Разум графа выжигало гнетущей болью предстоящей беды, грудь жгло от горького чувства утраты. — Нет… нет, — тяжело дыша, осипло, вырывалось из его груди.
— САРИ! — прокричал он и бросился вдогонку улетающей дочери. — Сари! — прохрипев, он протянул руку к последнему золотому всполоху.
Подскочив тяжело дыша, качаясь, стал осматриваться по сторонам. Откинув пряди мокрых волос нависших над лицом, не мог понять, где он находится. Сердце горело в ноющей тоске.
— Доченька, — шепнули его высохшие губы. — Сари…
Воспоминания произошедшего с ними события нахлынули лавиной. Аронд подхватил на руки сына, прошёлся губами по бледному личику, прислушался к поверхностному, едва уловимому дыханию. — Конар… Конар, сынок…
Осмотрев магические каналы сына, сдавленно простонав, ведьмак стал исправлять разрывы в потоках. Присутствие духа Дар Рахта Акронского и хранителя источника почувствовал сразу. Дышать стало легче, да израсходованный магический резерв быстро восполнялся.
— У всех праправнуки как праправнуки, а ты вечно во что-то вляпываешься, — недовольно пробухтел Рахт. — Спасай тебя потом.
— Не бурчи, без тебя тошно.
Восстановив магические каналы сына, Аронд влил в них целительную силу. Удостоверившись, что с Конаром всё в порядке, принялся за лечение жены.
Дыхание Вириди было едва уловимым, тело напоминало замёрзшую статую, недавно вытащенную из ледяного плена.
— Вириди, — шептал ведьмак, с лаской прошёлся по мертвецки бледному лицу и чёрным волосам любимой. Он не винил её за то, что, следуя порывам материнского сердца, рванула к дочери. Прошло практически одиннадцать лет с тех пор, когда они в последний раз видели их рыженькую лисунью. «Сари… их малышка стала просто красавица. Я едва удержался, чтобы не броситься к дочери. Поднять на руки нашу хохотушку. Прижать к сердцу и насладиться ощущением её тела и понимания, что она рядом. Доченька… сколько ж тебе выпало испытаний. И жизнь свою связала ни с кем-нибудь, а с самыми заклятыми врагами ведьм».
Стон жены на время отвлёк Аронда от нелёгких дум. Её магические каналы находились в плачевном состоянии и сейчас напоминали иссушенный ствол дерева и едва висящие на нём клочья коры. Почувствовав, как за его спиной расправил крылья золотой дракон, ведьмак стал осторожно вливать его целительную силу. Золотой поток бережно окутал эфирное тело Вириди, восстановил все разрывы, насытил магией и лишь затем ринулся соединять магические протоки.
Ведьмак едва стоял на ногах, на его лбу выступили капельки пота, губы побелели, затуманенным взором осмотрел жену. Удостоверившись, что исцеление идёт полным ходом, рухнул на кровать. Тяжело дыша, он смотрел на Рахта.
Бестелесная сущность Акронского исподлобья посматривала на праправнука.
— Не смотри так. Лучше ещё одного праправнука осмотри. У него магический дар открылся.
Дух Акронского стал внимательно осматривать спящего ребёнка. — Хм… силён, и это учесть, что ты его недавно подлатал. Так, что с вами произошло? Такое ощущение, что вы побывали на магическом сражении и потерпели фиаско.
— Если бы. Уснули вчера, и наши фантомы тел оказались в комнате, в которой спала Сари.
— Сари! — дух подлетел к Аронду, впился взглядом в его лицо. — Вы видели нашу рыжую малышку?
— Видели как тебя. Узнав, кто у неё супруг, Вириди бросилась к дочери и разорвала магическую связь, в которой мы были сцеплены ментально.
— Не тяни кота за хвост. Кто он?
— Демон.
В комнате на некоторое время повисла тишина.
— Да… — крякнул Рахт. — Выходит, она на Тарнасе. И если наша хохотушка жива, то проклятье с рогатых спало.
— Не знаю. Но брачную вязь на их руках, светящуюся золотом, успел рассмотреть.
— Получается, что их под своё покровительство взяла магия источника драконов.
— Раз подробности узнал, помоги разобраться в магическом даре Конара.
— Способность силой ума захватывать чужой разум и управлять фантомами… боюсь, что у нашего малыша магия разума. Редкий дар, и был он лишь у представителей драконьей крови. Ты, видно, любимчик у Богов. Твои дети один за другим получают редчайшие магические дары, исчезнувшие много веков назад.
— Любимчик или нет, но Сари я уберечь не смог. Сейчас нужно заблокировать магический дар Конара, подрастёт, вот тогда и начнём разбираться с его способностями.
— А ну быстро в кровать и не дёргайся. Хочешь выгореть. Я присмотрю за ним, пока ты не восстановишься, а сейчас спать.
Аронд хотел возразить, но царство сновидений утянуло его в свои грёзы…
На следующий день в большой столовой дома Ир Куранский собралась вся его большая семья. Детей отправили играть во двор, а взрослые расселись вокруг длинного круглого стола для обсуждения новости.
То, что малышка Сари жива и обзавелась брачной вязью, все узнали три года назад. Взрослые обнимались и плакали от счастья, дети от них не отставали. И лишь Нейтон седел и посматривал на всех сквозь пелену слёз, шепча:
— Я ведь вам говорил, что она жива, а вы не верили…
Сегодняшнее известие, что у Сари муж — демон, потрясла семью и гостей не меньше.
— Я отправляюсь на Тарнас немедленно! — забыв разговор с мужем, Вириди вскочила, окинула дорогих сердцу ей людей взволнованным, полным тревоги взглядом.
— Сразу можешь забыть об этом. У тебя на руках двое несовершеннолетних детей, — Аронд холодно посмотрел на жену, и та после утренней ссоры не осмелилась возразить.
Присев на стул, опустив взор на свои руки, Вириди стала перебирать пальцами от волнения, не замечая ничего вокруг. И её можно было понять. Она увидела свою кровиночку и, едва придя в себя на следующий день, бросилась к мужу с единственным вопросом:
— Ты узнал, когда идёт ближайший корабль на Тарнас?
— Нет… Не будем пороть горячку. Соберёмся всей семьёй, вот тогда и найдём самый верный вариант.
— Как ты можешь так спокойно об этом говорить⁈ Наша дочь там! У этого демона в руках! Её немедленно нужно забрать! Что ты за отец⁈ Если тебе всё равно, то я сама отправлюсь за ней!
Вириди не просто кричала, её глаза горели в гневе. Волосы, растрепавшиеся после суточного метания в кровати, выбились из причёски и торчали в разные стороны спутанными нечесаными клоками.
Она не замечала, как её слова больно ранят сердце ведьмака, так сильно исстрадавшееся по дочери. Эта была первая их семейная ссора. Но на то он и глава семьи, чтобы отвечать за каждого, кого взял под свою защиту, и каждого, кто появился в его семье. Обняв жену, тяжко вздохнув, Аронд прижал её к своей
