не за её магическое наследие.
Выступление закончилось, грянул очередной вальс. Я снова пригласил незнакомую брюнетку. И опять это была не та девушка. Они сменяли друг друга, их улыбки сияли, голоса скромно отзывались на приглашение, но все они были чужими. Даже моей незнакомки, в ухе которой сияла бы маленькая жемчужная сережка, нигде не было. Я нервничал, и смутное чувство тревоги завладело мной.
На огромных часах под потолком стрелки близились к двенадцати. Когда колокол начал бить ровно полночь, все гости стояли затаив дыхание и смотря на часы. Бом! — последний удар. Грянул марш Новолетия, под потолком взрывались хлопушки. Маски полетели прочь с лиц присутствующих. Я тоже снял личину, сжав от волнения кулаки. Где-то рядом замаячил слуга, неся огромный букет красных роз, — он ждал моего сигнала.
Я искал Кларису, продираясь сквозь толпу, но никак не мог уловить взгляд любимых глаз. Паника подступала к горлу. И вдруг я узнал леди ди Арран. Рыженькая магиня в синем платье обнималась с мужем. Уж она точно должна знать, где её подруга.
— Простите, миссис ди Арран, — отвлёк я пару от супружеских объятий.
— Мистер ди Бофорт! С Новолетием вас! — радостно прокричала Соллейн, так как грянул императорский вальс.
— Спасибо, вас тоже с праздником. Вы не могли бы мне сказать, где сейчас леди ди Сонг? — с надеждой обратился я к девушке.
Улыбка с её лица вдруг сползла. Соллейн открыла ридикюль и вынула оттуда маленький конверт.
— Думаю, вы всё узнаете из этого письма, Ваша Милость, — магиня протянула конверт. — Это от Кларисы.
Дрожащей рукой я взял письмо, от которого почуял запах жасмина.
— Благодарю, — кивнул я и поспешил выйти из зала, чтобы в тишине прочесть послание.
Не знаю как, но ноги сами принесли меня в зимний сад к фонтану. Сердце бешено колотилось в груди, предчувствуя недоброе.
Я разорвал конверт, на котором было написано моё имя. Небольшой листок и красивый ровный почерк — от волнения буквы слегка прыгали перед глазами.
«Уважаемый лорд ди Бофорт, простите ли вы меня, не знаю. Но хочу вам признаться, прошлой ночью я совершила непростительный шаг.
Я сожалею, что поставила вас в такую ситуацию, но у меня не было иного выхода. Бенедикт загнал меня в ловушку. Я не смогла бы отказать Его Величеству в присутствии всего двора, поэтому решила уехать домой. И к вам я пришла с целью лишиться той ценности, что так привлекает императора во мне, чтобы он прекратил меня преследовать.
Простите моё недостойное поведение. Леди так не поступают, но это был мой единственный шанс. Я написала императору письмо, которое ему передаст Аманда. В нём я призналась, что более не невинна, но вашего имени не упоминала. Простите, если вдруг навредила вашей репутации. Прошу, забудьте меня, словно и не знали никогда.
И последнее. Я возвращаю ваш залог.
Леди Клариса ди Сонг. Она же Ариса».
Я на одном дыхании прочёл письмо. Сердце, казалось, готово выскочить наружу. Не может быть! — стучала мысль в голове.
В конверте я нащупал что-то ещё. Это оказалась моя запонка, которую я отдал незнакомке на прошлом маскараде. Клариса — Ариса! Боги! Какой же я дурак! Глупец!
Она переспала со мной только потому, что не хотела выходить замуж за Бенедикта! Ей нужна была моя постель, а не я сам! Мир закружился, магия странно повела себя, беснуясь вокруг меня. Тугая спираль сжималась до предела. Я не мог остановить процесс, словно демон вселился в меня. Сердце разрывалось от боли от отчаянья.
Клариса использовала меня и уехала, даже не попрощавшись! Пружина боевой магии лопнула, выстрелив вверх. Раздался грохот, с потолка посыпалось стекло прямо на меня. Я закрыл голову руками, уклоняясь от острых осколков, что-то тяжёлое прилетело, сбив меня с ног. Сильный удар пришёлся на затылок и плечо. От неожиданности я не ощутил боли, только то, как горячая струйка крови потекла по шее. Успеют ли меня спасти, пронеслась последняя мысль, прежде чем я отключился.
Глава 40. Последствия
Глава 40. Последствия
Клариса ди Сонг
Северный экспресс мчался по бескрайним просторам Артаинской империи. Скоро граница Сноуленда. Утром я приеду в Роунберг, а оттуда на дилижансе отправлюсь домой. Фрозенберг уже стал для меня родным местом, именно там моя жизнь и судьба.
Я смотрела в окно, и еле виднеющиеся деревья мелькали в темноте. Который сейчас час? Новолетие уже вступило в свои права, Эдвард и император получили письма от меня. Сердце сжалось от боли. Почему я такая невезучая? Слёзы снова покатились по щекам. Хорошо, что в купе я одна и никто меня не видит. Только такие неудачники, как я, сейчас едут в одиночестве в поезде, вместо того чтобы встречать праздник с родными и близкими людьми.
Все мои мечты о счастливом будущем рухнули утром, когда я вернулась в реальность после сумасшедшей ночи с герцогом. Я поняла, что влюбилась бесповоротно в мужчину, которому нужна только как плодовитая фиори. Ведь Эдвард и слова не сказал о том, что любит меня. Участь старой девы мне теперь обеспечена, я никогда не выйду замуж. Моё сердце осталось в столице, рядом с мужчиной всей моей жизни.
Хорошо, что мои верные подруги всегда рядом. Они поддержали моё решение уехать и помогли купить билет на экспресс. Правда, я не смогла им признаться в том, что натворила, но обещала рассказать обо всём позже, когда немного приду в себя. Солли и Аманда не стали настаивать, зная, что если я не готова, то ничего не услышат от меня.
Поезд прибыл в Роунберг вовремя. Я, поёжившись, вышла из вагона. Солнце поднималось из-за гор, освещая яркими лучами платформу. Мороз крепчал под утро, и я сильнее закуталась в шаль. Тут же подбежал носильщик без шапки, юркий парнишка — ирбис-полукровка. Хорошо ему, у него кровь горячая, греет его.
— Леди, куда отнести ваши саквояжи? — указал он рукой на багаж у моих ног.
— Мне нужно успеть на дилижанс до Фрозенберга, — еле улыбнулась я парню.
— Как раз через четверть часа отправляется первый рейс во Фрозенберг. Дилижанс уже стоит возле вокзала, — протараторил он, подхватывая мои вещи.
— Замечательно, — вздохнула я. Хоть в чём-то мне сегодня повезло.
Прошёл месяц с тех пор, как я вернулась во Фрозенберг. Солли и Кейдан приехали через пару дней после праздника. Не смогла подруга оставить меня одну, за что я была ей благодарна, — мне очень нужна её поддержка. Аманда тоже рвалась домой, но ей предстояло выступать в суде, поэтому она и Харви остались
