предупредить еѐ, и это не было похоже на то, будто он насильно прокусил еѐ шею.
С прошлой ночи еѐ возмущение по поводу укуса охладилось до...любопытства?
Может даже возбуждения? Каждый раз, когда она вспоминала его реакцию на свой вкус,
то испытывала запретные острые ощущения.
- Dulcea!- простонал он.
Сладкая.
Если он получил еѐ воспоминания, то ущерб уженанесен. Она
снова сказала
себе:Не плачь над пролитой кровью.
Или, может быть, просто была пьяна.
−Я прошу прощения, Беттина. Я плохо контролирую себя рядом с тобой.
Я, Беттина- Чудачка, заставляю многовекового вампира терять контроль.
Она вздохнула.
Очаровательно.
−Что касается банкета, то я могу есть,-сказал он.−И пить вино.
Он взял ее бокал и сделал большой глоток, перед тем как вернуть его обратно.
Жест собственника. То, как это воспринимается со стороны и есть действительность.
−Я сделаю так, если это позволит тебе чувствовать себя более комфортно.
Дакийский снова был самой прелестью, как и накануне, выглядя красиво и
благородно. На нее это не подействует. Не должно. Черт возьми, она начнет все сначала
с Касом. С этой минуты.
Она больше не позволит этому вампиру зародить в ней сомнения. Потому что
сегодня, когда она пыталась представить Каса прямо в ванной, она не видела ничего,
кроме темно-зеленых глаз, черных волос, и точеного тела вампира, вызывающего
вожделение.
Дакийский мог заставить еѐ усомниться в собственном сердце, если она позволит.
— Комфортно, вампир? Пытаешься сократить количество наших многочисленных
различий?
— Да.
Взволнованная, она взглянула на программу этой ночи. Следующий бой был
между двумя демонами огня. Еѐ не волновало, кто выиграет этот поединок. На самом
деле, раунды, которые еѐ действительно волновали, были Каса, вампира, Гурлаваи
таинственного Ликана.
Она не понимала, почему волк не мог сдерживать зверя внутри себя. Все Ликаны,
которых она раньше знала, были полны чувственного шарма,
горячие Шотландцы с
грешными усмешками и набором умныхинсинуаций.
Но это существо было наполнено болью и смятением. Раньше, когда он выиграл
поединок против демона ярости, то начал питаться его трупом.
Скрытые плащами
колдуны накачали ликана наркотиками и потащили прочь.
Его дрессировщики. Отвратительно.
И она ничего не могла с этим поделать. Бессильная королева. Более чем в одной
отрасли.
Когда она махнула рукой чтобы ей долили вина, Дакийский нахмурился: −Ты всегда так много пьешь?
−Нет, но если это тебя беспокоит, то я могу пить гораздо чаще.
Она поблагодарила прислугу.
−Я могу использовать это в свою пользу.
Касаясь губами ободка кубка, она сказала: −Ой, и как это?
−Скоро увидишь. А сейчас скажи мне, что за творение на тебе сегодня вечером? -
спросил он, подняв еѐ руку, чтобы рассмотреть массивное кольцо на еѐ указательном
пальце.
Обычно она использовала каждую возможность, чтобы поговорить о своем
«смертельном люксе», до того как взгляд собеседника успевал потухнуть, но еѐ тон был
расстроенным, когда она нехотя объяснила:
— Стандартный способ доставки яда.
Она сделала резервуар с отодвигающимся кристаллом в нижней части.
У большинства чародеев было как минимум по одному такому кольцу. Еѐ вид
были талантливыми отравителями, которые не стеснялись использовать своѐ мастерство.
Она продемонстрировала, как его использовать Дакийскому, повернув ладонь вверх и
щелкнув крышкой показав, что отверстие полностью заполнено порошком. −Так ты хочешь бросить это кому-нибудь в напиток?
−Да или я могла бы выдуть яд кому-нибудь в глаза, как-будто посылаю воздушный
поцелуй.
Как раз по этой причине воздушные поцелуи были отвратительным оскорблением
для чародеев. −Безупречное мастерство.
В его голосе проступила гордость.
Но затем выражение его лица стало похотливым, как будто его гордость
стимулировала его желание. −Планируешь отравить кого-нибудь?
−Одна назойливая пиявка составляет этот короткий список
−У моей умной волшебницы колкий язычок сегодня вечером, - наклонившись
ближе, прохрипел он ей на ухо, −тогда как вчера вечером был такой изысканно сладкий.
Не позволю распалить себя. Вино!
Глоток.
— Вернись со мной шатер. −Зачем мне это делать?
−Какое-то время пребывание там приносило тебе наслаждение.
Наслаждение? Преуменьшение. Какое-то время она сходила с ума от вожделения.
Просто от воспоминания о том, как его сильная, влажная грудь, прижималась к еѐ груди,
еѐ соски затвердели под полоской топа.
По-видимому, он заметил это, потому что ему пришлось прочистить горло, прежде
чем сказать:
— И это все еще твоя очередь, Бетт.
Очередь? О чем он... ооо! Она покраснела, жалея, что не надела закрывающую
лицо полностью маску, вместо узкой, лишь прикрывающей глаза. Ее розовые щеки были
выставлены для всеобщего обозрения.
— Ты ставишь меня в неловкое положение.
−Я-вампир. Естественно я буду любить то, как кровь приливает к твоим щекам.-
Прежде чем она успела отодвинуться, он прикоснулся пальцами к еѐ затылку под маской.
−Это красиво. Ты красивая.
Он не мог лгать. Кстати говоря, о маске...
