Это случилось несколько недель назад. Каждый раз требовалась всего капля зелья, поэтому мы были осторожны.
— И вы задумали убить Лорена.
— Мы уничтожили его, — без смущения сказал Бейо. — Оставили его тело у водопада, чтобы его нашли. Чтобы Кэш, Эверетт и остальные знали, что они не неуязвимы. Что есть кто-то сильнее их.
— Мы уже знаем, что вы напали на Бет, потому что она вас видела.
— Мы не хотели ей навредить, — произнес Бейо. — Она не сделала ничего плохого. Но у нас были планы, и мы не хотели, чтобы кто-нибудь о них знал.
— А ферма Стоунов? — спросил Коннор.
— Зейн рассказал нам, что они делают — вторгаются на нашу территорию. Пытаются забрать наш лес метр за метром. Он услышал, что они веселятся, и потерял контроль. Мы решили, что ему виднее, поэтому пошли с ним. И он слетел с катушек.
— Да неужели? — Тон Коннора был ровным, безэмоциональным.
— Сначала мы собирались их напугать. Потушить костер. Убедиться, что в следующий раз они оставят нашу землю в покое. Но в воздухе витал запах крови, и он просто слетел с катушек. Джон и Маркус тоже вышли из-под контроля.
— И ты потерял контроль, Бейо? — Коннор сделал шаг вперед. — Поэтому Карли разорвали в клочья? Потому что ты не мог себя контролировать?
— Это сделал Зейн.
Смех Коннора был жестким и безрадостным.
— Вы все чертовы трусы.
— Мы не трусы. Мы делаем то, что нужно сделать. — Бейо перевел взгляд, теперь уже разъяренный, на меня. — Мы узнали, что ты укусила Карли. Вернулись в лес и смогли распознать кровь на земле. Ты изменила ее и до сих пор не понесла за это наказания. Тут все то же, что и раньше — еще больше дерьма со стороны клана, который отказывается бороться. Поэтому мы пошли к ставням. Это не сработало, и на следующий вечер клан обошелся с тобой чертовски мягко. Я собирался вернуться в магазин, запугать ту женщину, чтобы дала нам еще зелья, подправив его, чтобы превращение проходило легче. А потом увидел тебя.
— И увидел возможность, — догадалась я. — Но не смог контролировать трансформацию, слишком быстро вышел из гибридной формы.
— Да.
— Трусы, — повторил Коннор. — Вы чуть не убили Карли, а Элиза спасла ее, и вы хотите, чтобы ее за это наказали? Какой, нахрен, в этом смысл, Бейо? А потом — помимо этого — из-за того, что вы трусы, вместо того, чтобы вызвать Элизу и сразиться с ней, вы попытались убить ее во сне. А когда увидели меня, то просто убежали. Со мной тоже не стали иметь дело.
— Мы единственные, кто может исправить клан, — сказал он, но без особой убежденности.
— Вы убийцы, — произнес Коннор с отвращением в голосе. — Вы вредите людям, потому что слишком слабы или трусливы, чтобы бросить вызов, призвать к проведению голосования или вызвать Апекса.
Он снова двинулся вперед, пока его голени не коснулись края кровати, после чего наклонился над Бейо.
— Лорен был злодеем и позорником. Я бы хотел, чтобы он попался мне в руки, объяснить ему — очень ясно — что значит быть Стаей. Теперь я не могу этого сделать. Стая не может этого сделать. Его нужно было заставить понять, что он натворил. Заставить загладить свою вину, выгнать из Стаи и передать людям. Из-за того, что вы строили из себя судью, присяжных и палача, он не получит заслуженных лет наказания. Знаешь, что я чувствую из-за этого, Бейо?
Бейо лишь отвел взгляд.
— Злость, — произнес Коннор. — Очень-очень сильную злость. — Он отошел, оставив пространство между собой и кроватью.
— Где Маркус, Джон и Зейн? — спросила я.
Тишина.
— Если ей придется спросить еще раз, — сказал Коннор, — мы оба об этом пожалеем. — В его словах была угроза — опасность — которую я раньше от Коннора не слышала. Безжалостность, говорящая о том, что он понимает, какие неприятные вещи иногда приходится совершать лидеру, чтобы защитить коллектив.
— Бейо, — спокойно произнесла я, — ты сегодня помог нам, потому что знал, то, что они делают — строят из себя народных мстителей — неправильно. Ты знаешь, что вредить Карли было неправильно. Не позволяй им навредить кому-то еще. Позволь нам найти их до того, как они навредят кому-то еще и зайдут слишком далеко, чтобы оправиться от этого. Скажи нам, где они.
Бейо сглотнул.
— У водопада есть пещера. Нужно идти по тропинке, которая проходит мимо ручья. Когда тропинка закончится, нужно некоторое время идти вдоль ручья, и там за валунами располагается пещера. У местной ячейки СЭ есть сайт, и на нем рассказывается о пещере — так мы ее и нашли. Они использовали ее для каких-то своих ритуалов. Мы сказали, что легализуем пещеру. Это будет не просто клуб, не просто культ. А что-то существенное. «Сыновья Энея», как встреча с нашей судьбой. — Он тяжело вздохнул, его грудь поднялась и опустилась, он был настолько худым, что я видела очертания его ребер сквозь рубашку. — Если они думают как люди, то пойдут туда. Залягут на дно, пока опасность не минует. А если их там нет, то я не знаю. Перекидываться обратно становится все труднее.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я.
— Каждый раз, когда мы перекидываемся, становится все труднее вспомнить, кто ты. Труднее не чувствовать себя просто волком. Только волком.
По моей спине пробежал холодок. Это чувство мне очень хорошо знакомо, и было слегка тревожно слышать, как оно так хорошо описано.
— Испорченная магия, — тихо произнес Коннор, и я кивнула. — На кого они нападут следующим? — спросил он.
— Я не знаю.
— Они снова поставят своей целью Элизу? — спросил Коннор. — Они уже дважды потерпели неудачу.
— Тебя и Элизу, — сказал Бейо, и глаза Коннора расширились. — Она под твоей ответственностью. Зейн сказал, что вас обоих нужно наказать.
Взгляд Коннора был смесью жалости и гнева.
— Кого еще?
— Не знаю, — ответил Бейо. — Того, кому клан не воздал по заслугам.
«Назначенного», — подумала я, — «кучкой самовлюбленных и магически извращенных двадцатилеток с комплексом спасителя».
Коннор с минуту молча смотрел на Бейо.
— Еще что-нибудь хочешь мне рассказать?
Бейо покачал головой.
— Сейчас я хочу спать. Я просто хочу спать.
* * *
Мы оставили его одного и вернулись в гостиную. Алексей сидел в столовой на стуле, который он повернул к двери, скрестив лодыжки на столе. Когда мы вошли, он оглянулся через плечо, потом опустил ноги и встал.
— Узнали что-нибудь?
— Объяснение и возможное местоположение. Магия испортила, извратила их, — сказал Коннор. — У них проблемы с возвращением в человеческую форму.
— Что теперь
