недопониманием, почему это наследному принцу не удаётся надеть перстень на безымянный палец девушке человеческой расы.
Первородная ипостась ненаследного оказавшись на Оргальдаре, поводила носом, выискивая среди витавших в воздухе ароматов запах ведьмочки. Сверкнула огнём глаз и рыкнула недовольно, уловив запах разнотравья с нотками фиалки, присущий только одной единственной девчушки на Тарнасе. Отдав команду Дирху и ещё тринадцати демонам, облачённым в свою боевою ипостась. Отправившиеся с ним первородные демоны пришли убивать и жечь по одному лишь призыву их высшего собрата.
Выйдя из портала никем не замеченным, декан демонов беглым взглядом оценил обстановку вокруг, подметил два ряда стоящих стражей, готовых к боевым действиям. Демоническая ипостась Саверлаха, услышав голос ведьмочки, завибрировала от умиления.
— Белегохтар, а ты попробуй на другой палец перстенёк надеть.
Ненаследный с прищуром наблюдал за своей рыжеволосой любимицей. Взгляд светло-зелёных глаз ласково прошёлся по плавным изгибам тела девушки. Сшитое в эльфинском стиле белое платье идеально подчёркивало ладную фигуру. Волосы цвета дневного светила были красиво уложены и обрамлены живыми цветами.
— Да… Белегохтар, послушай совета Сари.
Таурохтар дёрнулся, услышав голос главнокомандующего государства Дарман, истерично закричал: — Сын!.. Долго ты там будешь возиться⁈ — король выхватил из ножен клинок и направил его остриё на Саверлаха.
Демон злорадно ухмыльнулся, хладнокровно стал наблюдать за эльфом, не выпуская из внимания стражей.
Тем временем, увидев декана, Сари засияла от счастья. Попытки принца надеть ей на палец перстень изрядно надоели.
— Егорка, не мучайся.
— Сари, ты, наверно, не понимаешь, что происходит. Но это не простой, а обручальный перстень… отец приказал мне… я не могу ослушаться его воли.
Ведьмочка захлопала чёрными ресницами, пытаясь понять, о чём ей говорит принц. Но голова была на удивление лёгкой. Грудь жгло от любви ко всем. Хотелось творить что-то необыкновенное, делиться счастьем. Вновь покрутившись, Сари огорчилась стекающим по щекам эльфинки слезинкам. Посмотрела хмуро на Белегохтара, который с болью в глазах глядел на девушку.
Встав на цыпочки, девчушка подтянулась к уху эльфа, шепнув:
— Мне на этот палец декан Саверлах ещё два года назад красивое колечко с красным камнем надел. Только его не видно. А твой перстенёк прекрасно будет смотреться вот на этой руке.
Сари крутанулась на месте. Подхватила пальчики девушки, затем ловко схватила руку принца и, счастливо улыбаясь, помогла ему надеть на тонкие пальчики эльфийки обручальное кольцо, которое он держал в своей руке.
Стоявшие вокруг них министры не успели и рта раскрыть, как пронырливо ведьмочка это сделала.
По девственному лесу разнёсся мелодичный перезвон, оповещающий эльфинскую расу о создании новой любящей супружеской пары.
Ведьмочка с довольным лицом повертелась на месте, задрав голову, полюбовалась на ошарашенное лицо Белегохтара.
— Егорка, правда, я хорошо придумала.
— Маленькая ведьмочка, ты в очередной раз вернула меня к жизни. Я оставляю за собой долг чести, — наклонившись, шепнул ей с благодарностью в глазах наследный принц Архальдавского государства. Затем выпрямился, заключил любимую в объятия и наслаждением припал к её губам.
Услышав счастливый шелест листвы первородного леса, Таурохтар победоносным взглядом посмотрел на демона, с ухмылкой произнёс:
— Можешь убираться из моих владений. Мой сын заключил брак с ведьмой. Она наша.
С усмешкой на лице демон переводил взгляд с целующейся пары на короля.
— Таурохтар, ты уверен, что малышка Сари вам по зубам?
В какой-то момент по выражению лица демона правитель эльфов понял, что что-то происходит. Резко повернувшись, он увидел сына, целующегося с Эсуитиэль, и на пальце эльфийки красовался их родовой перстень. Как такое могло произойти, Таурохтар не понимал. Заклинание подчинения, накинутое на сына, должно было парализовать его волю. Одно единственное объяснение — это вмешательство. И, кажется, он догадывается, кто посодействовал ему. Улыбающаяся во весь рот девчушка была подтверждением его подозрениям. Но сдаваться король не собирался. Молниеносно метнувшись к ведьмочке, приставил клинок к её горлу. Сдавленным от злости голосом произнёс.
— Ты думаешь, я не понимаю, зачем ты за ней явился? Считаешь, только вы одни, умники, разыскали мага желаний и помалкиваете?
Взгляд светло-зелёных глаз демона стал жёстким и холодным. Первородная ипостась рвалась наружу, но Саверлах сдерживал её, боясь напугать ведьмочку.
— Не понимаю, о чём ты говоришь. Мага желания мы так и не наш… ненаследный замолчал, поняв, о ком говорит король. В это сложно было поверить, но цепочка поиска слаженно выстроилась в голове. Осталось уточнить некоторые обстоятельства. — Отпусти Сари, и тогда ваш девственный лес останется целым. Я прибыл на Оргальдар не один. Мои воины ждут от меня лишь сигнала.
На просьбу демона Таурохтар лишь сильней прижал к горлу девушки клинок, истерично заверещав:
— Мне плевать на твои угрозы. Ведьма достанется нам или никому. Лаирасулом, подойди немедленно ко мне!
Рука короля, в которой он сжимал клинок, дёрнулась, остриё поранило кожу девчушки. Маленькая струйка крови окропила сверкающую сталь.
От вида крови драгоценной малышки первородная ипостась взревела и полезла наружу. Тело Саверлаха мгновенно покрыла чёрного цвета броня, пальцы рук заканчивались десятью острыми клинками, настроенными к сражению. Расправленные за его спиной крылья тоже замерли в ожидании полёта.
Но их порыв перебила появившаяся из ниоткуда белоснежная тагрица, ни в первый раз видимая демоном.
Зверушка зло рыкнула на эльфа, сделавшего шаги к королю. От вида крови у своей хозяйки оскалилась, показав свои белые клыки, нервно забила по земле двумя хвостами с металлическими наконечниками.
Пока все замерли и с изумлением смотрели на тагрицу, ненаследный исчез и появился за спиной правителя Архальдавского государства. Ударив по его темечку рукояткой клинка, отбил от шеи девчушки руку с клинком, ловко высвободил из захвата ведьмочку.
Слизнув языком ручеёк из крови, демон стал неловко ощупывать пальцами с длинными когтями тело девчушки и осматривать её на наличие ран. Очнулся лишь тогда, когда сообразил, что он находится в первородной ипостаси и Сари подозрительно тихо молчит. Сначала боялся поднять на неё глаза, но всё-таки решился и замер едва дыша. Его непослушная девчушка смотрела на него во все глаза, в которых не было страха, а лучилось лишь восхищение.
— Тебе не страшно? — поинтересовался он у неё.
— Нет… вы такой красивый, — Сари дрожащей рукой прошлась по чёрным пластинам брони на груди, коснулась пальчиками лица. — Они горячие и гладкие.
— Наша малышка, — пророкотала первородная ипостась и подхватила на руки ведьмочку.
Но та не особо была расположена сидеть на руках, завертелась и высвободилась. Встав рядом с демоном, увидев тагрицу, с радостью в голосе воскликнула:
— Айна!
