class="p1">— Твой отец уже всех на уши поднял.
— Зацепило?
— Его нет, а вот твою мать — да.
Я вздыхаю. Понятно, мама уже закатила отцу скандал, поэтому он теперь носом землю рыть будет, но найдёт кретина, который допустил ошибку.
— Понятно, — вдыхаю и отставляю бокал на стол.
— Понятно, что ничего не понятно? — Андрей осматривается. — Я не вижу счастливой невесты. Где ты её потерял?
— Она с матерью, — едва сдерживаю рык, эта женщина меня бесит до одури. — Готовится к брачной ночи.
— Да? — недоверие сквозит из Андрея как воздух из пробитого колеса. — И что там за приготовления такие, что она не стала развлекаться дальше?
— Полегче, — огрызаюсь для проформы. — Лина — моя жена.
— А как же? — он недоговаривает, но я и так понимаю его.
— Я нашёл её. Легко. Пацан ошибся.
— Думаешь? Мне кажется, в его шуточке было слишком много… правды.
— Дрюха, можешь заткнуться? — прошу и закрываю глаза.
В голове гудит, словно я не пару шотов осушил, а литра три в одно рыло. Или вино всё-таки оказалось не настолько хорошим, как о нём говорили?
Гости, музыка, чьи-то крики — всё сливается в одно серое полотно, падает на голову нереальностью. Уносит куда-то за пределы сознания. Такого со мной раньше не бывало, но я довольно быстро прихожу в себя, рассматривая удивлённое лицо друга.
— И что это такое? — он хмурится, внимательно разглядывая меня.
— Да после этой дряни мутит что-то, — отмахиваюсь от его заботы.
— И как ты будешь жену женщиной делать в таком состоянии? — насмешливый вопрос выдёргивает из прострации.
— Да уж как-нибудь. Опыт есть!
Поднимаюсь, попутно вспоминая, что Лина просила полчаса, чтобы подготовиться. Она впервые с момента нашего знакомства смущённо отводила глаза и краснела. Да и вообще сегодня выглядела мило и невинно, сменив яркий образ на натуральную красоту. Когда увидел её такой, то даже подумал, что влюбился бы сразу, встреться мы с ней такой. Настоящей. Не нарисованной. Искренней?
Нет, последнее точно не про Лину.
Я до конца не верил, что эта яркая, слишком откровенная, немного развязная девчонка может быть девственницей. Хотел её отшить. Может, разок трахнуть — и забыть. Но она не далась. А потом я почувствовал притяжение, начал думать о ней, сходить с ума от желания прикоснуться. Когда оборотень находит пару, он понимает это. Обычно сразу. Иногда достаточно одного взгляда, иногда — прикосновения. Я же понял, что Лина — моя истинная лишь на пятой встрече. Долго. Но тот мальчишка сказал, что мне придётся трудно. Мелкий шкет, полукровка, клянчил деньги, но по виду никто бы не сказал, что он бродяга. Слишком хорошо одет, слишком.
Возвращаюсь из воспоминаний в настоящее. Наверх поднимаюсь с трудом. Лина просила, чтобы никого из посторонних на нашем этаже не было, стеснялась, что кто-то из оборотней может услышать. Это было странно слышать от той, кто совершенно не стеснялся, когда её друзья рядом занимались сексом. Но я пошёл ей навстречу, даже в глубине души радуясь, что у девчонки есть хоть какие-то эмоции.
Я вижу родителей, их глубокую связь, наверное, хочу того же. А теперь точно знаю, что также не будет. Лина другая. Она влюблена в меня, но больше радуется тому, что станет женой оборотня. Получит власть и деньги.
Да какие у меня сейчас деньги! Не так уж и много, хотя по меркам Лины — целое состояние. Отец не отворачивается от меня, помогает, хотя я давно сказал ему, что не хочу становиться во главе клана. Поэтому на мне защита. И крохотное пока охранное агентство. Нужно работать, много работать, чтобы добиться большего, но рано или поздно я добьюсь.
И надеюсь, Лина не разочаруется, что её мечты будут сбываться не так быстро, как ей хочется.
Замираю перед дверью спальни, где должна состояться первая брачная ночь. И впервые за вечер чувствую нетерпение зверя. Волк рвётся туда, к ней, к своей паре. Тянет меня так сильно, что я не могу сопротивляться, оглушённый дрянью, которая, вроде как, должна была превратить меня в импотента. Но нет, я хочу войти, хочу открыть эту чёртову дверь и увидеть глаза своей жены.
Не только глаза.
Её.
Толкаю дверь и осознаю, что в комнате темно, тянусь к выключателю, потому что не вижу ничего, и в очередной раз проклинаю шутника, который, оказывается, лишил меня не только нюха, но и нормального зрения.
— Не включай! — бьёт по нервам испуганный шёпот, и я наконец-то вижу смутный силуэт у окна.
Лина не ждёт меня в постели, а стоит, будто собирается драться. И мне больно от этого. Я хочу обнять её, притянуть к себе, укрыть от всего мира.
Никогда раньше она не вызывала во мне таких ярких эмоций, была красивым приложением к будущему. Что изменилось? Волк, который должен был потерять с ней связь из-за человеческого стимулятора, неожиданно стал чувствовать её как часть себя. Такую открытую, боящуюся меня, искреннюю и красивую.
Ловлю себя на мысли, что хочу прижаться к ней, исследовать губами каждый сантиметр нежного тела. Доставлять удовольствие и открывать для неё взрослый мир. Для нас. Сейчас мне кажется, что не было никого раньше, только она и была, а мой зверь лишь поддакивает, толкает к ней, чтобы я стёр страх, показал нашей истинной паре, каким могу быть.
— Не бойся, я никогда не причиню тебе боли, — шепчу ей, сдерживаясь, боясь напугать ещё сильнее.
Как она могла прятаться за той уродливой маской так долго?
Глава 7
Арина
Наверное, я так не тряслась никогда в жизни.
Лина, дура, даже фото мужа не показала, молодец. Да и я не лучше! Могла бы попросить, но… застеснялась, потерялась в энтузиазме матери и сестры. И теперь мнусь в нерешительности перед дверью номера для новобрачных. Постучать? Ой, а не глупо ли это будет? Да и совсем не в духе Лины.
Вздыхаю и нажимаю на ручку. Дверь открывается передо мной, и я вхожу в спальню. Вспыхивает свет. Замираю, разглядывая всё, наверное, краснею, потому что не могу представить себе, что будет дальше. Точнее, слишком красочно это представляю.
Рука сама тянется к выключателю. Макару не следует видеть меня при свете. Да, мы с Линой слишком похожи, но всё-таки не стоит указывать на наши различия.
На миг темнота ослепляет, а потом я привыкаю. Вижу в полумраке очертания окна и иду к нему. На улице светло. Даже слишком. Уличные фонари освещают прогулочную дорожку, которая тянется вокруг всего здания и теряется в глубине парка. Оборотням не
