широко расставленных ногах, обозревая это чудо. Взглядом встретилась с Барти, что вцепился в фальшборт и казался таким же пораженным.
— Ах… ведь ты не плыл… так?
— Я ждал… на земле. Это Тильда предложила это гениально решение спрятаться здесь, она и… У вас безумная сестра, Исмея.
— Не могу поверить… — Ис осторожно прокралась к Барти, едва не падая на палубу от неустойчивости. Будто по канату идешь… Протянула руку, чтобы дотронуться до синей оболочки, но та была слишком далеко, и она едва не вывалилась.
— Осторожно, — подхватил ее руку Барти.
Синяя оболочка касалась потолка. И из дыры с веревкой высунулись любопытные лица стражников, защищающих вход в пещеру Синего Дракона.
И вот… их общий шар начал быстро погружаться. Будто кто-то потянул его на дно… Исмея ахнула и едва не полезла Барти не шею от страха. Но только лояльность к сердцу, душой которого она вдруг оказалась… сдержала ее. Он где-то там, под килем, держит этот купол…
И вот — они под водой! Ис даже задержала дыхание, но… увидела только тела сирен, крутящихся вокруг. И временно двуногих тоже… В красных рубашках… Они оплетали шар огромной сетью… и тянули вниз. В зияющую черным дыру…
Как же холодно! Проклятый плащ…
— Исмея… — отозвался Барти, снимая свой дознавательский черный камзол, расшитый серебром. — Плащ принца не греет. Наденьте мой камзол. Я отвернусь.
Ис с благодарностью приняла подношение. О, как теперь тепло!
— Барти… — коснулась она его локтя, — мы еще сможем быть друзьями?
Дознаватель обернулся. И что-то сверкнуло в его взгляде. Радость? Надежда?
— Вы… серьезно?
— Очень, — кивнула Ис.
— А я думал… что я вам смешон. И противен. Что вы меня еле терпите.
Ис горестно поджала губы.
— На деле… ведь это ты терпел меня. Я была ужасна.
— Вовсе нет. Я… любил Империю с самого начала. Идея объединить врагов… казалась чем-то единственно разумным на этом свете, с самого моего детства. И когда я попал во дворец, увидел вас… Если честно… я не знаю, когда Империей для меня стали вы. И как я был счастлив, что должность дознавателя вы захотели передать мне, будто бы… увидели мою любовь. Я не знаю, Исмея… к вам или к Империи… Но я и не хотел разделять эту любовь не две. Мне было… достаточно. Но это путешествие… Я потерял вас, не смог защитить, а потом шел через горы, думая только о вас, о вашем взгляде… И едва успел спасти от смерти, и вы плакали у меня на груди, и я видел в своих объятиях девушку, которую любил словно всю жизнь, и это было так близко, что…
Барти запнулся. Это вышло… неловко.
— Простите…
— Барти…, а может… все дело в том, что ты видел в этой девушке Империю?.. Идею единства, которую ты любишь всю жизнь, которая кажется… единственно разумной?..
— Может… быть. Я не знаю, Исмея… Но видеть…
Они нырнули в самую тьму. Свет пещеры померк. И рядом вились уже не только сирены, но и… наверное, это драконы. Светящиеся большие змеи, поглядывающие на них бородатыми рогатыми мордами с выражением… любопытства на них?
— Помашите, ваше величество, — усмехнулся вдруг Барти. — Как вы это умеете. Поприветствуем… этих вековых существ.
И они помахали. И рассмеялись, как беззаботные дети.
— Сейчас вы не похожи на Империю, — признался вдруг Барти.
— Наверное… — пробормотала Ис.
Змеи взмахнули… крыльями и устремились вперед быстрее… Они светились разными цветами: вот синяя дракониха с детенышем, а вон зеленый, а вон трое красных… и оранжевый где-то впереди…
Они мчатся все вместе через подводный тоннель… вершить захват и революцию… Как странно…
И она непохожа на Империю больше.
— Сейчас вы похожи на себя. И… наверное, такую вас я не знаю. И я… в замешательстве. Потому что этот принц… он вдруг пришел из ниоткуда и… так легко вырвал вас из моих рук. И он… знает. Где вы, а где Империя. Как смеет знать?!. Вот так просто, когда я… не сумел?
— Я тоже… не знаю, откуда. Думала, так не бывает. Я и сама не знала раньше, где я, а где Империя… Наверное, приходит момент такой роковой встречи, которая что-то расставляет на места… Знаешь… ведь я думала, что люблю Фаррела.
— Значит, это правда?.. — голос Барти упал.
Она никому не говорила. Только Миру. В тот день на обрыве. Случайно.
— Да… Но, похоже, я тоже любила идею. Его справедливости, его защиты, его надежности… Видимо, такое случается, Барти… А потом вдруг раз — и приходит кто-то, с кем ты понимаешь… кто ты такой и кто он такой. И жизнь вдруг становится живой. А ты и не догадывался.
— Я правда желаю вам счастья, Исмея… И если принц Раг-Астельмар — это оно, что ж… Только не ошибитесь, пожалуйста…
— Я… постараюсь.
Они помолчали. Впереди начинало светлеть. И будто время откровений подходило к концу.
Признания им обоим дались нелегко. Ис тяжело вздохнула. Широко улыбнулась, оборачиваясь к нему.
— Друзья?
Его лицо озарилось улыбкой в ответ.
— Друзья.
Шар покачнулся, и они случайно упали друг другу в объятия. Рассмеялись. Неловкость как рукой сняло…
— Мы приплыли, Барти… Сеять хаос — можешь себе представить такое? — прошептала Исмея.
И сквозь шар, сквозь воду их залил солнечный свет, от которого хотелось жмуриться. «Искатель Зари» полетел кверху, больше не удерживаемый сетью, что сползала по бокам ларипетрового купола.
— Смотрите — там корабль?..
И в один миг купол лопнул. А судно с гигантским всплеском шлепнулось на лазурные воды Зеркального моря. Барти и Ис кубарем покатились по палубе.
Глава 22. О рождении новой легенды, роковом поцелуе и празднике в нижнем Мирахане
Тринадцатое балатана. Порт в Нижнем городе Мирахана.
Барти успел схватить Ис за рукав, но камзол его слетел, а тонкий шелк от резкого рывка порвался, и императрица… полетела прямо навстречу пучине. Пока не врезалась во что-то. Влетела, как с крыши на ветку дерева слетали городские мальчишки, инстинктивно обхватила руками и ногами, как это делали они, слилась в одно целое со своим спасением…
Дерево было как крупная рыбина на ощупь. Глаза Ис расширились от ужаса: это была не кора, не рыба, а зеленая чешуя… такая зеленая, как колдовские глаза Мира.
Морской дракон! Змей взметнулся куда-то к
