– Не то чтобы держат… – проговорила Ринна. – К ней даже стражу приставлять не стали, потому что знают: никуда она от своей воспитанницы не денется.
– Госпожа Реалис все время проводит возле ее величества. К себе возвращается на сон и еду, да и то не всегда. Очень часто ее и ночью можно застать в покоях королевы, – добавила Иви.
– Вы бы ее видели! Она что привидение.
– Даниэла?
– Не Даниэла, – покачала головой Лиа. – Ее хирата. Сколько она уже заклинаний перепробовала, сколько обрядов провела, пытаясь пробудить свою воспитанницу, – ничего не помогает.
– Королева не желает просыпаться.
Лентяйка.
– Есть ли шанс попасть в покои чародейки незамеченной?
Велебор, конечно, сказал не предпринимать никаких действий, но после последних событий я не то чтобы испытывала к нему слепую симпатию и такое же слепое доверие, так что…
Так что буду лучше дружить с феями – им я доверяю безоговорочно. Еще бы как‑то отыскать Лео, и с такой командой мы и до Эдары доберемся, и вообще в трубочки свернем в Треалесе все горы.
Феи ответили не сразу. О чем‑то сосредоточенно думали, переглядывались, потом долго шептались.
Наконец Иви улыбнулась и сказала:
– Попытаться точно стоит.
– Сегодня ночью.
И снова оптимистичным хором:
– Мы вам поможем!
План полуночного вторжения в покои ведьмы обсудили сразу; так сказать, не отходя от кассы.
– Мы проведем вас к ней незамеченной. Если понадобится, отвлечем стражников, и дверь в ее комнату изнутри откроем, – увещевала Ринна.
– Главное, чтобы колдунья не осталась с ее величеством, – с тяжелым вздохом добавила Иви. – К королеве проникнуть точно не получится. Ее стерегут как редчайшее сокровище.
– Она всю прошлую ночь у ее величества провела. И до этого с ней была, – вставила Лиа. – Так что не должна. Чародейкам тоже нужен отдых.
Оставалось надеяться, что Эдара, сморенная усталостью, отправится к себе отсыпаться. Там‑то мы с ней и пообщаемся.
– Уверены, что не хотите открыться королю? – робко спросила Иви.
– Уверена, что если это сделаю, моя жизнь снова окажется в его руках. А мне здесь… не место.
– Но вы же созданы друг для друга! – запальчиво воскликнула Ринна.
– Вообще‑то Редфрит женатый мужчина, – напомнила ей с улыбкой. Судя по ощущениям, не самой веселой. По крайней мере, радостной от этого разговора я себя не чувствовала.
Последние недели я жила мыслью о доме, и сейчас, когда встреча с чародейкой была так близка, мне следовало выбросить из головы все лишнее. Но выставить из мыслей короля я почему‑то не могла. Стоило прикрыть глаза, как услужливая память подсовывала картины сегодняшнего утра: наша прогулка в тени деревьев, его едва уловимая улыбка. Тихий, с волнующей хрипотцой голос и… ее светлость маркиза.
С которой он снова занимался интимом!
Убила бы…
Я злилась на него, ревновала. Сама того не желая и не имея на то права. Это Фантальм должна переживать, что ее благоверный развлекается с вверенными ей леди. А я… А мне нужно думать о доме.
И все тут!
Надеюсь, с его величеством мы больше не увидимся. А если и будем пересекаться, то мельком, и он не станет обращать на меня внимания.
Но надеялась я зря. Ближе к вечеру узнала от Руты, что король изволит ужинать с гостями. Стол накрыли в Малой Малахитовой столовой, для северян и придворных, наиболее приближенных к трону.
Интересно, а приближенные к королевской постели там тоже будут?
Раз уж он ей фей моих дарит и снова ее тра… время ей посвящает, то маркиза вполне может присутствовать на сегодняшнем мероприятии. А значит, как обычно, будет блистать и дико меня раздражать.
Огрев себя за эти мысли воображаемым коромыслом, отправилась в ванную купаться, расслабляться и приводить себя в порядок. Сегодня утром я воротила нос от подарков Ярого и, по идее, должна была продолжать в том же духе, но являться в Малую Малахитовую столовую серой мышью почему‑то не хотелось. Не очень‑то приятно ощущать на себе насмешливые взгляды придворного серпентария. А значит, придется признать, что Велебор был прав и выбрать «его» наряд.
