и должно оставаться, но проблема в том, что невозможно держать мальчика всю жизнь взаперти, или до того периода, пока он не вырастит и не наберётся достаточно сил. Устраивать «
встречу» в доме Леванта — не лучшая идея, сейчас это единственное место, считающееся достойным укрытием, чем меньше людей знают о нём, тем лучше. Следовательно, придётся Нэрая перемещать сюда, тем самым ставя его под удар. Я этого не желала, хотя умом и осознавала, что иного выхода у нас нет.
— Хорошо, — в итоге уверенно выдыхаю, приковывая к себе все взгляды. — Арсений прав, нам следует поговорить с мальчиком. Но нужно выбрать место встречи, и при возможности, максимально обезопасить территорию, наложить защиту. Никто не должен даже приблизительно предположить о местоположении ведьмака.
— Я всё подготовлю, — успокаивает Кира, соблюдая некую отчуждённость.
— Сколько тебе потребуется времени? — спрашивает Марек, допивая залпом виски, после со звоном отставляя пустой бокал на деревянный столик.
— День. Думаю, этого времени вполне хватит.
— Я помогу тебе, — отзывается беловолосая красотка.
— Нет, — жёстко отрезает Альфа, всем видом давая понять, что не подвергнет жизнь своей жены опасности.
— А это касается всех, Марек, — чётко даёт понять девушка, смотря исключительно на волка. — Марбес — общая угроза. Он управляет охотниками, насылая тех на всех неугодных, на оборотней в том числе. Если есть хотя бы малейшая возможность приструнить его, мы должны ею воспользоваться.
— Наш сын…
— Я скрою его. Спрячу там, где никто и не подумает искать. Попрошу помощи у Евы. Она не откажет.
«У них есть сын?», — искренне удивилась, прислушиваясь к звукам в доме, но не слыша никаких детских возгласов или дополнительных шагов.
— Для твоего спокойствия, ещё Януша попрошу приглядеть.
Марек молчит, хотя всем видом высказывает явное недовольство, после чего нервно дёргает губой.
— Ведьма, — только зло рыкнул мужчина, наливая себе ещё один стакан виски.
Лилит уже ничего не отвечает на высказывание своего мужа, хотя по ней видно, что данное решение даётся тяжело.
— А ты отдохни, — обращается уже ко мне Кира. — Пока тебе лучше поберечь свои силы, да ты и пробудилась только. Можешь помедитировать, знаешь как.
Не скажу, что обрадовалась, оставшись в стороне, мне практически открыто заявляли, что в данный момент от меня никакой пользы, но с другой стороны девушка была права. В этом мире я — новичок, скорее буду путаться под ногами и отвлекать, чем смогу оказать помощь. А так, у меня будет время лучше прислушаться к себе, может удастся и какую-нибудь информацию поизучать.
— Я отведу, — припечатал Арсений, уже разворачивая меня в сторону выхода.
— Нет, — жёстко отрезала Кира. — Останешься со мной. Поможешь.
И вновь. Меня затопила агрессия, принадлежащая Белорецкому. Ему крайне не нравились командные замашки Хранительницы, и казалось, он вот-вот её пошлёт далеко и надолго. Всё к этому и вело, но вдруг за оборотня заступился Марек, что немного неожиданно.
— Пусть проводит свою пару до комнаты, Кира. За пару минут небеса не рухнут, — с некой равнодушностью резюмировал мужчина, делая глоток виски.
— Ладно, — буркнула недовольно блондинка, складывая руки под грудью, искоса поглядывая на Лилит.
Арсений стремительно вывел меня из гостиной, быстро ведя к лестнице, а затем и на второй этаж так, словно боялся, что за нами Кира устроит погоню. Но мы добрались до выделенной комнаты спокойно, а стоило остаться один на один с волком в обособленном пространстве, и почувствовала себя скованно. При этом Белорецкий, отпустив меня, направился сначала в ванную комнату, позже вернулся в спальню, чуть ли не каждый угол изучая, чем насторожил.
— Что ты делаешь? — не выдержав, полюбопытствовала, медленно делая пару шагов вперёд.
— Убеждаюсь, что тебе здесь ничего не угрожает, — ровно поясняет, наконец-то подходя ко мне.
— А, что мне может здесь угрожать? — непонимающе спрашиваю, приглядываясь ко всей обстановке более внимательно.
«Мало ли. Может Белорецкий видит то, что не дано отметить мне, моим ещё человеческим взглядом».
— Всё, что угодно.
— Меня потолком пришибёт или вон того шкафа хватит? — скептически хмыкаю, указывая кивком головы на нужный предмет мебели.
— Катерина, — твёрдо произносит оборотень, одновременно кладя ладони на мои щёки, вынуждая запрокинуть голову назад, смотря исключительно в карие, практически чёрные глаза. — Ты верховная ведьма из рода, который давно считали вымершим. Ещё в тебе течёт демонская кровь, ты провела обмен сил с мальчиком, чьи способности не только впечатляют для столь юного возраста, но и пугают. Одни охотники мертвы, но на их место придут другие. Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.
Контакт глаза в глаза, расстояние наших лиц меньше, чем в десяти сантиметрах друг от друга, и практически соприкосновение тел, более чем будоражило, прокатывая по позвоночнику обжигающую волну. Клянусь, чисто машинально положила ладони на мужскую грудь, обтянутую тонким джемпером, но хватило и этого, чтобы меня торкнуло. Учитывая, что моё отношение к Арсению кардинально изменилось, и я допустила мысль на наше совместное будущее, не удивительно, почему в данный момент моё тело так реагировало.
«Совсем не во время», — дала себе мысленный подзатыльник.
— Подожди, — попыталась отстраниться, прикрывая глаза, но заслужила обратный эффект.
Уверена, оборотень сам понимал, что сейчас не лучшее время для выяснения наших отношений, но мы оба находились на пределе, и стоило грубым губам коснуться моих губ, и я сама бросилась в объятия когда-то заклятого врага.
Этот поцелуй был на грани эмоций, чертовски безумный, искрящимся и порабощающим. Меня вели в древнем танце, а я покорно подчинялась. В нетерпении, волк переместил руки ниже, сжимая талию, скомкивая ткань тонкого платья, и меня так знатно тряхнуло от переполняющих чувств. Мы цеплялись друг за друга, как два путника, наконец-то нашедших живительный источник, и оба забыли, где находимся и по каким причинам.
Дико, резко, мужчина опустил руки ниже, сжимая до боли ягодицы, а после дёргая меня вверх, вынуждая обхватить ногами крепкий стан, и теперь наши лица находились на одном уровне. Низ платья задрался чуть выше бёдер, и грубая ладонь прошлась по оголённой коже ноги, на миг сжимая бедро, скользя на попу. И каждое касание, точно током, било по нервам.
Секунда.
Арсений опрокидывает меня на кровать, набрасываясь поцелуями на шею, а когда касается метки, выгибаюсь дугой, громко застонав. Мир перед глазами искрится, кислорода катастрофически не хватает, и я чудом не вскрикиваю, в последний момент закусив губу до крови, не в силах открыть глаза. А платье задирается выше до талии. Кажется, меня ласкают языки адского пламени, и в этот раз нет и грамма сопротивления. Наоборот. Мне мало.
Мало касаний. Мало поцелуев. Мало… Арсения.
Хочется больше, и я, кладя
