Клетка для дикой птицы - Брук Фаст

И всё же не существовало вселенной, в которой я хотела бы, чтобы Ларч обращал на меня пристальное внимание. Лучшим решением было подчиниться приказу без жалоб.

Мои глаза встретились с глазами Вейла, и я увидела, как он стиснул челюсти. Я поняла, что он собирается протестовать, поэтому едва заметно покачала головой. Камера в мастерской сегодня работала, но даже помимо этого ему нужно было быть осторожнее рядом со мной, если мы надеялись не вызвать подозрений.

Вейл, должно быть, заметил движение, потому что закрыл глаза и тихо выдохнул.

— Ты слышала её, 224-я, — сказал он грубым голосом. — Шевелись.

Я поплелась за Аней по коридору, вверх по лестнице и в сторону столовой. Всё это время она не проронила ни слова.

Аня толкнула кухонные двери, пропуская меня вперёд.

В углу, сидя на табурете и не обращая на происходящее ни малейшего внимания, охранник с белой клочковатой бородой был поглощён чтением романа. Мы прошли мимо него и нескольких заключённых, драивших посуду, в заднюю часть кухни.

Я смотрела на каждого из них, стараясь запомнить как можно больше деталей на случай, если это поможет мне пережить то, что будет дальше.

Аня распахнула ещё одну дверь, которая вела в охлаждённое помещение, очень похожее на овощной погреб, примыкающий к месту встреч Коллектива в таверне «У Верна». Там стояли мешки с зерном и корзины с корнеплодами. Помимо сухих продуктов, там было несколько коробок-холодильников, в которых хранились деликатесы и скоропортящиеся продукты — я представила, что они предназначались для Ларча или кого-то из старших охранников.

Однако кое-чего здесь не хватало — камер.

Я напряглась.

У Ларча не могло быть веской причины притащить меня в комнату, где нет ни единого шанса на видеозапись.

— Что происходит? — спросила я Аню, ожидая указаний.

— Жди здесь, — ответила она, не потрудившись объяснить. Она развернулась и вышла, закрыв за собой дверь.

Час спустя, когда я была уверена, что все остальные заключённые закончили работу на кухне, дверь за моей спиной снова открылась, и я раздражённо выдохнула: — Ну наконец-то.

— Так рада меня видеть? Не ожидал от тебя такого, Торн.

Я оперлась руками о прилавок, чтобы не упасть. Нет, не может быть. Я обернулась и увидела…

Грея.

Я бросилась к нему, обхватила руками и крепко сжала. Я была потрясена тем, сколько эмоций вызвало у меня знакомое лицо.

Грей застыл, не двигаясь мгновение, а затем наконец обнял меня в ответ.

— Я думал, ты способна выражать по отношению ко мне только раздражение, — прошептал он; в его словах сквозило веселье.

Я тоже так думала. И хотя между нами осталось столько недосказанного… я была готова поговорить об этом, как только выберусь из Эндлока. Мы никогда не сможем вернуться к тому, кем были раньше, но, возможно, сможем перерасти ненависть друг к другу.

Я услышала голос через дверь, ведущую на кухню, замерла и отступила назад. — Грей, тебе нужно уходить, — прошептала я. — Охранница привела меня сюда выполнить поручение начальника. Она вернётся с секунды на секунду.

Он склонил голову набок. — Аня привела тебя сюда, чтобы встретиться со мной.

— Она — что?

— Она из Коллектива.

— Нет, — рассмеялась я. — Аня не из Коллектива. Несколько недель назад я видела, как она проломила голову заключённой своей дубинкой.

Грей не пытался скрыть гримасу. — Вот чего стоит работа под прикрытием здесь. Думаешь, она могла бы притворяться, что на их стороне, не участвуя в насилии?

Я нахмурилась.

— А кто, по-твоему, передал тебе записку, пока ты была в карцере? — спросил Грей.

Я покачала головой. — Я думала, раскрывать агентов Коллектива слишком опасно. Зачем ты мне рассказываешь?

— Кому-то же надо было привести тебя сюда, чтобы поговорить со мной, — сказал Грей; улыбка потянула уголок его рта в сторону. — И, кроме того, мама отзывает Аню обратно в город. Она отбыла свой срок в Эндлоке. Через пару дней её здесь не будет.

Я кивнула. Если Грей сказал, что это правда, значит, так и есть. У нас было много проблем за эти годы, но доверие никогда не ставилось под сомнение.

Он отстранился дальше, удерживая меня на расстоянии вытянутой руки, и его глаза потемнели, изучая моё лицо и сходящие синяки. Он поднял руку, словно хотел коснуться их, но затем уронил её обратно.

— Что с тобой случилось? — спросил он со сжатыми челюстями, словно ожидал, что я пройду через нашу миссию невредимой.

— В какой именно раз? — отшутилась я, а затем поспешила продолжить, когда он сузил глаза. — Это Эндлок, Грей. Я крутая охотница за головами, но здешние охранники и зэки безжалостны. Я сумела постоять за себя.

Он отвел взгляд на мгновение; на скуле дёрнулся желвак. — Мне жаль, что это случилось с тобой. Что ты вообще оказалась в такой ситуации и рискуешь жизнью каждый божий день.

— Это не твоя вина, Грей. Я сама выбрала это, когда арестовали Джеда — работа охотницей за головами привела нас сюда, а ты предупреждал меня об этом много лет назад.

— Сейчас это неважно, — прошептал он, поворачиваясь ко мне и положив ладони мне на плечи. Его глаза были полны эмоции, которой я не могла дать название. — Тебе нужно быть осторожной. Ты так близко.

— Я буду, — пообещала я; мысли лихорадочно неслись в голове. — Но как ты здесь оказался? Тебе нужно уходить, пока охрана тебя не увидела.

— Расслабься. — Он покачал головой. — Я пришёл, чтобы принести тебе это.

Грей отпустил меня, сунул руку в карман и показал несколько бутылочек из тёмного стекла.

— Настойка железокорня, — пояснил он, когда я подняла бровь. — Достаточно концентрированная, чтобы вырубить всю тюрьму. Как и просила.

Я прижала ладонь ко рту, чтобы сдержать глупую улыбку.

— И респираторы. — Он вытащил маленький мешочек на завязках из другого кармана. — Не хочешь объяснить, зачем тебе семь штук, Торн?

Я опустила взгляд в пол. — Они мои друзья, Грей. Я не могу их бросить.

Если мы будем приглядывать друг за другом, у нас может появиться шанс выжить.

Слова Грея, сказанные столько лет назад, ударили меня под дых. Он был прав с самого начала.

Он молчал так долго, что я подумала, он больше ничего не скажет, но, когда я подняла глаза и встретилась с его взглядом, он мягко улыбнулся мне. — Это место изменило тебя.

— Может быть, — прошептала я и по необъяснимой причине почувствовала, как к