– Госпожа уже решила, что наденет на ужин с его величеством? – спросила Рута, добавляя в ванную несколько капель ароматических масел.
– Надену… – я на мгновение задумалась, – платье из жемчужного шелка. То самое, которое тебе больше всего понравилось.
Глаза у девушки засияли от восторга.
– Оно чудесное! И вы сегодня в нем тоже будете выглядеть чудесно!
То‑то же.
Воодушевленная моим решением, Рута умчалась за шедевральным нарядом, а я, не понимая, что вообще продолжаю вытворять, с головой нырнула в ароматную воду. Промывать мозги – не иначе.
Мне бы это сейчас не помешало.
Глава 13
Спустя час хлопотных сборов (хлопотали Рута и феи, а я в это время изображала куклу на шарнирах: встаньте, присядьте, повернитесь) в зеркале отражалась прехорошенькая светловолосая девушка в пышном платье, искусно расшитом жемчугом и кружевами. Не знаю кому как, а я себе безумно нравилась в этом наряде. И прическа – струящиеся кокетливой волной волосы, которые решила оставить распущенными, – мне очень шла.
Да, да, знаю: скромняга я.
– Ах, госпожа Вертано, я бы вами весь вечер любовалась! – восхитилась результатом своих стараний служанка.
– Называй меня просто Да… Элла, – улыбнулась ей мягко и обратилась к феям: – А вы что скажете?
– Из вас получилась бы такая чудесная королева! – растроганно шмыгнула носом одна из малышек, а остальные предупреждающе на нее шикнули.
Повисло молчание. Рута недоуменно нахмурилась, пытаясь понять, с какого такого перепугу чужестранка без титула могла бы претендовать на руку и сердце его женатого величества.
– И я ей стану. Королевой сердца его светлости, – нашлась я с ответом.
– Ах, ну да, – заметно расслабилась девушка. – Вы с князем такая красивая пара. А ну‑ка летите сюда, малышня, – велела феям. – Помогите расправить подол, чтобы лежал красиво.
По сравнению с другими людьми Рута к рабыням относилась довольно неплохо. Не повышала голос, а один раз даже улыбнулась Ринне и назвала ее по имени, отчего та чуть не прослезилась.
Ну, в общем, как обычно.
Вскоре за мной явился Велебор, чтобы проводить на званый ужин. Тоже принаряженный, свежевыбритый, весь такой обаятельно‑улыбчивый.
– Как прошел день? – поинтересовался, когда мы покинули гостевые покои и следом за лакеем двинулись в Малахитовую столовую.
– Неплохо. Мирно и спокойно, – немного приврала я. – А твой?
– Тоже хорошо. Вижу, ты все‑таки решила воспользоваться моим подарком, – скользнул по мне взглядом.
– Решила соответствовать антуражу. Любимому «жениху» на радость.
И некоторым стервам на зависть.
– Верное решение, – похвалил меня Ярый. Остановившись, прижался к моей руке губами: – Выглядишь потрясающе.
Серые глаза на миг потемнели, а может, просто от сквозняка пламя над свечами пугливо дрогнуло, готовое погаснуть. Слуга, тоже приостановившийся, поднес к канделябру руку, позволяя огню снова разгореться. Его светлость тем временем отстранился, как будто нехотя, и проговорил с улыбкой:
– Только что узнал, что к границе Средиземья уже отправили гонца с приглашением для Диких.
– Главное, чтобы он туда добрался живым и невредимым, – с сомнением высказалась я. – Мне порой кажется, что здесь каждый второй, если не первый, настроен против обитателей Средиземья.
– Все будет хорошо, Элла. Верь мне.
Это последнее, что он успел сказать, прежде чем мы рука об руку вошли в Малую Малахитовую столовую. Не уверена, что она имела право называться Малой – зала была огромной, но звание Малахитовой заслужила точно. Здесь все было зеленым начиная от бархатной обивки кресел и заканчивая пасторальными пейзажами на стенах. Этот цвет пребывал в полнейшей гармонии с мебелью темного дерева и золочеными многоярусными люстрами, помпезно нависавшими над длинным столом.
