то точно рассчитывала на холодный приём, ведь их сын столько лет был женат на моей сестре. А теперь не представляю своей жизни без этих оборотней. Они сами постоянно напоминают мне, что я — та, ради кого Макар живёт на этом свете. А Лина… Лина обманом заняла чужое место, водила всех за нос, за что и поплатилась.
Я соглашаюсь.
Мне не хочется расстраивать их, но уже заканчивается лето, скоро нам с Миром придётся возвращаться в город, начинается школа, моя работа и новая страничка в жизни сыночка. А я всё никак не могу определиться.
Макар идеальный.
Я каждый день узнаю его, понимаю, что этот оборотень пусть и сложный, но потрясающе честный, открытый, смелый… самый лучший. И я его недостойна.
Как вообще Луна могла свести нас в пару?
Я боюсь расстроить его, поэтому не иду навстречу, не делаю наши отношения ближе, не поддаюсь на его очарование. Стискиваю зубы и ноги, когда он рядом, делаю вид, что мне всё равно. Стойко переношу насмешки Светика, которая всё видит и понимает, но совершенно не поддерживает. Дочь считает, что я должна сдаться и упасть в объятия мужчины.
Но я не могу.
Чего-то боюсь, но сама не могу понять, чего именно. Словно до конца не верю, что у нас всё может быть хорошо.
— Ариш?
Вздрагиваю, поднимаю голову и не могу сдержать улыбку. Задумалась и не заметила, что Макар уже здесь. Он стоит, опирается плечом о столбик беседки, смотрит на меня внимательно, отслеживает малейшие изменения моего настроения. Я знаю, что он это может, да и не только это, на самом-то деле. Неделю назад я согласилась, и на моём плече появилась метка — довольно красивый след от укуса. Теперь по законам оборотней я — жена Макара, но он
