Видящие. Скрывающиеся в тени - Лина Таб

Но муж возвращается ко мне и я вновь чувствую тяжесть его тела на себе, а его губы ласкают мою шею, пальцы же опускаются между нашими телами и ласкают клитор. А затем, толчок. Он соединяет нас легко, без усилий и я выгибаюсь ему навстречу, ощущая желанную наполненность.

Мысли быстро смываются под волной острых ощущений. Лишь сильнее. Глубже. Еще. Навстречу. И губы. Они как якорь, за который я цепляюсь, потопляемая под уверенным натиском накрывающего с головой освобождения.

Замираем.

Дышу рвано. В голове пусто, лишь слова мигают, словно маячки в темноте. Я люблю его. Сильно люблю. Но я не буду говорить ему этих слов. Не буду портить момент неловкостью, потому что он еще не ответит мне взаимностью. Но я знаю, что нужна ему так же сильно, как и он мне. И я верю, что однажды он тоже произнесет эти слова, но уже вслух.

37

Наутро, собираясь в столовую, я вновь рассматривала себя в зеркало. Та же форма, тот же человек, но что-то было иначе.

Я была иной. Иной блеск в глазах, иной взгляд, новый статус и иной мужчина, что подошел ко мне со спины и обняв, покрывал поцелуями мое плечо, прямо сквозь рубашку.

— Вечно бы так с тобой стояла, — шепчу, прислонившись спиной к мужу. Ему в отличии от меня, надо было ко второй паре и поэтому, одет он был в одни боксеры и это не слабо будоражило тело, что то и дело покрывалось мурашками под одеждой, вспоминая, что было между нами вчера… и сегодня утром, после пробуждения.

Заметив, как взгляд мужа в зеркале скользнул от моих губ ниже, задержавшись на коленках, я неожиданно вспомнила, как еще на первом курсе мне рассказывали, что он не любит наши короткие юбки и постоянно за них гоняет. Я ни раз становилась свидетельницей того, как Мир мог отчитать кого-то и только изредка во всем этом участвовать могла юбка. И то, там было дело не в ней самой, а скорее в том, как эту юбку и голые ноги в своих целях использовали студентки.

— Нравятся мои ноги или моя юбка? — усмехаюсь, игриво ловя взгляд мужа через зеркало.

В глазах Мира появляется такой же игривый блеск, еще непривычный для меня, новый и я только начала к такому привыкать. Но мне нравилось.

— Нравятся твои ноги в этой юбке. И без нее. У тебя они очень красивые и их хочется целовать, — шепчет в область шеи и плеча, снова оставляя короткий влажный поцелуй, от которого эти самые ноги, о которых шла речь, уверенно подгибались.

Мне нравятся его слова. Нравится, как он жадно прижимает меня к себе. Игриво, но не пошло. Скорее сексуально, эротично. Наверное, в стиле самого Мира. Совсем не холодного, не отстраненного. Он очень живой. Особенно это стало заметно, когда мы переступили черту еще тогда, в квартире.

— Мне казалось, да и не только мне, что ты терпеть не можешь наши форменные юбки, — произношу с улыбкой, следя, как некоторый холодок поселяется в глазах мужа.

— Мне они безразличны сами по себе, — произносит уже более серьезно, не игриво и я тоже хмурюсь. Не хотелось портить ему настроение. Но Мир тут же оставляет несколько коротких поцелуев на моем затылке и его взгляд становится теплее. Вздыхает, — дело не в них, а в том, в каких целях их используют студентки.

— Пытаются соблазнить голыми ногами, — киваю понимающе.

— Именно.

Замолкаю и прикусываю губу, пытаясь решить для себя, стоит ли спрашивать. С одной стороны, как я поняла, ничего не было, а с другой…

Хмурюсь.

— Ответишь честно?

— А я когда-то этого не делал? — муж вопросительно косится на меня.

Качаю головой. Да, он всегда был честен со мной.

— Ты ведь не спал ни с кем из студенток академии?

— Если спал, что тогда? — спрашивает невозмутимо, от чего я вспыхиваю, но муж все еще обнимает меня, спокойно и невозмутимо, словно его слова не более чем провокация на глупый вопрос.

— Ничего, — тушуюсь, — я просто хотела знать.

— Зачем тебе это, Ксюш?

— Просто. Хочу. Знать, — чеканю, начиная немного раздражаться.

Само собой, это не ускользает и от мужа, взгляд которого становится более мрачным.

— Нет, я не спал со студентками, — выдыхает, будто беря себя в руки, становясь более спокойным.

Молчим. Его пальцы поглаживают мой живот.

— А с преподавательницами? — тут же вспомнив, как и они на него смотрели.

Муж тяжело выдыхает. Уверена, я его вывела из себя.

Но Мир смотрит на меня с понимающими смешинками в глазах. Ни тени раздражения, ни тени недовольства.

— Нет, с ними у меня так же только рабочие отношения. Я ни с кем из академии ни спал, ни флиртовал, не ходил на свидания, не целовался и не обнимал, — произносит преподавательским тоном, а я улыбаюсь.

Поглядываю на него и так мне хорошо.

Но все же, нам приходится разомкнуть объятия, когда на моем заряженном телефоне раздается сигнал сообщения.

Подхожу, читаю, ощущая некоторый укол вины.

— Что там? — хмурится муж.

— Дан спрашивает, можно ли к нам уже зайти и забрать меня на завтрак, — произношу, повернувшись к Миру, — я сказала, что можно.

— Ксюш, — муж подходит ко мне ближе, вновь обнимая, — мы с Давианом справимся. Пока идет притирка, будет некоторое недоверие, будет и напряжение. Это нормально в человеческой природе. Мы не приучены делиться, хоть и жили с этим пониманием много лет.

Киваю и следом, перевожу взгляд на дверь, где проворачивается ключ. Тело окутывает испариной. Слова словами, но мне все равно не по себе.

Дан заходит уже собранным, облаченным в форму академии. Красивый, ухоженный, иной.

Я даже дышать перестаю, чуть сжавшись.

— Ну что, маленькая, как вы тут? — Дан даже улыбается, целует в губы, но я ощущаю и его напряжение.

Первый муж обнимает меня за спину, поглядывая то на меня, то на Мира в одном белье.

— Хорошо, — отвечаю скромно.

— Как понимаю, сближение прошло отлично, — произносит вроде бы легко, но нет.

— Дан, — произношу просительно, — я не хочу разборок, я не готова к ним.

— Все хорошо, малышка, — муж улыбается мне ласково, — я рад, что у вас сдвинулось, хоть и испытывал желание пойти и помешать, — хмыкает и трет переносицу.

— Точно все хорошо? — спрашиваю недоверчиво, я не хочу, чтобы Дану было плохо, но и от Мира я бы уже не