еще играла в уголках его губ, но взгляд стал ледяным. Он отправил меня в очередной поворот, которым воспользовался, чтобы незаметно осмотреться, не слышал ли нас кто. Когда я снова повисла в его объятиях, он понизил голос.
– Кому ты об этом рассказала?
– Это единственное, что тебя волнует? – прошипела я. Его хватка вокруг моей руки усиливалась, пока мои пальцы не издали треск и боль не всколыхнула мою руку.
– Отвечай на вопрос! – потребовал он. Его воля проникла в мое сознание, и еще до того, как я смогла ему возразить, ответ вырвался из меня:
– Никому.
Когда Ноар ослабил хватку, у меня на глазах выступили слезы – от облегчения, от разочарования и от гнева. Но Ноара это не заботило.
– Хорошо. Пусть так оно и останется.
– Или что? – дерзко спросила я.
– Или тебе достанется, как лесным воинам.
Его хладнокровие было подобно удару в солнечное сплетение. Ноар отпустил меня, поклонился и вернулся к своим друзьям. На короткое мгновение показалось сварливое лицо Ромэ, но затем танцующие пары вокруг меня снова сомкнули свои ряды.
Нужно было убираться отсюда. Ни секунды больше я не могла терпеть лживых придворных в этом проклятом месте. Я изо всех сил поспешила от танцпола к фонтану, струи которого образовывали сверкающие арки в ночном воздухе. Там я оглядела золотые доспехи. Командир Аскан говорил, что он никогда не будет далеко, но я нигде не видела его среди всех праздношатающихся людей. Я спросила об этом у слуги, но тот тоже не смог мне помочь. Вместо этого меня нашел Ифар.
– Вот ты где. Ты в порядке? – он схватил меня за руки и наклонился, чтобы посмотреть мне в глаза. – Что сделал принц Ардиза?
– Ничего.
Брат подозрительно посмотрел на меня.
– Но это не выглядит, как «ничего».
– Он просто пытался соблазнить меня, а когда я не набросилась на него, он разозлился, – сказала я, потому что на скорую руку не придумала ничего лучше.
Ифар сердито фыркнул. Если бы Ноар был здесь в тот момент, мой брат, несомненно, поставил бы его на место.
– Похоже на этого ублюдка. Конечно, он не упустил бы возможности обесчестить мою сестру.
Может быть, мне следовало сказать ему, что вопрос про «обесчестить» уже давно не актуален? Лучше не надо, а то он, может быть, еще подумает о путешествии в человеческий мир, чтобы сделать бедного Леона Хендриксона на голову короче.
– Я бы хотела вернуться в свои покои, – попросила я, потирая ушибленную руку. Этот бал был сущим кошмаром. С самого начала. Но Ноар… Я даже не знала, чего от него ожидать. Может быть, честный разговор или хотя бы тайный знак, что он все еще прежний, а все остальное – шоу, но, конечно, не этот холод и уж тем более не угроза смерти. Только теперь я осознала, что, несмотря ни на что, все это время чувствовала, что Ноар будет на моей стороне. Разочарование, гнев на себя и моя глупость заставили меня хотеть залезть под одеяло с головой.
Немного поколебавшись, Ифар кивнул.
– Хорошо, но прежде я хочу показать тебе еще кое-что.
Ладно, если бы это помогло мне уйти отсюда, я была на все согласна.
Брат взял меня за руку и потащил сквозь толпу к лестнице, по которой я пришла. В ее тени покоилась колоннада, ведущая вглубь Золотой горы. Со временем стало холоднее, темнее и как-то жутко. Я замерла, но Ифар продолжал вести меня, пока коридор не вывел нас в холл – вернее, в мрачную пещеру. Нежный голубой свет мерцал в золоте необработанного сводчатого потолка. А внизу она уходила на несколько этажей в глубину. Здесь свободно поместилась бы Статуя Свободы вертикально.
– Не хочу, чтобы твой первый день при дворе остался в твоей памяти негативным опытом, – сказал Ифар, ведя меня к перилам галереи. Его голос эхом отражался от высокого купола, придавая всей обстановке призрачную атмосферу. Голубоватый свет исходил из глубины. Его источником был большой крест, простирающийся по всему полу. Только со второго взгляда я поняла, из чего он состоит. Это были души умерших, которые устремились к золотому кругу в центре, а затем разделялись в трех направлениях.
– Суд мертвых, – завороженно проговорила я.
Брат тихо рассмеялся и сказал мне обернуться. Я ничуть не удивилась, когда обнаружила на стене над собой огромный рельеф, охватывающий весь зал. Это было изображение Золотой горы и Суда мертвых, окруженного завихрениями хаоса и туманом, из которого выступали боевые жеребцы. Они переходили в подобие длинного причала над вздымающейся пустыней.
– Это песчаный мост, который проходит через Сухое море, а над ним видно Нижний паромный город.
Крылатые демоноподобные существа атаковали барки и здания на Вечной реке. Другие с плавниками и змеиными головами вышли из сухого моря и сражались с мрачными охранниками, все с темной линией на глазах. Песчаный мост, как называл его Ифар, заканчивался крутой лестницей, ведущей к жуткой горной цепи. Большие крылатые черные кошки летели сквозь бури и молнии, но пламя пылало в горах. Я видела кричащие лица и замученные души, охраняемые армией чернокожих солдат.
– Крепость теней, – пробормотала я.
Художники, запечатлевшие и изобразившие все страдания, были настоящими мастерами. С каждой открывшейся мне деталью росло мое благоговение перед древней историей Кассардима. И мое уважение к угрозе хаоса. И мое огорчение по отношению к Ноару, который называл это темное место своим домом.
Тем временем мы добрались до другого конца зала суда. Что здесь было изображено, мне стало понятно сразу. Это были Свободные земли. Парящие скалы, окутанные туманами. Маленькие фигурки собирали огни варраса, другие скакали и прыгали на летучих волках по глубоким оврагам.
Затем последовала Серебряная крепость на вершине могучей горы. Лучи света пронизывали высокие облачные горы, а над яркими башнями летали существа, похожие на летающих динозавров. Они отталкивали своими всадниками щупальца шевелящихся вихрей хаоса. Здесь тоже была лестница. Она вела к Блуждающему лесу, который, в свою очередь, замкнул круг на рисунке Золотой горы.
Но я не могла отвести глаз от той части рельефа, которая, должно быть, изображала мою родину. Серебряная крепость. Здесь были сады, ручьи, птицы и море душ, нашедших свой покой.
– Это прекрасно.
– Я знал, что тебе это понравится.
Ифар, улыбаясь, шагнул в мою сторону. Я почувствовала, как он смахнул локон с моего плеча. При этом его пальцы коснулись меня так сильно, что стало неприятно. Небрежно я сделала шаг вперед, чтобы отстраниться. Однако это только заставило Ифара шагнуть за мной и провести руками по моим рукам. Они
