между гостиной и кухней, она накинула капюшон на голову.
— Изначально я оставила твой огород нетронутым, чтобы ты сам научился ухаживать за ним, но я вижу, что мне придется вырастить его для вас, — сказала она, поправляя капюшон. — Я могу сделать это только в дождь. Единственное время, когда Фантому действительно нужна еда — это беременность. Ей нужно будет мясо, так как именно оно потребуется Мавке для роста.
— С Делорой всё будет хорошо?
Это было единственное, что по-настоящему волновало Магнара. Ведьма-Сова, на удивление, одарила его милой улыбкой.
— Да, с ней всё будет в порядке. И я рада видеть, как сильно ты о ней заботишься. Она явно уже много значит для тебя. И отрадно знать, что ты ей нравишься. — Затем её улыбка угасла, и она отвела глаза. — Но это должно было случиться позже. Прошло едва ли несколько недель с тех пор, как я сбросила её на тебя. Никто из вас не готов к этому, особенно она.
— Мы поможем, чем сможем, — предложил Орфей, его сферы стали темно-желтыми. — Мне любопытно посмотреть, что из этого выйдет.
Это было в новинку для всех них. То, что Магнар пробирался через это на ощупь, не должно было удивлять, но ему не нравилось, что ему не к кому по-настоящему обратиться за советом. До Ведьмы-Совы можно было докричаться только тогда, когда она сама того хотела.
Возможно, я смогу позвать её так же, как Орфей.
— Внутри неё таится тьма, — произнесла Ведьма-Сова зловещим тоном, её голос стал глубже обычного. — Она будет нестабильна. Её эмоции будут такими же неконтролируемыми, какими обычно бывают у Мавок. Ожидайте много слез и гнева, но также и смеха. Постарайся не судить её за это и не расстраиваться — это только ухудшит ситуацию.
Орфей и Магнар одновременно раздраженно фыркнули. Было очевидно: оба считали, что отлично умеют контролировать свои чувства.
— Как только пройдут первые пару дней, её состояние должно стабилизироваться. Ей будет нужно твое присутствие, Магнар.
— Я позабочусь о ней, — пообещал он, хотя в обещаниях не было нужды.
Теперь, когда он знал, что Делора находится в столь уязвимом и хрупком состоянии, он больше не отходил от неё ни на шаг. Его вожделение почти испарилось, вытесненное тревогой за неё.
— Хорошо. — Она одобрительно кивнула. — Отведи её в деревню Демонов и купи необходимые вещи. Они ей понадобятся.
— В деревню Демонов? — пробормотал Орфей с оттенком беспокойства. — Не будет ли это плохой идеей прямо сейчас?
Она насмешливо фыркнула:
— Она слаба только сейчас. Через несколько дней она будет сиять как ни в чем не бывало. Лучше отвести её туда, пока она чувствует себя лучше, чем когда её живот станет огромным и тяжелым. Она теперь Фантом. Она может идти с тобой в этой форме.
— Хмм, — промычал Магнар, поднеся когти к морде и постукивая по ней. — Я уже думал о том, чтобы отвести её туда, ведь так ей никто не сможет навредить.
— Именно. Но ты должен поспешить. Через две недели это станет слишком рискованно. Чем больше срок беременности, тем труднее ей будет удерживать призрачную форму долгое время.
— Я отведу её, когда ей станет лучше.
Ведьма-Сова кивнула и направилась к выходной двери, закончив разговор, хотя у Магнара всё ещё оставалось множество вопросов, на которые только она могла ответить. Она всегда была такой.
Когда она ушла, Магнар повернулся к Орфею с тяжестью в груди.
— И как мне, черт возьми, объяснить всё это Делоре?
— Понятия не имею, — ответил тот, подняв руку и пожимая плечами. — Я знаю об этом не больше твоего.
Ну и что мне теперь делать? — подумал он с ворчанием.
Глава 23
Делора чувствовала на лице брызги тяжелых дождевых капель; Магнар бережно нес её в своих длинных руках. В таком положении она лежала лицом к небу, не в силах укрыться от дождя, который казался ледяным на её разгоряченной коже.
Голова всё еще невыносимо кружилась, и каждый размашистый шаг Магнара заставлял её подпрыгивать в его руках. Это бередило желудок, в котором еще оставалось немного еды — ровно столько, сколько она смогла впихнуть в себя перед уходом из дома Орфея.
Поверх её тела громоздились горшок с рагу, сверток одежды, который Орфей отдал Магнару, и три пары обуви для неё.
Она прижимала вещи к себе, боясь что-нибудь уронить, но в теле не было сил. Даже дыхание давалось с трудом, время от времени вырываясь из груди болезненными, дрожащими хрипами.
— Что со мной, Магнар? — попыталась крикнуть Делора, но голос был совсем слабым. К тому же, был риск, что он не услышит её за стеной непрекращающегося ливня.
Дождь создавал вокруг них постоянный шум «ша-а-а», ударяясь о землю, а каждый шаг Магнара сопровождался хлюпаньем луж под копытами.
— Мы поговорим об этом, когда будем дома, — ответил он, не отрывая взгляда от тропы.
С тех пор как он вернулся после разговора с Ведьмой-Совой и Орфеем, Магнар отказывался смотреть на неё — ровно до того момента, когда подхватил её на руки, чтобы нести домой. И с тех пор больше не взглянул ни разу.
Он сообщил ей, что идти через Покров под дождем безопасно, так как вода смывает их запахи. Ливень также заглушал звуки, а туман был гуще, чем она когда-либо видела. Сейчас, если не подойти вплотную, они были практически невидимы.
— Пожалуйста, — пробормотала она, отплевываясь от воды. — Я хочу знать.
Усталость накатывала волнами. Она думала о том, что, когда они вернутся, она, вероятно, уснет сразу же, как только он её положит, невзирая на мокрую одежду.
Когда он не ответил, она подняла руку — настолько осторожно, насколько могла, чтобы ничего не уронить с груди, — и обхватила ладонью его морду, пытаясь повернуть к себе.
Он раздраженно фыркнул, как ей показалось, и тряхнул головой, заставляя её отпустить руку. Делора нахмурилась, стараясь скрыть обиду, и убрала ладонь.
— П-прости, что я плакала, — сказала Делора, и её голос дрогнул. — Пожалуйста, не сердись на меня.
Голова Магнара резко повернулась, и он посмотрел на неё сверху вниз.
— Я не сержусь на тебя, — быстро проговорил он.
— Но ты даже не смотришь на меня.
По крайней мере, не смотрел до этого момента. Её взгляд лихорадочно бегал по костяным чертам его черепа.
— Трудно видеть дорогу. Я боюсь споткнуться, когда ты у меня на руках, — ответил он, снова устремив взгляд вперед. — Я… я не привык так долго идти прямо, держа в руках что-то столь ценное. — его руки сжались вокруг неё чуть
